Один из глубинных стражей отбросил трезубец и сделал несколько шагов, чтобы схватить летящую сверху голову сирены. Второй наг также двинулся вперед, прикрывая собрата от ринувшегося в атаку Вогвога: тесак хобгоблина оказался в ловушке между наконечниками трезубца, и теперь оба прилагали огромные усилия, чтобы перебороть соперника.
Безоружный страж с торжествующим криком схватил голову сирены, но тут же захрипел от боли. Проскользнувший за спину в режиме маскировки Крист по-пижонски перерезал ему горло кинжалом. Из огромного пореза на шее хлынула кровь, с таким трудом спасенная голова сирены выпала из ослабевшей руки и в очередной раз оказалась на грязном полу.
Полуэльф метнулся вперед, чтобы записать на свой счет еще одного нага, но запоздал на пару мгновений. Я оказался за спиной глубинного стража на секунду раньше Криста и нанес сильный и неотразимый удар коротким мечом в шею.
Мой клинок пробил ее насквозь и вышел из горла прямо под кадыком змеехвостого воина. Но этого не хватило, чтобы убить его. Я так торопился к жертве, что не захотел тратить драгоценное время на уход в тень — и остался без бонусов за скрытую атаку. И теперь расплачивался за это.
Наг, еле удерживая трезубцем тесак Вогвога, повернулся на месте и отмахнулся от меня щитом из панциря черепахи. Я словно врезался на полном бегу в стену, только эта стена сама двигалась на меня.
От удара я отлетел, будто невесомая пушинка, прямо в Криста. Чудом не насадился на кинжал полуэльфа, но сбил с ног его самого, свалился сверху и уронил рядом короткий меч.
Если бы не Вогвог, то наг легко бы заколол трезубцем нас обоих. Взревев, хобгоблин пнул нага прямо в открывшийся бок. Подводный страж отлетел от мощного удара и свалился на нас с Кристом.
Его тело несколько раз дернулось — хобгоблин рубил нага тесаком. На меня и придавленного к самому полу полуэльфа потекла кровь змеехвостого служителя Культа Кракена.
Через несколько секунд все закончилось.
Вогвог спихнул с нас труп нага-воина и помог подняться на ноги. Я старался не смотреть в глаза Кристу, которого пытался лишить законного убийства и едва не подставил под удар врага.
Невдалеке раздался стон очнувшегося Шмурга. Бой закончился, и гоблин, наконец, смог прийти в себя.
Кажется, нам всем предстоял серьезный разговор по поводу работы в команде.
Глава 22. Воссоединение
Сервер с непрямым управлением Энигма.
Альм. Локация Стоки, 1-й уровень.
Старый гоблин-наставник, несмотря на прошедшее после боя восстановление, выглядел сильно потрепанным и усталым. Ответ на мой вопрос был очевиден, но я все равно задал его:
— Шмург, ты стал сильнее после убийства сирены?
— Нет, у меня и так макси… — гоблин резко осекся и подозрительно посмотрел на меня. — Все выведываешь и выведываешь, Крысеныш? Будь осторожнее, ничем хорошим это для тебя не закончится.
— Так зачем ты бросился ее убивать?! — неожиданно даже для себя я начал орать на Шмурга из-за потерянного шанса на левел-ап. — Любой из нас мог бы за ее голову получить новый…
Голосовой фильтр сработал отменно и зажевал слово “уровень”, в данном контексте относящееся к игровой механике. Крист и Вогвог бросили на нас несколько недоуменных взглядов, но потом начали заниматься своими делами, вроде чистки оружия после боя. Любопытство не относилось к их сильным чертам.
Гоблин, который поначалу тоже стал заводиться от моего тона и слов, резко потух и уже спокойно сказал:
— А, ты к этому ведешь? Да, нехорошо получилось. Стоило дать ее убить кому-то из вас. Так было бы лучше для всех. Но я должен был заткнуть ее песню, она сводила меня с ума.
— В смысле заткнуть? — удивился я. — Ее раковина не издавала ни звука, хотя эффект был, конечно, неприятным.
— Хм, — заинтересовался Шмург. — Крист, Вогвог, вы слышали песню сирены?
