Но даже так он не остановился. Продолжая ставить поленья, он буквально истекая потом, делал уже более резкие движения кистью, подключая при этом и руку, чтобы более эффективно собирать ветер. Хати продолжал буквально истреблять последние крохи своей выносливости, не жалея вообще никаких остатков, пока наконец…движения не перестали создавать ветер. Руки налились свинцом, дыхание было необычайно тяжелым, но при всем этом, в паре метрах от него выросла достаточно крупная гора из бревен.
Ну а только Хати устало выдохнул, так он просто взял с собой топор, и пошел в деревню, где уже собралась куча жителей, которые разбирали снег. Только вместе с ними, на недавно построенной лавочке возле дома Хати сидел один старик, который только заметив парня, сразу с улыбкой помахал ему рукой.
- Привет Хати, так и думал, что ты вернешься сразу после катаклизма. Удивлен, правда, что он длился так не долго… - Проговорил Манзо, подметив при этом невероятно запыхавшийся вид парня, но ничего при этом об этом не сказал. И даже когда он увидел в руках Хати топор, и он понял, что тот снова пойдет в лес, рубить деревья для дров, он просто покивал головой, и достал из кармана небольшую склянку, - Возьми, это настойка из трав, которую ты недавно учился делать.
- Та мерзкая? – Сразу нахмурив брови, он заставил Манзо только ухмыльнуться и кивнуть головой.
- Она снимает напряжение. Если пригодиться, может воспользуешься, - покачав рукой, давая знак, чтобы Хати все же забрал скляночку, Манзо все же успешно ее отдал. Правда ни единого слова в ответ Хати не сказал, и даже больше не смотря на старика, спокойно двинулся за пределы деревни, где быстро скрылся за холмиками. Ну а Манзо, все продолжая сидеть на месте, принял немного грустный вид, и даже сгорбился, - Он говорил, что уплывет в скором времени. Жалко…
- …Дядя Манзо, а вы чего грустите? – Послышался практически через пару десятков секунд детский голосок. Только Манзо перевел взгляд в его сторону, то увидел миловидную девочку, что брела к нему по колено в снегу, - Не надо, лучше поиграем в снежки?
- О, Маюри, нет. Я слишком для этого стар, да и к тому же я точно проиграю тебе, - Манзо сразу улыбнулся, как только девочка остановилась перед ним, - Среди нас двоих это ты учишься стрелять, ты уже успела наметать свой глаз.
- А да, я такая, - Маюри сразу широко улыбнулась, показав в улыбке все свои зубы, - Но тогда мы можем позвать и других. Я никогда не поддаюсь, но если вас будет много, будет веселее.
- Ну, давай без меня. Позови просто остальных, а я отсюда посмотрю, как вы играете, - От слов старика лицо девочки тут же нахмурилась, и ее плечи медленно опустились.
- Мм…С Маюри другие играть не хотят, я думала если вы их позовете, они пойдут… Они говорят, что раз я тоже брошу их, как и мой братик, то и играть они со мной не будут. Это очень грустно, - Медленно подойдя к лавочке, Маюри неспешно взобралась на нее, и села прямо рядом с Манзо, - Поэтому я и позвала вас, вы не ненавидите Маюри, как другие.
- Хм… - Окинув грустное лицо девочки слегка хмурым взглядом, Манзо на мгновение задумался, и неспешно потянулся к снегу, который был собран у него под ногами. И сделав снежок, протянул его девочке, - Спорим ты не попадешь в окно дома напротив? – Ухмыльнувшись от того, что глаза девочки расширились, он спокойно передал снежок мелкой, и указал пальцем на дом, в котором жили соседи Хати.
- А в какое именно окно?
- …В самое правое.
- О, ладно. Тогда я попаду в прямо в центр, - И сразу же вскочив ногам на лавочку, Маюри прямо с улыбкой на лице слегка прищурилась, и…метнула снежок прямо в центр окна дома, который стоял в семи метрах от нее, - Легко! Как только я выйду в море, я смогу попадать уже в окно дома на противоположном конце деревни.
- Ого, отличные амбиции.
