Читаем без скачивания Магическая трубка Конан Дойла - Мария Спасская

При этом он неустанно держал на мушке своего кровного врага. Басаргин до сих пор возглавлял корпорацию «Альянс интернэшнл», приносящую огромные доходы. Его квартиры, машины, дома в Подмосковье, заграничные апартаменты и дачу у моря, оформленную на малахольную дочь Лизу, — все это Полонский считал своим. Так же думала и Настя, принявшая в восстановлении справедливости самое живое участие.

Следуя придуманному Радием плану, в Дельфинью бухту они приехали порознь. Настя привезла с собой купленный заранее мольберт и краски, сняла комнатку на побережье и, представляясь художницей, каждый день выходила к морю писать маяк. Здесь-то она и познакомилась с Анатолием Грабом. Познакомилась и вышла за него замуж. И уже потом, действуя через Толика, сумела соблазнить Алекса и убедила, что ждет от него ребенка. Который, несомненно, родится красивым и здоровым, не то что нынешний его отпрыск, рожденный в браке с Лизой.

Наблюдая со стороны за успехами Аси, Радий тем временем поселился в кардиологическом санатории «Чайка» по фальшивым документам на имя Ивана Ивановича Иванова и, каждый вечер устраивая карточные поединки, обыграл помимо прочих и зятя Басаргина на огромную сумму. Про подпольные игры своему новому любовнику рассказала, конечно же, Ася, ставшая для Алекса центром вселенной. Полонский приехал в санаторий ранней весной, когда каждый клиент наперечет. Сняв номер люкс и сделавшись чуть ли не самым уважаемым постояльцем, Радий свел знакомство с администрацией города и посоветовал пригласить для выступления магистра Мира. И городской отдел культуры удовлетворил его просьбу.

Для пользы дела Полонский завел необременительную интрижку с Катериной и в процессе ухаживания выяснил у санаторной аниматорши про погибшего брата Лавра и его невесту — медсестру Викторию, теперь встречающуюся с другим. Этот другой, художник Илья, очень удачно работал здесь же, в санатории, и имел превосходную студию, в которой можно было без лишнего шума провести спиритический сеанс. Во время приватного междусобойчика трубка и вернулась бы к своему законному владельцу. Чтобы внушить необходимость сеанса магистру Миру, Радий вышел в астрал и несколько дней осаждал психиатра, представляясь Лавром и требуя встречи с сестрой и бывшей невестой.

Попутно с этим, пользуясь техникой астральных путешествий, Полонский отправлялся в короткие странствия по Дельфиньей бухте. На долгие прогулки без трубки духовидец не отваживался. Он изучил дом Басаргина как свои пять пальцев. Время от времени мститель видел, как вдали мелькает острый профиль полысевшего Мишани, устремляющегося в «Чайку» на процедуры, но подходить пока что не решался. Вдруг не выдержит, сорвется, сделает какую-нибудь глупость, о которой сам же потом будет жалеть? А летом, в самый разгар сезона, прибыл в Дельфинью бухту и магистр Мир — доктор Юдин. Настал час «икс». Все сошлось в одной точке в одно время.

И вот наконец он в студии художника. Радий уселся за вытянутый овальный стол, немало не опасаясь, что Юдин его узнает. Ибо теперь он не Радий Полонский, а Иван Иванович Иванов. За последнее время он сильно изменился. Из кутающегося в больничный халат тощего заморыша с поросшими сизой щетиной щеками и крысиным хвостиком сальных волос духовидец превратился в сытого самоуверенного господина с оценивающим прищуром стальных глаз и шикарной седой шевелюрой, ниспадающей на раздавшиеся и округлившиеся плечи. Дорогая одежда, обувь, парфюм и роскошные аксессуары довершали облик успешного человека, не нуждающегося в деньгах и чьем-нибудь одобрении.

Последним, как и положено мэтру, в студию вошел магистр. Его тоже нелегко было узнать. Если бы не дымящаяся в его зубах трубка с чашей в форме львиной головы, Радий бы подумал, что это другой человек. Доктор Юдин стал похож на целителя с телеэкранов, которым, несомненно, старался подражать. Из-под прямой, коротко стриженной челки смотрели пронзительные глаза психиатра со стажем, липко ощупывая присутствующих. Над верхней губой, делая доктора неузнаваемым, подковой свисали длинные моржовые усы. Теперь он носил белоснежный костюм из парчи, галстук бабочкой и черные лаковые туфли. Радий сделал вид, что увлечен картиной, висевшей прямо перед ним, и с честью выдержал скользнувший по нему вязкий взгляд, ничем себя не выдав.

