Я — Зара!
Воспоминания кружились в голове, словно осы, и жалили своей болью, неприглядностью, отчаянием…
С изумлением поняла, что моя жизнь на Ишире, несмотря на ощущение неполноценности и одиночества, была гораздо более счастливой.
Ведь я… не была так жестоко отвергаема раз за разом…
Почему я так ярко вспомнила ТОЛЬКО это?
Почему воспоминания о детстве, об учебе на Дииморе и вообще о своей семье казались на фоне любовных переживаний бледными и ничего не значащими?
Может, я как призрак, вернувшийся к жизни из-за того, что кое-что не доделала в прошлой?
Глупо, конечно, я в призраков не верю, но… я ведь вернулась!
Как?
Сама не знаю…
Мелькают иногда какие-то вспышки, и я ощущаю, что было что-то еще… Я не просто так родилась вновь…
А родилась ли?
С научной точки зрения подобные перерождения невозможны, это мистика…
Но ведь я действительно Зара Синоарим, живущая теперь в теле иширки Алисы!!!
Как все запутано!
Как все непонятно.
И больно…
Меня еще больше гложет горечь, словно и не прошло десяти тысяч иширских лет после тех событий.
Риан отвергал меня раз за разом, часто причиняя мне боль и всегда избирая строну этой Айры!
И теперь я была на него зла!
Да, он считал меня сестрой, но… разве нельзя было отнестись к моим чувствам с пониманием?
Это я о нашей последней ссоре говорю, перед мой гибелью.
Впрочем, в том конфликте все-таки виновата именно я, ведь позволила себе то, чего никак не должна была позволять…
Закрыла глаза и восстановила ту мучительную сцену в памяти.
…Я плетусь по дорожке, пытаясь пробраться окольными путями в библиотеку. Дело в том, что королева-мать не отпускает меня на учебу уже пять дней.
В тот день, когда я вцепилась Айре в волосы, Риан случайно оттолкнул меня слишком сильно, и я ударилась головой об ствол дерева.
Приложилась так ощутимо, что потеряла сознание, а когда пришла в себя, заявила, что это я сама так неудачно отлетела. Риан порывался опровергнуть мои слова, но я настояла на своем, и мать не стала наказывать брата слишком сильно. Только отправила его на три дня перебирать старые свитки в подвалах…
Эти три дня вдалеке от моей несчастной любви были нужны мне, как воздух.
Я хотела подумать…
Да, должна была признать, что я сама себе уже надоела до ужаса. Я устала от своих чувств и от этой вечной боли в сердце.
Ну почему меня угораздило влюбиться именно в него???
Устав сидеть в четырех стенах, я без спроса сбежала в библиотеку, добираясь к ней окольными путями.
Может, действительно улететь куда-нибудь на учебу или с экспедицией? Но мама меня не отпустит! Мне кажется, она начинает догадываться о том, что со мной происходит…
Тяжело выдохнув, я ускорила шаг, но, задумавшись, не заметила увесистый камень, лежащий на тропинке, поэтому споткнулась об него.
Падение показалось долгим и страшным, но уже у самой земли меня поймали чужие руки.
Я сразу же почувствовала, что это ОН — моя мучительная и безответная любовь!
Замерла изваянием, оказавшись прижата к теплой трепещущей груди, и боялась сделать вдох.
— Осторожно, сестренка… — прошептал он мне на ухо, а я снова оказалась во власти толпы мурашек. Сердце пустилось в пляс, голова неистово закружилась от его близости, и мне показалось, что я прямо сейчас взорвусь от своих неразделенных чувств.
Рывком освободившись, я развернулась к Риану и замерла около его лица.
Он смутился нашей близости, но отшатнуться я ему не позволила, впившись в его предплечья мертвой хваткой.
То ли вид у меня был слишком агрессивный, то ли Риан чувствовал себя слишком виноватым передо мной, но он больше не пытался убежать, а я ощущала небывалое и, честно сказать, ненормальное торжество. Так, наверное, происходит со всеми, кого всё время отталкивают: они потом впадают в эйфорию даже от украденного прикосновения.
