Так что на Кистень потянулась вереница дополнительного оборудования. А количество робонадсмотрщиков на Инее ощутимо сократилась — раки донные нужны были и как строительные силы, и как операторы платформ, и как боевые единицы.
Правда оставался вопрос с заказчиком — оставлять захваченные комплексы дело такое, не самое с его, корыстной точки зрения, правильное. Но, во-первых, если мы не отобьёмся — он потеряет не часть, а всё. Во-вторых, крайне маловероятно, что пусть и идеологически накачанные антикрабской пропагандой наёмники будут корёжить имущество нанимателя «за ради идеи». Ну и в-третьих, если заказчик встанет в позу, мол, лягте костьми, но защитите вообще всё — то он будет послан в жопу, на основании более чем четырёхкратного превосходства противника, с разрывом контракта.
Самая семечка в том, в таком раскладе, что платить за уже выполненную работу ему придётся, тут никакие пердуны на Бирже против регистраторов и заключённого договора не помогут. А отбитое имущество станет уже НАШИМ, по всем законам. И ему не за контракт платить придётся, а у нас выкупать. Не согласится — покупатели найдутся, те же эронцы, что самое смешное.
В общем, если всё пойдёт по плану (что редко когда бывает, но всегда хочется верить), мы одним выстрелом убьём такое количество ушастых, что самому такого счастливчика, как я, удавить хочется. Из чувства справедливости.
— Заказчику сообщать не будешь, Ан? — уточнила уже на Кистене, когда мы повторно отстыковались от станции, Нади.
— Нет. Никто не даст гарантии, что те же, сменившие мнение о найме директора — не под влиянием наших зложелателей. Понимаешь, вроде у всех свои интересы, но мегакорпы везде проглядывают. Думаю, биржевых «борцов с секторальным крабством» они поддерживают, прямо или косвенно.
— Паранойя. Правильная паранойя, — одобрительно кивнула подруга.
— А я бы наши заготовки улучшила эфиром, — вдруг выдала Лори, неведомым образом оказавшаяся на мостике.
— Как ты это делаешь? — требовательно уставился я на подругу.
— Делаю что? — захлопала ресницами непонимающая Лори.
— Блин, проехали. Лететь пару дней, вообще — можно. Не лишним будет, — признал я. — Но не больше восьми часов в день. Семейные дела, и нефиг!
Последнее утверждение поддержала и Нади, решительно пожмякав лорину попу, под лорин писк.
Так что, пока народ оттачивал работу, индивидуальную и коллективную, в симуляторе, мы перебирали капсулы, купола, мины, турели… Кучу добра, прихваченного с собой. Проверяли, перепроверяли, я колдунствовал в умеренных масштабах, но на совесть — от этого барахла зависели наши жизни, так что надо.
В системе назначения вывалились не на орбите, как должны были изначально, а вне планетарной системы — нужно было проверить ряд моментов. И, выйдя, заказчику направилось уведомление, с требованием объявления конфликта. В теории, мы должны были это делать с орбиты, в процессе десантирования, но в рамках текущих раскладов, не вызывало у меня доверия ничего. Кроме совсем своих, так что лучше подстраховаться.
И вот, через четверть часа (чертовски нервных четверть часа, прямо скажем — как на иголках) на связь вышел Дживс.
— Сэр, официальный конфликт объявлен.
— Зашибись, — потёр я клешни. — Нади, подготовишь десант?
— Само собой, Ан, — выдала удаляющаяся подруга.
— А я присмотрю за техникой, — выдала вторая удаляющаяся подруга.
— А я парой слов с тобой обменяюсь, партнёр, — озвучил я. — На Инее всё в порядке?
— За те два дня, что вы отсутствовали, сэ-э-эр, планета Иней не сменила орбиты, а станция не планету не упала.
— Замечательные новости, Дживс, — порадовался я. — А по делу?
— Если же по делу, сэр, то ожидаемое снижение темпов производства. Пиратские нападения не участились, но и не пропали.
— На подобное чудо я и не рассчитывал.
— Тогда его и не случилось, сэр. В остальном всё в штатном режиме, за исключением вашего старого приятеля.
— Ммм?
