нами вы объясниться не желаете, молодой человек? — окликнул меня император, в котором больше говорила не злость, а интерес.
Я обернулся, смерил его холодным взглядом и покачал головой.
— Нет, не хочу, — ответил я, а затем перевёл взгляд на принцессу, притихшую за троном. — Варвара, пойдём со мной.
Я даже не предполагал того, что последовало дальше. Принцесса оказалась возле меня практически сразу, буквально в два огромных прыжка, которые ждать от хрупкой девушки не приходилось.
Тут же я открыл портал в небоскрёб деда, куда мы и переместились всем составом с Кураны, прихватив ещё двоих.
Арана оглядела постройку. Причём, несмотря на то, что мы находились внутри, видела она всё прекрасно, как будто смотрела со стороны. Я тоже уже так мог.
— А привычки человеческих мужчин не меняются, в каком бы мире они не жили, — с лёгким сарказмом заметила она. — Лишь бы построить что-то длинное, фаллическое, торчащее в небо. Комплексы, да? — она обернулась к нам и встретилась взглядом с Державиным-старшим. — Нет бы к земле поближе, а то потом так больно падать со своих пьедесталов, — закончила она свою мысль.
— Никита, — нахмурившись обратился ко мне дед, — это вообще кто? Что она себе так позволяет себя вести в моём доме?
— А, прости, забыл, — я развёл руками и нацепил извиняющуюся улыбку. — Сестра правителя нашей галактики, по совместительству — моя бабушка.
— Так, стоп! — сказал Игорь Всеволодович, протирая лицо ладонями, словно пытаясь стереть с него наваждение. — Что ещё за бабушка? Ещё одна?
— Так уж вышло, — сказал я и грустно улыбнулся. — Это ещё одна моя бабушка. Рассказ мой будет не из простых, поэтому предлагаю всем пройти куда-нибудь в уютное местечко и, желательно, сесть, чтобы потом не пришлось падать.
— Интригующее начало, — сказал на это дед и оглядел всех собравшихся. — Ну пойдёмте в мой кабинет.
Когда все расселись и обратили свои взоры на меня, я начал рассказывать.
— Моя душа некогда принадлежала подростку, что стал результатом любви двух ксеносов: людей и аэрахов…
По мере моего рассказа лица деда и Вари вытягивались, а брови грозили срастись с волосами надо лбом. Я не стал подробно описывать свою жизнь, лишь логично всё подвёл к тому моменту, когда лежал в центре пентаграммы, а моя кровь стекала по специальным желобам.
Когда я просил, Арана всё подтверждала, а в данном конкретном случае сказала:
— У меня был договор, и я собиралась его исполнять. А по этому самому договору жизнь мальчиков в моём роду не допускалась. Если вы подумаете, что это слишком, я вас пойму, но поверьте, этому есть логичное объяснение.
Ни дед, ни Варя ей ничего не ответили, продолжая прожигать меня глазами.
Закончив первую часть своего рассказа на появлении в этом мире с красными женскими трусами в кулаке, я тут же приступил к следующей. Вкратце я описал некоторые свои действия в последний месяц. В том числе и разворот экспедиционного корпуса аэрахов на Куране. Затем изложил некоторые факты, что передала мне бабуля, под конец раскрыв некоторые свои соображения.
— Самое главное, что нужно сейчас понимать, — сказал я, обводя глазами всех, пытаясь угадать настроение каждого, — эту часть галактики ждёт неминуемая гибель, если я тут останусь. Мне сейчас нужно уйти из этого мира, чтобы подготовиться к битве с действующим Примархом и встретиться с ним в честном бою за пределами этой нашей реальности.
Больше всего меня заботил дед. Он как-то слишком сильно и близко к сердцу воспринял информацию о том, что души его внука давно уже нет в этом теле.
— Возможно, — добавил я, глядя попеременно то на него, то на Варю, — кто-то из вас не захочет знаться со мной после моих откровений. Так как информация не из простых. Но всё же я приложу все силы, чтобы защитить вас и позабочусь о том, чтобы с вами ничего не случилось. Вы все мне очень дороги.
Варя встала, подошла ко мне, обняла за плечи и посмотрела в глаза.
— Мне всё равно, сколько пауков живёт у тебя внутри. Лишь бы они не жрали моих тараканов, — она улыбнулась и стала самой прекрасной девушкой на свете. — У меня их тоже хватает с лихвой. Я, знаешь ли, пару дней в месяц пострашней тебя буду. В конце концов, я не знала тебе прежнего, поэтому мне не с чем сравнивать. А полюбила я тебя таким, как ты есть сейчас. Поэтому с чего бы мне отворачиваться от тебя? Я с тобой, куда бы ты ни пошёл! Только, главное, в постели не оборачивайся в огромного паука, а то я заикаться начну.
На краю поля зрения я увидел, как Арана закатила глаза.
Дед всё ещё сидел, обдумывая мои слова. Причём, я видел, что вторая часть моего рассказа его абсолютно не тронула. Возможно, он её даже не слышал. Я понимал, что это трудная для него информация, которую придётся пережить. Возможно, прервав всяческие отношения со мной.
Потом Игорь Всеволодович открыл бар, взял бутылку и налил себе чего-то жутко редкого и дорогого. Выпил. Налил ещё. Вздохнул. Выпил. Обернулся ко мне.
— Я догадывался о чём-то подобном, — сказал он, теребя седую бороду и пристально глядя в мои глаза. — Но не хотел этому верить. С другой стороны, такая резкая перемена в человеке должна умного человека натолкнуть на определённые мысли… Да… Но я даже близко не мог предположить ту ситуацию, которую ты описал. Единственное, что я хотел бы узнать… — он запнулся, видимо, подбирая слова, но они были и не к чему. Я знал, что он хочет спросить.
— Когда я появился в этом теле, его уже некоторое время там не было, — проговорил я и принял соответствующее выражение лица. — Мне очень жаль.
— Ну и ладненько, — ответил на это Игорь Всеволодович, ещё раз налил и опрокинул рюмку, после чего сказал уже гораздо громче: — Я должен заявить, что твоя душа лучше и чище, чем была у моего внука, в конце концов, его прикончили женские трусы. А ты — зять императора и сам вот-вот завоюешь себе собственную империю. Ты — великий человек. А по крови ты всё равно наш. Державин — ты, чтобы не случилось.
Я увидел, как у деда блестят глаза. Это, конечно, не слёзы, но
