— Флер Фортескью была переводчицей «Книги Мейбл». Лидия, можно сказать, получила консультацию у ведущего эксперта.
— Выходит, теперь мы знаем, кто ограбил ковен Глухой Крапивы, — промолвил Джо. — Вояка сказал нам, что у преступницы не было волшебной палочки, а Лидия как раз призналась, что она не ведьма. Всё складывается в одну картинку.
— Ой, котеночек! — вдруг проворковала Эсме. Забыв о кастрюле, она на четвереньках залезла под стол, где лежала сумка Веточки. Головастик выбрался из красного кардигана и теперь сидел на полу, тихонько гоняя лапкой по плиткам мокрицу. Но не успела Эсме его погладить, как дверь резко распахнулась и в кухню стремительно вошла Логан Дритч.
— Ага, — произнесла она, растягивая алые губы в недоброй улыбке. — Вижу, гости уже прибыли. Добрый вечер, Прюнелла. Добрый вечер, Джо.
— Вы нас ждали? — удивилась Веточка?
Стоя рядом с безвкусно и обыденно одетой библиотекаршей, Логан Дритч выглядела еще более сногсшибательной, чем обычно. В отличие от Лидии, собиравшей волосы в тугой пучок, Логан распускала каштановые кудри по плечам, так что они спадали свободной волной на кроваво-красное шелковое платье. Жемчуг Лидии казался тусклой дешевкой по сравнению с мерцающими рубинами на шее Логан. Маленькая и простенькая библиотекарша словно бы еще более съеживалась и терялась рядом с высокой и стройной Логан Дритч.
— Что, нравится платье? — с победоносной улыбкой спросила Логан у Веточки с Джо. — Я надеваю его только по самым особенным случаям. Прошу прощения, что заставила вас ждать. Надеюсь, моя сестра не дала вам скучать.
— Ваша сестра? — от удивления Джо разинул рот.
— Строго говоря, сестра-близнец, — уточнила Логан. Похоже, нескрываемое изумление на лице Джо развеселило ее. Мальчик переводил глаза с одной сестры на другую. Трудно было даже представить, что близнецы могут так разительно отличаться друг от друга!
— Развяжи их, Лидия, — велела Логан коротко, вытаскивая волшебную палочку из шелкового рукава. — Теперь здесь я. Нет необходимости держать их связанными.
Лидия принялась распутывать узлы, что стягивали запястья Джо.
— Продолжай помешивать, — мимоходом бросила она Эсме, и та торопливо схватила палочку и вернулась к кастрюле.
— Что это за вонючая дрянь? — Логан с отвращением наморщила нос.
— Суп, — нервно ответила Лидия. — Суп из камбалы. Новый рецепт, я нашла его…
— Ясно, — прервала ее сестра. — Только не жди, что я эту пакость хотя бы в рот возьму. Пахнет просто отвратительно. — Логан посмотрела на надтреснутую лампу на полу и нахмурилась. — Принеси еще ламп, — приказала она Лидии. — Ты же знаешь, я ненавижу электрический свет. Живой огонь куда лучше для создания атмосферы. Да, и как принесешь, можешь забрать отсюда этих двоих, — она показала на Джо и Эсме. — Мне надо перемолвиться парой слов с Прюнеллой — как ведьме с ведьмой.
— Джо тоже входит в ковен Глухой Крапивы, — упрямо заметила Веточка.
— Не оскорбляй мои умственные способности, — оборвала ее Логан. — О нем в «Ведьмовых ведомостях» нет ни слова — в отличие от тебя, моя прелесть, — и у него нет волшебной палочки. Волшебных способностей в нем не больше, чем в моей бедной неумелой сестрице.
Лидия достала из буфета еще две лампы и зажгла в них свечи, а потом развязала Веточку и сняла кастрюлю с огня. Крепко ухватив за руку Эсме, она ткнула Джо в спину кончиком ножа.
— Отведи их ко мне в кабинет, — распорядилась Логан. — Я оставила там Данкель и Флека. Если эта парочка будет доставлять тебе какие-нибудь проблемы, напусти на них крыс.
Джо узнал этот кабинет. Они с Веточкой заглядывали в его окно во время первого своего визита в «Ночное уханье». Эсме свернулась в кресле-качалке и сонно поглядела на брата. Глаза у нее начинали слипаться. Джо оперся о каминную полку. Мягкое тепло угасающего огня грело мальчику ноги. На каминной полке стояло всего два предмета. Первый — фотография двух младенцев, лежащих напротив друг друга в коляске. Тот, что поменьше, спал, а на лице второго сияла улыбка, частично скрытая большим пятном. Джо потер пальцем стекло, но пятно не исчезло.
— Это вы с вашей сестрой? — спросил Джо у Лидии.
— Да, — ответила та сдавленно и нагнулась отпереть дверцу плетеной корзинки. Джо попытался не выказывать страха, когда оттуда выскользнули две крысы и юркнули под маленький столик. Мальчик повернулся ко второму предмету на каминной полке. Это была маленькая квадратная жестянка с изображением густой чащи на трех сторонах и словом «Шварцвальд» на четвертой.
— Не трогай! — взвизгнула Лидия, когда Джо провел пальцем по крышке коробочки. Тут же взяв себя в руки, библиотекарша слабо улыбнулась мальчику и дрожащим голосом пояснила: — Это просто-напросто глупый сувенир, сестра привезла из Черного леса. Раньше тут были конфеты, но сейчас уже ничего нет. Совершенно ничего.
Она опустилась в потертое кожаное кресло, всё так же судорожно сжимая в руке нож.
Джо подошел к полке с книгами. Ему против воли было отчасти жаль Лидию. Да, она обращалась с ними грубо и даже жестоко — но, судя по всему, лишь выполняла приказы сестры.
— Какая вы умная, что сумели перевести эту страницу так быстро, — промолвил он.
Лидия покраснела от удовольствия.
— Ну да… я уже давно изучаю ведьм и колдовство. Это мое хобби. Хотя у самой волшебных способностей нет, но этот предмет меня живо интересует. Моя сестра по складу характера не ученый. Мы с ней заключили соглашение. Она снабжает меня литературой, а когда я нахожу что-нибудь ей полезное, она мне платит.
— И много? — спросил Джо, обводя взглядом старую и потрепанную мебель в комнате. Тут не было ни картотечных шкафчиков, ни современных ламп, не говоря уж о компьютере. Кабинет Лидии был обставлен бедно и скудно. «Похоже, — подумал Джо, — Логан не очень-то щедра».
Лидия хихикнула:
— Ой, да не деньгами. Она ловит для меня сквознячков. Я их держу у себя — как рыбок. Очаровательные существа, правда?
Она махнула рукой, показывая на большой стеклянный аквариум, занимавший целую полку на стене. До того Джо решил было, что аквариум пуст, но теперь, приглядевшись, заметил мерцание крохотных лиц, прижатых к стеклу. Ужасно было видеть вольнолюбивых духов ветра запертыми в таком тесном пространстве, но Джо счел неразумным демонстрировать свои чувства. Настраивать Лидию против себя означало лишь
