В «Одиссее» рассказывается о полном опасностей и приключений возвращении на родину одного из героев Троянской войны — Одиссея.
Имя «Одиссей» означает «нелюбимый богами», то есть, человек, которому суждено испытать в жизни многие тяготы и невзгоды. Несмотря на это, боги все же изредка оказывали Одиссею помощь, но по большей части ему приходилось рассчитывать только на себя и выпутываться из сложных переделок лишь благодаря собственной храбрости и предприимчивости.
Постоянный эпитет Одиссея «хитроумный».
Когда Троянская война закончилась, Одиссей на двенадцати кораблях, груженных богатой добычей, отправился к себе на родину, в Итаку.
Долгим, трудным и кружным, по воле богов, оказался этот путь.
Через несколько дней плаванья ветер принес корабли Одиссея к земле киконов. Киконы — действительно существовавшее фракийское племя, жившее на северном побережье Эгейского моря. Одиссей и его спутники напали на местных жителей и разорили их главный город, «великих сокровищ награбивши много».
На радостях победители устроили попойку, а затем уснули, забыв выставить дозорных. Этим воспользовались киконы. Они напали на спящих и перебили больше семидесяти человек. Оставшиеся в живых поспешно погрузились на корабли и отплыли.
В сокрушенье великом о милых Мертвых,но радуясь в сердце, что сами спаслися от смерти.
(Перевод В.А. Жуковского)
Вскоре корабли Одиссея попали в бурю.
Девять дней Мчались суда, погружаяся в волны носами; ветрилаТрижды, четырежды были разорваны силою бури.
На десятый день путешественники оказались в цветущей стране, где жило мирное племя лотофагов, питавшихся плодами сладкого лотоса. Эти плоды обладали волшебным свойством: каждый, отведавший их, забывал свою родину и уже не желал покидать страну лотофагов.
Одиссей, узнав о такой опасности,Верным товарищам дал приказанье нимало не медляВсем на проворные сесть корабли, чтоб из них никоторый,Лотосом сладким прельстясь, от возврата домой не отрекся.
Через некоторое время, в безлунную ночь заблудившись в тумане, Одиссей был вынужден причалить к острову, где в глубоких пещерах жили одноглазые великаны- циклопы. Они разводили овец и пасли свои стада в горах. Несмотря на мирное занятие, циклопы были кровожадными людоедами.
Одиссей и его товарищи зашли в одну из пещер. Хозяина не было дома, и путешественники могли неспеша осмотреть жилище циклопа. Они нашли большой запас сыров в тростниковых корзинах и ведра с густой простоквашей. Спутники Одиссея хотели забрать найденную провизию и поскорее покинуть пещеру, но Одиссея обуяла жадность: он решил дождаться хозяина и, воспользовавшись численным преимуществом, получить от него что-нибудь более существенное, чем сыр и простокваша.
Пещера принадлежала циклопу Полифему, сыну морского бога Посейдона. Вернувшись вечером с пастбища и загнав в пещеру свое стадо, Полифем обнаружил непрошенных гостей.
Циклоп был так огромен и страшен, что Одиссей, едва увидев его, пожалел о своем опрометчивом намерении. Он попытался заговорить с великаном и вежливо его поприветствовал. Но Полифем в ответ только расхохотался и, схватив двоих товарищей Одиссея, сожрал их, как голодный лев, и запил молоком. Затем, завалив вход в пещеру огромным камнем, улегся спать.
Когда великан захрапел. Одиссей подкрался к нему с мечом, намереваясь поразить в сердце, но тут сообразил, что, убив циклопа, он и его товарищи не смогут выбраться из пещеры, так как им, даже всем вместе, не под силу сдвинуть камень, закрывающий вход.
На другой день Полифем, как обычно, отправился пасти свои стада, а пленников оставил в пещере, не забыв закрыть вход.
Товарищи Одиссея были готовы покориться ужасной участи, но Одиссей придумал хитроумный план.
Вечером, когда Полифем вернулся в пещеру, Одиссей предложил ему выпить вина, мех с которым захватил с корабля. Циклопы не знали виноделия, и незнакомый напиток так понравился Полифему, что он осведомился об имени Одиссея, пообещав, что сожрет его в последнюю очередь. Одиссей сказал, что его зовут Никто, и поблагодарил за обещанную милость.
Вскоре великан опьянел и заснул. Тогда Одиссей взял острый кол и пронзил им единственный глаз людоеда. На отчаянный вопль Полифема сбежались другие циклопы и стали спрашивать в тревоге, что произошло и кто причинил ему обиду, заставляющую его так страшно кричать.