Знаменитый медиум уселся на приготовленное для него кресло во главе стола, вынул изо рта потухшую трубку, положил в услужливо пододвинутую пепельницу и закрыл глаза, впадая в транс. И вот тогда, привычно применив давно знакомую технику астральных путешествий, из тела Полонского вышел Кузьма, — вернее, юный Радий институтских времен, дерзкий и жадный до жизни и впечатлений, — и никем не замеченный подошел к Виктории. Стоя над медсестрой, он начал шептать девушке в ухо, что трубку нужно взять из пепельницы, отнести в кусты акации и оставить на фундаменте забора. Проследив за тем, чтобы перепуганная сестричка во время паники выполнила его просьбу, Кузьма отправился прямиком к дому Басаргина, чтобы маленький Гоша, которого должна была привести Ася, забрал трубку из-под акации и показал деду, намекнув, что возмездие неотвратимо, и Полонский ничего не забыл. Не забыл и не простил. Затем мальчишка должен был вернуть трубку ему, Радию Полонскому, ее законному владельцу. Но все испортила сумасшедшая мать мальчишки, ее слабый и никчемный дух, вставший у духовидца на пути.

Англия, 1920 год

Поезд на Йоркшир отходил с вокзала Кинг-Кросс в шесть двадцать утра. В столь ранний час в купе первого класса расположились лишь два пассажира — Альфред Вуд и Джеффри Ходсон, импозантный джентльмен с немного наивным лицом, откомандированный журналом для расследования обстоятельств, сопутствующих загадочным снимкам. Редактор «Стренда» решил, что мистер Ходсон — видный писатель, известный оккультист, светило теософского общества — непременно разберется в загадке фей. Под мерный стук колес теософ говорил собеседнику:

— Поверьте, мистер Вуд! Именно война побудила меня заняться исследованиями. Я воевал в танковом корпусе и видел много смертей. Друг мой! Я знаю о смерти все. Или почти все. Смерти не стоит бояться. С приближением часа растворения жизненные силы выводятся из конечностей и сосредотачиваются в сердце, где наблюдается сияющий фокус света. После этого ощущения в нижних членах значительно уменьшаются. Затем, с дальнейшим приближением смерти, жизненные силы выводятся еще дальше и фокусируются в середине головы, в третьем желудочке мозга, который является центром сознания «я» в течение физической жизни.

— Вы медик? — с уважением склонил голову Альфред.

— И вы туда же! — фыркнул теософ. — Какое это имеет значение? Нет, я не медик, но ясно вижу, как устроена наша физическая оболочка не хуже любого медика. Когда смерти предшествует кома, ясновидящий может увидеть человека вне тела, в его сверхфизическом проводнике. Этот проводник построен из материи намного более тонкой, чем наш эфир, и контуры его почти полностью повторяют контуры физического тела. Фактически это его соответствие. В коме умирающий находится вне своего физического тела и плавает прямо над ним, будучи соединен с телом потоком сил, который светится тонким серебряным светом. Свет течет между головой физического тела и головой сверхфизического, соединяя их, и пока энергетическая пуповина существует, всегда сохраняется возможность пробуждения. То же самое происходит с людьми, владеющими техникой выхода в астрал.

У меня в роте служил чернокожий парень. Его предки были вождями африканского племени и умели удлинять эту пуповину настолько, что выходили из физического тела и свободно перемещались по миру духов. Для этого у них существовала специальная трубка вождя. Дым ее и делал пуповину эластичной. Самые сильные вожди могли, выйдя из тела, переставлять с места на место предметы и даже брать некоторые вещи с собой в другое измерение.

— Никогда не слышал о таком, — покачал головой Альфред, живо представив себе львиноголовую трубку сэра Артура.

— Главное, чтобы энергетический поток не нарушался — это момент смерти. Тогда возможности возвращения больше нет. Почти во всех случаях человек так же не осознает своей смерти, как не осознает засыпания. Он как бы выдыхается из этого мира в мир следующий.

— И, оглядевшись, находит себя обнаженным? — усмехнулся секретарь.

— Вот уж нет. Одежда в ином мире создается силой мысли. Поскольку материя там сразу же откликается на мысль, то, чтобы одеться, достаточно подумать, что ты одет. И внешность ты выбираешь любую. Хочешь быть молодым — на здоровье. Красивым — пожалуйста. Так же дела обстоят и с питанием. Воздух в измерении, куда уходят души, заряжен божественной жизненной силой, изливающейся через Солнце, и содержит все необходимое для поддержания телесного существования в том мире.