Вскоре добрались до линии снегов, но решили не делать привала. В одном месте дорогу преградил коварный ледник, однако Солдат извлек из ножен Кутраму и вырубил в нем ступеньки. Ледяной склон высотой не менее тысячи футов вел вниз, в затянутую туманом долину. После зыбкого моста из насекомых этот путь показался сущей ерундой. Скользкий? Зато прочный!… Маленький отряд миновал его без особых затруднений и благополучно спустился в долину.
Следующим препятствием оказалась бурная река. Мощный поток падал с гор и ревел между берегами. Эту реку питали снега, таявшие высоко в горах, да и ливневые дожди — частое явление в этих местах — тоже вносили свою лепту.
На берегу реки Солдата встретила ящерица. Она вынырнула из-за валуна и плюхнулась прямо в поток. Варану удалось проплыть несколько ярдов, затем течение подхватило его и выкинуло на берег.
— Все ясно, — сказал Солдат. — Здесь нам не перебраться. Ни вброд, ни вплавь. Надо найти какой-то способ переправиться, не отклоняясь на сотни миль от нашего пути.
Маскет пожал плечами:
— У тебя осталась последняя команда. Используй ее. Прикажи птицам перенести нас на тот берег.
Солдат покачал головой:
— Нет, эту возможность надо сохранить на самый крайний случай. Сами придумаем, как перебраться. Впереди еще путь домой. Мало ли какие опасности нас поджидают…
Пока Солдат рассуждал, на берег реки вышли семь девушек. Каждая из них несла на плече большой сосуд. Они остановились у кромки воды и созерцали быстрый поток, вздрагивая и перешептываясь. Некоторые бросали на Солдата короткие, робкие взгляды, но ни одна не попыталась с ним заговорить. Они были все похожи друг на друга — темноволосые, черноглазые, невероятно красивые, облаченные в одинаковые ярко-красные свободные одежды. Хотя с красных тюрбанов спадала своего рода паранджа, частично скрывая черты, Солдат видел, сколь они прекрасны. Изящные, точеные фигуры девушек не имели ни малейшего изъяна. Солдат оробел, не решаясь приблизиться к ним — так же, как и они к нему. Однако, в конце концов, он поборол смущение, подошел и попытался завести беседу.
— Дамы?
Девушки дружно захихикали.
— Простите, что пристаю к вам подобным образом…
Снова смех.
— …но мне и моим спутникам необходимо переправиться через эту реку. Не знаете, есть ли поблизости мост? Или место, где течение не такое бурное?
Одна из девушек казалась немного старше остальных, которым было не более чем по семнадцать лет. Она обратила к Солдату свои темные глаза.
— Сэр, мы дочери семи вождей трех равнинных племен и четырех племен холмов. А ты кто такой?
— Я? Я Солдат, принц-консорт королевы Лайаны из города Зэмерканда в стране Гутрум. Также я посвященный рыцарь и главнокомандующий карфаганских Красных Шатров, армии солдат-наемников.
Она улыбнулась уголками губ.
— Надо же, какой длинный титул. Я — Фианда, дочь вождя племени Исмилат. Я выучила ваш язык у одного путешественника, который проходил здесь пару лет назад…
— Язык? — переспросил Солдат, нахмурившись. — Это меня настораживает, но сейчас я не могу понять почему.
Он посмотрел на семерых женщин.
— У вас нет сопровождающих? Разве вы не боитесь разбойников? Или диких зверей? Многие женщины умеют сражаться, но — простите меня — не похоже, что вы владеете оружием. У вас такие стройные тонкие фигуры, и нет развитых мускулов, которые необходимы, чтобы обращаться с копьем или носить щит.
— Здесь не водятся дикие звери, и ни один человек в этих землях не посмеет оскорбить семь старших дочерей семи вождей семи племен.
— Возможно. Но чужаки вроде меня не знают о ваших отцах. И почему вы ходите вместе, коль принадлежите разным кланам?
Фианда обвела рукой своих спутниц, которые широко распахнутыми глазами смотрели на подругу.
— Наши отцы… — сказала она, — растят своих сыновей и дочерей вместе. Поэтому когда дети — особенно мальчики — вырастают, они остаются друзьями. Таким образом, между племенами не возникает вражды: не так-то просто пойти войной на друга детства.
— Очень мудро. А как насчет моего первого вопроса?
— Скоро ты получишь на него ответ.
Прошу прощения, леди, я не понимаю.
— Мы тоже хотим пересечь реку, но нужно немного подождать. Когда настанут сумерки, вода спадет, и течение замедлится. Если ты согласен потерпеть, то сумеешь переправиться через реку, когда закатится солнце.
— Любопытный феномен. А отчего же это происходит?
— Так захотел тот, кто создал реку.
В голосе Фианды прозвучало смирение, и Солдат понял: девушка имеет в виду единого бога-творца. До сих пор в этом мире ему встречались лишь многобожие или анимистические верования…
— Ты веришь, что Создатель успокаивает воды своей волей?
Девушка удивленно посмотрела на него:
— Верю? Нет. Я знаю. Так происходит каждый вечер.
— Тогда мы подождем вместе с вами.
Солдат махнул рукой Маскету, приказывая подвести лошадь поближе. Мальчик подошел, однако покосился на девушек очень подозрительно. Он уселся к ним спиной и принялся созерцать дорогу, ведущую с гор.
— А что в сосудах? — спросил Солдат.
— Оливковое масло, — отозвалась девушка. — Вино. Уксус.
— И все это производят ваши племена?
— Не совсем так. Мое племя живет набегами. Сайска — она вон там, с самым большим сосудом, — из племени рыбаков. Племя Джесс владеет самым большим стадом овец в округе. А отец Хэрриам…
Солдат кивал, слушая Фианду краем уха. Его мучили сомнения. Что-то здесь было не так. Смущал факт веры в единого бога; отчего-то это казалось странным. Вдобавок девушка говорила о языке…
На закате поднялся высокий прилив, идущий против печного потока. Эта исполинская волна, должно быть, пришла с моря, где прилив был выше, чем уровень воды в реке. Огромный вал повернул реку вспять и отогнал воду назад, к истокам. После того, как прошла приливная волна, река тотчас же обмелела, и женщины пересекли ее вброд, поскольку теперь вода едва достигала их бедер. Солдат и Маскет пошли следом, ведя в поводу безропотную Молнию.
Когда прилив поднимался вверх по реке и ослабевал, он встречался с силой течения. Это заставляло его откатиться назад, рождая еще одну исполинскую волну. Поток несся по руслу реки обратно к морю, и любой, кто попытался бы пересечь реку в этот момент, неизбежно утонул бы.
Благополучно перебравшись на другой берег, девушки разошлись в разные стороны. Одни направились на запад, другие на юг, третьи на север. Фианда повернула к юго-западу, придерживая на плече наполненный маслом кувшин. Солдат окликнул ее:
— Постой! Далеко ли отсюда твой дом?
Девушка обернулась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