- Папа часто говорит, что нужно ставить цели, и постоянно совершенствоваться, чтобы двигаться к ним. Он это говорил и Датчу, и тот много тренировался…Ладно, куда теперь кинуть? Я попаду куда угодно, если это будет не так далеко! – Манзо сразу прищурился от бахвального тона Маюри, и перевел взгляд на дом, который находился чуть дальше.
- Вон в тот. Так же в правое окно, в центр. Если сможешь, я расскажу тебе, как в детстве сам учился стрелять. И может даже расскажу пару трюков. Ты же хочешь стать стрелком, да? – Взяв новый снежок, Манзо протянул его Маюри, которая стала заметно более взволнованной.
- Да, буду снайпером, и вообще буду стрелять из всего-всего, лучшим стрелком стану! Буду прикрывать братика с тыла, а его девушка будет лечить нас, как только мы попадем в трудную ситуацию. А чтобы никто из них не грустил, я всегда буду рассказывать им смешные истории… - И словно впав в свои фантазии, она крутилась на одном месте, уходя только глубже в свои мысли, из-за чего Манзо улыбался только сильнее и сильнее. Но в какой-то момент просто зацепившись взглядом за снежок, который ей протягивал старик, Маюри с широкой улыбкой взяла его в руку, и лишь занеся ее, практически тут же кинула в нужный дом, в момент попав ровно в центр нужного окна.
- …Ты даже не целилась, - С удивлением отметил Манзо, на что Маюри только смущенно завертелась на месте.
- Я вообще-то целилась, просто если сосредоточиться, то время будто немного замедляется. У вас тоже так было? Маюри как-то проводила опыт, и заметила, что в обычной жизни у меня такого не случается, а вот если сосредоточиться, то… - И вновь пошло тараторство, от которого Маюри никак не могла избавиться.
А в это время, уже где-то в глубине леса, Хати с вялым видом стоял прямо перед деревом с занесенным топором в руках, и неспешно срубал его. Только применял он для этого не просто обычную силу, а использовал вместе с топором подавляющий стиль, из-за чего каждый взмах сопровождался резким звуком рассекаемого ветра, а само дерево получало необычайно глубокие зарубины даже от сильно уставшего Хати.
Впрочем, срубив дерево всего за пару ударов, он и вовсе приподнял его на руках, и потащил прямо по снегу к небольшому лесоповалу, где уже лежало три вырубленных сосны. Хоть и был вечер, Хати работал прямо до самой ночи. Когда усталость уже валила с ног, он открыл склянку, и выпил настойку Манзо, после чего просто продолжил рубить деревья. И лишь когда Хати почувствовал, что уже начали слипаться глаза, он понес деревья в деревню.
Несколько лет такого утомительного графика позволили целиком привыкнуть к работе даже под весом огромной усталости. А это в свою же очередь увеличивало и время, которое Хати мог оставаться на ногах. Он мог даже с практически отсутствующими силами продолжать работать целые сутки, и поспав пару часов днем, вернуться к работе. Побочный эффект, лишь легкое перенапряжение и все.
Так собственно и сейчас, поработав аж до утра следующего дня, Хати слегка поспал, а следом снова вернулся к тренировке с ветром на заднем дворе. А после и на следующий день, повторяя дикий режим практически неделю. Только после того, как Хати уже не мог даже нормально встать с постели после того, он взял перерыв на целый день, проведя его в своей темной комнате за кучей тетрадей, который буквально покрыли весь стол.
И только на следующей день он решил вернуться к более продвинутой тренировке. Отправившись на кладбище, он остановился в паре десятках метрах от склепа, прямо на снежной равнине, держа при этом взгляд на заснеженном холме.
- …Вставай, я вернулся ради тренировки! – Все же повысив слегка свой голос, Хати пристально всмотрелся в холм снега, и…вскоре увидел, как тот зашевелился. Сперва показались глаза, вместе с передней частью головы. А только скат зашевелил крыльями, он и вовсе скинул весь снег, явив абсолютно все тело, а так же и огромный белый шрам на сером крыле, - Ты зажил…хорошо.
- Г-г-г-г! – Скат приоткрыл свой рот, и вой напоминающий угрозу, разошелся на большое расстояние. Но Хати лишь прищурив взгляд, начал разминать свои руки.
- Создавай свою бурю. У нас впереди целый день, и если не будешь тупить, этот день пройдет продуктивно.