— Зара, я очень виноват перед тобой, — начал Риан, смягчившимся тоном, исполненным горечи и боли, и даже попытался меня обнять (какой же он странный! То бросается наутёк, то вдруг слишком остро сокращает между нами расстояние…) — Я чувствую себя чудовищем после того, что произошло! Я не хотел… обидеть тебя… Зарочка! — он вдруг высвободил свою руку и зачем-то провел по моим волосам, заглаживая за ухо выбившийся локон… — Давай как-то разберемся со всем происходящим, пожалуйста!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
От его прикосновений мое тело неистово задрожало, а голову отчаянно повело. Мне хотелось вцепиться в него и разрыдаться, выпуская наружу всю свою боль и разочарование, но последующие его слова снова заставили меня окаменеть: — Я не понимаю, почему ты так не любишь Айру… Я… постоянно разрываюсь между вами, и это… перерастает в какое-то безумие!
Мое лицо превратилось в безмолвную маску, аж мышцы на нем свело судорогой от напряжения. Риан мгновенно заметил эту перемену и вдруг… схватил обеими ладонями мое лицо.
— Сестричка! Прошу, пойди мне навстречу!!!
И смотрел так просительно, так умоляюще, что я… ощутила: ПРОИГРЫВАЮ!!!
У меня больше нет сил бороться.
Я должна оставить его в покое раз и навсегда…
— Айра… хорошая девушка. Я уверен, вы смогли бы с ней подружиться… — вдруг проговорил Риан, и сделал это он очень зря!
— Хорошая??? — прошипела я, отталкивая его ладони от своего лица. — Да она змея, которую ты пригрел на своей груди и которая обязательно ужалит тебя однажды! Запомни мои слова, Риан!!! И да — я никогда не опущусь до того, чтобы дружить с этой лицемеркой!!!
Риан побледнел, нахмурился и тотчас же стал холодным, как кусок льда.
— Почему ты это делаешь? — прошептал он резко охрипшим голосом. — За что ты так со мной???
Я понимала… я чувствовала, что сейчас теряю не только возлюбленного, но и брата. Однако остановиться уже не могла. Обида и отчаяние толкали меня на необдуманные поступки и слова…
— Ты так и не понял, Риан? За столько времени ты ничего так и не понял???
Мой голос был исполнен удушающей горечи.
— Объясни мне, и я пойму… — проговорил он, неотрывно смотря на меня потемневшими от боли глазами.
— Хорошо, ты сам попросил… — выпалила я, а потом… рывком приблизилась к его лицу и… впилась в его губы поцелуем.
Риан отшатнулся не сразу: несколько мгновений он стоял, замерев, и даже не дышал.
Но наконец его прорвало, и он схватил меня за плечи, оттаскивая от себя.
В его глазах плескался ужас.
— Зара… ты что делаешь? Мы же родня!!! Это же просто… отвратительно!
О, как я хотела в тот миг прокричать ему, что это не так! Что он мне вовсе не брат…
Но не могла.
Это было невозможно…
Его воспоминания были запечатаны, и их ни за что нельзя было тревожить…
В отчаянии я сбросила с себя его руки и подняла на него заплаканные глаза.
— Я исчезну из твоей жизни, не волнуйся! Больше не буду мешать!!! Можешь обо мне… забыть!
С этими словами, брошенными с обидой и отчаянием, я развернулась и пустилась галопом прочь, ненавидя и себя, и его, и вообще всю нашу судьбу, так жестоко поиздевавшуюся над моими чувствами…
В последующие три недели я очень тщательно избегала Риана, готовя документы для отлета в дальние сектора галактики с одной знаменитой экспедицией исследователей. Мама не хотела меня отпускать, но я пригрозила, что никогда не выйду замуж, если она будет мне препятствовать…
И хотя королева Алвария не отличалась покладистостью, она не стала мне слишком сильно препятствовать…
Риан, наверное, тоже не жаждал со мной видеться. По крайней мере, мы ни разу с ним так и не встретились. К концу третьей недели до меня дошли слухи, что он серьезно разругался со своей ненаглядной из-за того, что застал ее с другим, но я в это, честно говоря, не поверила, а на следующий день… случился СААЛОН!
Саалонцы напали неожиданно, хитро и коварно, воспользовавшись своей дипломатической миссией, как прикрытием.
Когда я поняла, что Риана нет в убежище, то забыла все свои обиды и рванула на его поиски.