Полифем ответил: «Никто!» Великаны, пожав плечами, сказали: «Если никто, для чего же один так ревешь ты?» — и отправились спать.
Лишенный зрения циклоп, сколько ни старался, не мог поймать Одиссея и его товарищей в огромной, полной закоулков пещере. Тогда он надумал перехватить их у выхода, когда они попытаются бежать. Полифем отвалил камень, закрывающий выход, и стал ждать.
Тем временем уже рассвело. Стадо Полифема проснулось, овцы и бараны, стуча копытами, потянулись наружу. Великан ощупывал спины проходивших мимо него животных — и выпускал их из пещеры.
Одиссей спрятался под брюхом одного из баранов, товарищи последовали его примеру, и таким образом беспрепятственно покинув пещеру, они вернулись на свои корабли.
Отчалив от острова, Одиссей громко выкрикнул свое имя. Полифем услышал и выбежал да берег.
Тяжкий утес от вершины горы отломил и с размахаНа голос кинул; утес, пролетевший над судном, в пучинуРухнул так близко к нему, что его черноострого носаЧуть не расшиб; всколыхнулося море от падшей громады…
Однако Одиссей и его товарищи благополучно продолжили свой путь.
В следующий раз они остановились на острове Эолия, где обитал бог Эол. Он приветливо встретил путешественников и сделал Одиссею замечательный подарок: мешок, в который можно было заключать все неблагоприятные ветры. Так что, когда Одиссей отправился дальше, лишь попутный ветер весело надувал паруса его кораблей.
Вот уже показались берега родной Итаки. Но на беду Одиссей заснул, а его спутники из любопытства развязали мешок, подаренный Эолом, чтобы посмотреть, что в нем такое.
Неблагоприятные ветры вылетели наружу, с яростью набросились на корабли и унесли их далеко-далеко, в край, где никогда не заходит солнце и ночью светло, как днем.
В том краю жили великаны-лесгригоны. Завидев приближающиеся корабли, они стали швырять в них обломками скал. Все корабли были разбиты, лишь одному удалось спастись.
На этом корабле Одиссей и немногие его спутники, оставшиеся в живых, добрались до острова Эл — владения прекрасной и коварной волшебницы Цирцеи, о которой говорили, что она может превращать людей в животных.
Осторожный Одиссей послал к Цирцее несколько человек на разведку. Волшебница сама вышла им навстречу, пригласила в свой дворец, угостила роскошными яствами, а потом — волшебным напитком, от которого посланцы Одиссея превратились в свиней. Цирцея загнала их в хлев.
… очутился там каждый с щетинистой кожей, с свиноюМордой и с хрюком свиным, не утратив, однако, рассудка.
Узнав о беде, постигшей товарищей, Одисей поспешил на выручку, хотя и не знал, как можно им помочь. Но тут перед ним появился бог Гермес и дал ему чудесную траву, уничтожающую всякое волшебство.
С помощью этой травы Одиссей вернул своим товарищам человеческий облик.
… во мгновенье все стали моложе,Силами крепче, красивей лицом и возвышенней станом…
Цирцея поклялась впредь не причинять ни Одиссею, ни его спутникам никакого вреда, и он провел на острове волшебницы целый год.
По совету Цирцеи Одиссей побывал в царстве мертвых, где беседовал со многими героями, погибшими в Троянской войне, видел свою покойную мать и услышал пророчество об исходе своего путешествия: Будешь в Итаке, хотя и великие бедствия встретишь».
Когда Одиссей покидал остров Эл, Цирцея предупредила, что ему предстоит миновать остров сирен. Сирены — полудевы-полуптицы — обладали такими дивными голосами, что мореходы, заслышав их пение, забывали обо всем на свете, на всех парусах неслись к острову и разбивались о прибрежные скалы.
И вот Одиссей, завидев остров сирен, приказал своим спутникам заткнуть уши воском, а себя самого привязать к мачте.
Когда корабль поравнялся с островом, словно по волшебству стих ветер, перестали плескаться морские волны, и в наступившей тишине запели сирены:
К нам, Одиссей богоравный, великая слава ахеян,К нам с кораблем подойди; сладкопеньем сирен насладися,Здесь ни один не проходит с своим кораблем мореходец,Сердце усладного пенья на нашем лугу не послушав…»
Одиссей, очарованный пением сирен, стал рваться из своих пут и просить, чтобы его развязали, но товарищи Одиссея, уши которых были надежно защищены воском, лишь с удвоенной силой налегли на весла, и вскоре остров остался позади, а голоса сирен замерли в отдалении.