— Да, редкая мерзость, — хмуро откликнулся хобгоблин, какой-то тряпочкой натирая свой могучий тесак. — Я чуть сам не набросился на нее, позабыв про этих проклятых нагов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А меня ее пение словно очаровало, — неожиданно заявил полуэльф, кинжал которого уже был начищен до зеркального блеска. Теперь Крист размазывал по отполированному лезвию серый порошок, чтобы сияние стали не выдало его в бою. — Кажется, я даже почувствовал себя влюбленным. И мне хотелось защитить ее от врагов. Если бы Вогвог бросился в ее сторону, то, мне кажется, я бы не выдержал…
Хобгоблин настороженно посмотрел в сторону полуэльфа и начал тереть клинок еще более яростно. Что-то начало проясняться.
— Вы все слышали пение сирены, — начал рассуждать я. — Но у гоблина и хобгоблина оно вызвало отторжение, а у полуэльфа — восхищение. Дело, видимо, в расе.
— К чему ты клонишь, Крысеныш? — спросил Шмург. Чем дальше, тем больше старый гоблин — или тот, кто им управлял — меня разочаровывал. Да, он много знал о происходящем, но вот анализировал новую информацию плохо.
— Я наполовину гоблин, наполовину эльф, — разъяснил я подробно. — Так что влияние пения сирены на меня было уравновешено. Часть меня хотела ее убить, часть — помочь. В итоге я даже будто ничего не слышал.
Вот черт! Мне пришла в голову внезапная мысль. Как пение сирен могло повлиять на Свонга с Вольгертом? Гном, скорее всего, должен был попасть под очарование морской жрицы, а вот полуорк…
Зависит от того, как в игре расценивается человеческая кровь. Если как условно “добрая”/”светлая” (вроде эльфийской), то Вольгерт должен оказаться в моем положении, когда влияние уравновешено. А если “нейтрально” (то есть ни на что не влияет), то песня морской жрицы вызовет у него ярость и желание ее убить. И в этом случае приятели-пираты окажутся по разные стороны баррикад.
За Куска я не слишком беспокоился. Инфернальная гончая скорее всего останется равнодушна к влиянию сирены. Либо сама по себе — как питомец-животное, либо “унаследует” реакцию хозяина-Крысеныша (то есть почти полное ее отсутствие).
Ох, ну и расклады тут получаются. В любом случае следовало как можно быстрее найти пиратов и адского пса, выяснить, находятся ли они под магическим влиянием морских жриц. И спасти их, если они нуждаются в спасении, разумеется.
— Крысеныш, мне кажется, что ты ошибаешься, если считаешь себя полностью защищенным от песни сирен, — неожиданно сказал Шмург. — Да, Криста она почти привлекла на свою сторону, а меня и Вогвога спровоцировала на нападение. Но и ты попал под ее влияние.
— Каким образом? — напряженно спросил я гоблина, понемногу понимая, каким будет его ответ.
— Мы оказались по разные стороны: кто-то хотел защищать сирену, а кто-то — убить. А на чьей стороне оказался ты, Крысеныш?
— На своей, — потерянным тоном ответил я.
— Да, — кивнул Шмург. — Ты тоже забыл об интересах всего отряда, но начал думать не о сирене, а только о себе. Ты попал под ее влияние, пусть и по-другому.
— Якорь мне в глотку, — пробормотал я позаимствованное у пиратов ругательство. — Кажется, мы не можем тут доверять друг другу. Ведь в любой момент очередная сирена может затянуть свою проклятую песню.
— Не совсем, — возразил Шмург. — На меня и Вогвога сирены влияют одинаково — вызывают желание на них напасть, что вполне подходит для наших целей, пусть и лишает надежды на мирные переговоры. Ты начинаешь вести себя эгоистично, но вполне способен поступать разумно…
— Понятно, понятно, пошел я на… — вмешался в разговор Крист, который догадался, к чему ведет гоблин. — В любой момент я могу стать союзником сирен и напасть на вас. Поэтому я… — полуэльф начал отходить назад, намереваясь скрыться в тенях.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Стой, Крист, — я успел задержать полуэльфа в последний момент. — Держи. Кажется, это твое.
Я вытащил из кармана серебряное кольцо, которое в начале своего пути в мире Альма снял с трупа копии самого Криста.
— Не знаю как, но это кольцо защищает и от темной магии, и от попыток влиять на разум. Оно должно помочь тебе сохранить рассудок, когда сирены начнут петь. Откуда ты его, кстати, взял?