— Мне кажется, вы несколько необдуманно предоставили капитану Зогги безвозмездный доступ к питейным заведениям станции, сэр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что, в разор ввёл? — хмыкнул я.
— Нет, сэ-э-эр. Упился тёплым спиртом до запоя, сэ-э-эр. Выводится из него, на данный момент, силами медицинского персонала, — чопорно изрёк эфиряка, пока я похрюкивал из под стола.
— Жжёт, гыг. Выживет? — уточнил я.
— Безусловно, сэр. Так же пришлось допустить до больного его супругу. И лечить последствия её педагогического воздействия на капитана Зогги. Бешеная женщина, сэр.
— Бешеная, точно, у неё и позывной такой, — хрюкнул я. — Ладно, настроение ты мне неплохо поднял. Ну и спиться Бешеная Моднику не даст, гыг. Ладно, держись, партнёр.
— Удачи, сэр.
И принялись мы готовится к штурму, точнее захвату. На данный момент на планете в производственных центрах охраны было не так много, но хватало, особенно гвардейцев и турелей с платформами. Но, что нам было очень выгодно, в наших новых планах, зенитных ракет не было, всё на лучах. А это и плюс и минус, хмыкнул я, пробегая мимо зеркальной стенки спускаемой капсулы-пирамиды к Крабу.
Вообще, переделали мы весь план нахрен. Не пять, а все десять крепостей мы захватим разом. Собственно, для этого и готовились — если бы не знание о мстительных козлах, то количество допоборудования делало бы операцию чуть ли не убыточной. Ну, если бы мы закупали, то что производим сами, тоже фактор экономии вышел. Так-то выходил нормальный контракт, да и не быть мне Крабом, если мы трофеев не закрабим.
В общем, десяток зеркальных пирамид — десантных капсул. Десять отрядов, и мы нихера не собираемся заботится о сохранности комплексов. Не разносить их будем, конечно, но десантирование отрядов в подбрюшье вражин — важнее. И лазерные зенитки нам не только не помешают, но и заложены в план противостояния, как «желательно к захвату».
В свою пирамиду я зашёл на Рекскенсере — в данном случае, наиболее оптимальный выбор. Но из Клешни со мной, как понятно, никого не было — пяток средних Досов Криля и две дюжины раков донных.
Боевой чат осветился знаками готовности отрядов и Лори направила Кистень через гипер. А через десяток минут наш корабль вышел в нормальное пространство на грани атмосферы, начав падение на планету. В падении из трюмов вывалились три трансорбитальника: они выпустят спусковые капсулы по удалённым комплексам. А наши четыре капсулы раки тащили к слабеньким электромагнитным катапультам. Долгая возня с колдунством сделал из них одноразовые, но чертовски удачные десантные модули.
— Ан, удачи! — выдала Лори, одновременно начиная обратный отчёт.
— Всем нам удачи, — ответил я, включая в личный чат и хмыкнувшую Нади.
А, через двадцать секунд, в капсуле, вышедшей из пределов гравгенератора Кистеня почувствовалась невесомость, впрочем тут же скомпенсированная гравгенераторами Досов.
Ракам было похрен, ну а колдунство на капсуле резало всё, что превышает два Же — устраивать колдунством «комфортные условия» в данном случае было нерационально. Да и глупо, для одноразовой капсулы.
Телеметрия показывала падение в атмосфере, и двигателя у капсулы… не было. Удар был одновременно и атакой, а нас убережёт колдунство. Но вот плоскости-планеры, для подруливания, были. Так что капсула, падающая по дуге, летела, набирая скорость (тридцать восемь километров в час, каждую секунду) точно в КПП заводского комплекса-крепости.
Можно было, конечно, упасть на какое-нибудь заводоуправление, но смысла в подобном не было, разве что работников подавить из гадства.
А вот на КПП и в округе точно будут вражины, так что падение не только доставит нас внутрь защитного периметра, но и прихлопнет вражин. Сколько — хер знает, как повезёт. Но сколько-то — точно.
Так что мы летели, подруливая элеронами-планерами, достигли скорости примерно в шесть сотен километров в час. За полминуты до падения заработали две лазерные зенитки. Но, во-первых, мазали. А, во-вторых, даже попадания были зеркальной пирамиде похрен.
