надо его настроить на нужную волну, потому что, несмотря на плохое настроение с утра пораньше, я все равно склоняюсь к мысли признаться во всем Златану.
Главное выбрать подходящий момент и покаяться. И забыть о статье навеки вечные.
– То и значит, – проворчала в трубку. – Крепкий орешек, этот Драгош, – сцепила зубы, чтобы не наговорить лишнего, однако слышала в ответ лишь сопение. – Он не ведется на мои чары, как ни стараюсь.
– Дашенька, постарайся получше, – слишком ехидно произнес Дмитрий, а мое и без того плохое настроение упало ниже плинтуса.
– Иначе что? – закончила мысль своего шефа, хотя он прекрасно знает: пугать меня бессмысленно, а угрожать тем более.
– Решила меня идиотом выставить? – зашипел Димасик в трубку, выдавая себя с головой.
Надо же, как быстро он меняется! То белый и пушистый, когда ему что-то от тебя надо, то теперь рычит и пытается кусаться, когда планы могут слегка подкорректироваться. А что, мой дорогой, иногда случаются форс-мажоры.
– Решила тебя предупредить, пока не поздно, – я все еще держала себя в руках, чтобы не сорваться, однако Дима продолжал давить.
– Значит так, Никольская, – мужчина на том конце провода включил строгого начальника, вызвав у меня на лице улыбку. – Либо ты привозишь мне через две недели статью, либо…
– Иди ты в задницу, Проскурин! – закончила я вместо него и бросила трубку.
Ты смотри, какой грозный! Еще не хватало, чтобы какие-то хмыри мне указывали, какие статьи писать, а какие нет. Сказала, не получается, значит, ищи другого подопытного кролика, дорогой!
А я по приезду домой сразу же уволюсь из твоего гадюшника.
Еще и последующая смс окончательно убедила меня в правильности моего решения:
“Ты пожалеешь об этом, Дашенька”!
– Очень страшно, Димочка, – произнесла я горящему экрану и выключила телефон…
И вот сейчас я стою и продолжаю ломать голову, ища новые варианты решения глобальной проблемы под названием “симпатичное платье для банкета”.
Я бы и сейчас сбежала, не имея больше обязательств перед главредом, но какая-то невидимая сила удерживает меня на месте. Не могу я подставить парня. Да и Анне Пантелеевне обещала. Но самое главное – я не хочу уезжать от Златана.
И дело не в статье или в обещаниях, а в…
Закончить мысль не успеваю, так как раздается звонок в дверь. Так неожиданно, что я подпрыгиваю на месте. Это еще кого черти принесли?
Златан это быть не может, так как мы с ним договорились еще в обед – парень заедет за мной через три часа. Не раньше. Иначе банкет отменяется.
“Дашенька, милая, давай я тебе новое платье куплю”, – прилетело очередное сообщение от Златана еще в час дня.
Кстати, и вчера он доставал меня этим платьем, и даже позавчера. Сначала я была на него зла, реагируя на дурацкие смс слишком агрессивно, однако после извинений немного оттаяла. Простила, но наотрез отказалась с ним встречаться до банкета. А что, пусть помучается. Он-то еще не знает, какие у меня грандиозные планы на сегодняшний вечер!
И вот сейчас я с неподдельным удивлением смотрю на дверь – надеюсь, это не сюрприз от парня. Иначе точно его придушу. До семидесятилетия собственной бабушки Драгош не доживет.
– Кто там? – интересуюсь, так как Машка, моя ненаглядная и горячо любимая сестренка, по какой-то мне невидимой причине так и не соизволила поставить глазок в двери.
– Скорая помощь, – раздается до боли знакомый женский голос, а я в ответ лишь закатываю глаза и стону.
Этой еще что надо? Какого хрена она сюда приперлась?
– Я никого не жду, – надеюсь, женщина не станет тормозить и поймет меня с полуслова.
– А мы никого не спрашиваем, – тут же прилетает громкое в ответ. Того и гляди, сейчас соседи сбегутся, слушая грозный рык моей строгой начальницы. – Открывай, Никольская, иначе дверь выбью.
Мы? Это что еще за фантазии Богданы Святославовны?
Нехотя открываю дверь, в глубине души мечтая послать Змеюку куда подальше. И даже открываю было рот, когда вижу ехидно улыбающуюся физиономию женщины, однако моим мечтам не суждено исполниться. Богдана резво отодвигает меня в сторону, по-хозяйски заходя в квартиру. А следом за ней семенит Красилова с каким-то пареньком.
– Привет, – девушка встает на цыпочки и целует меня в щеку.
– А ты что здесь делаешь? – приподнимаю одну бровь вверх в ожидании ответа.
– А она группа поддержки, – кричит из-за спины Змеюка и снова включает строгую начальницу. – Чего замер? – обращается к пареньку. – Заноси в зал.
И только сейчас я вижу, что у парня на руке висят чехлы с одеждой. В количестве трех штук.
Перевожу взгляд на Богдану, а та в ответ никак не реагирует на мое возмущение. Она действительно решила меня подставить перед Анной Пантелеевной? Ведь знает, что старушка будет ворчать, еще и расстроится, но продолжает нагло командовать, выпроваживая паренька за дверь. И только после этого обращает свой взор на меня.
– Я думала, все не так печально, – оглядывает меня с ног до головы и даже для пущего эффекта прикладывает руку к груди в области сердца. – Ну, карга старая!
– Ты собралась в этом идти на банкет? – Кристина приподнимает обе брови и таращит на меня глаза. – Где ты взяла это убожество?
– Красилова, за словами следи! – фыркает Змеюка в сторону девушки. – Никольская, чего замерла? Раздевайся живо, а то не успеем.
И как это понимать? Она хочет моей преждевременной смерти?
Или сейчас тупо издевается над моим и без того плачевным состоянием?
Глава 37
Руки опускаются, не желая подниматься и наводить красоту, настроение ниже плинтуса, если не сказать похлеще, еще и командные замашки Богданы придется сейчас терпеть – хватит, с меня довольно на сегодня нервных стрессов. Как же меня все достало!
Надоели все советчики и доброжелатели до жути. Сейчас сорвусь, возьму ключи и выйду во двор, где на парковке красуется мой любимый Мерседес. Уже вторую неделю к ряду пылится – пора его отправить домой.
Со мной в придачу! Прямо в этом дурацком голубом платье с рюшами, будь они не ладны. Как-нибудь потерплю до Москвы – лишь бы подальше от этого серпентария.
Злость захватывает меня в свой плен, и я, не сдерживая эмоций, резко выдаю:
– Задолбали!
Красилова подпрыгивает на месте от моего громкого крика, Богдана лишь делает удивленными глаза, а я все равно продолжаю кипеть внутри. Ну как же так, Господи – почему именно мне выпали эти глупые и не нужные испытания?
– Ты бы успокоилась для начала, Даш, – впервые Змеюка называет меня по имени, от чего реально нападает какой-то ступор. Желание злиться пропадает, а
