и картинка погасла.
— Ну, спасибо, деточка! — благодушно покивала головой Марион, сохраняя покровительственный тон. — Уважила. Я вот все понять не могла, зачем шпионы нужны, а от них, оказывается, и польза бывает. Это ведь ты ШПИОНА послала за Николасом присмотреть и нам показать? И много их у тебя в Бренне ошивается? Можешь не отвечать! Сама понимаю, что тайна. А что на сыночка посмотреть дала, так просто праздник мне устроила. Тут только в газетах про него читаешь, мол, у того-то в гостях был, с тем-то встретился… А теперь увидела, как это на самом деле происходит. Дай-ка я тебя поцелую, деточка!
Орлетта внутренне вся скривилась от обращения «деточка» (да еще два раза!), да и выделение голосом слова «шпион» ее не обрадовало, но внешне этого не показала. Наоборот, резвой козочкой подскочила к хозяйке и чмокнула воздух у обеих ее щек по очереди.
«Совсем все не по сценарию пошло, не иначе как кто из богов подшутить надо мной вздумал! — думала при этом она. — Но, кажется, обошлось. Прям как по поговорке „пугай меня, Боже, но не наказывай!“. Осталось только шар незаметно на место вернуть. Старуха не знаю даже, что обо мне подумала, но вроде довольна осталась. Хотя, о боги, ну почему все вечно одних тещ ругают? Свекрови же куда как тяжелее будут. Если мужа по свекрови выбирать, точно в девках останешься!»
ГЛАВА 12
Перед бурей
Вернувшись в Лерден после почти месячного отсутствия и целого дня полета из Бренна, Николас обнаружил перед подъездом скучающий в ожидании экипаж, а в самом доме — компанию гостей. Все уютно устроились в отремонтированной наконец гостиной, развлекая себя непринужденной беседой, различными вкусностями и карточной игрой. Было видно, что собрались так они уже далеко не в первый раз, притерлись друг к другу и вроде совсем неплохо без него обходятся. Приветствовали его вроде радостно, но складывалось ощущение, что как-то все немного напряглись. Даже Марион, которая тут исполняла роль хозяйки и королевы и которой это явно нравилось.
«М-да, вот так уедешь, даже и не очень надолго, а потом и не пойми куда возвращаешься», — мысленно поморщился Николас, но при этом приклеил на рот самую сияющую улыбку и вслух почти пропел самым жизнерадостным голосом:
— Сюрприз! Не ждали, поди, еще? А я к вам на крыльях прилетел! Перепончатых!
— Наоборот, только тебя (вас) и ждем! — запротестовали нестройным хором присутствующие, тоже спешно надевая на рты улыбки. — Который день ждем! Уже отчаиваться начали!
На шею Николасу, однако, никто не кинулся. Только руками на расстоянии засучили, приветствуя. Марион ждала, пока он сам к ней подойдет, а вот девушки (Орлетта, Брина и Дета) как-то зажались, явно не решаясь на более активные действия. И причина такого их поведения сейчас шла, робко улыбаясь, к вернувшемуся хозяину дома. И называлась эта причина кэр Митр, последний оставшийся в живых рыцарь, наверное, уже несуществующего ордена Света!
— Дорогой граф, — немного смущенно обратился он к Николасу, — я все-таки решился воспользоваться вашим приглашением, а ваша матушка была настолько любезна, что приютила бездомного кэра. Вы не будете против того, что я погощу у вас немного? Не скрою, ваш независимый статус для меня сейчас оказался очень ценен. Но я надеюсь быть для вас и вашей матушки не нахлебником, а другом, которому вы сейчас помогли и который будет вам за это всегда благодарен.
Ха, еще один бесхозный кэр в гости пожаловал! И пока хозяина не было дома, исполнял его роль объекта всеобщего внимания и домогательств. Николас почувствовал легкий укол ревности, но сам же рассмеялся над комизмом ситуации. То-то у девушек, когда он вернулся, глаза разбежались, как бы косоглазие не заработали! Как себя вести не знают, чтобы никого не обидеть. Ну-ка, посмотрим!
Николас широко заулыбался:
— Дорогой кэр Митр, я счастлив вас видеть и горд тем, что вы приехали именно ко мне. Я совершенно искренне предложил вам свою дружбу, и мне очень приятно, что вы ее приняли!
Он крепко стиснул гостя в объятиях, чуть отпустил руки и хлопнул его по обеим лопаткам еще раз, прижимая к себе.
— Дом наш, конечно, не дворец, живем мы с матушкой скромно, но дружно и с полным взаимным доверием и любовью. Будем рады принять вас не только в гости, но и в свою семью!
Говорил он немного на публику, но кэра Митра, кажется, проняло. Он, похоже, даже всхлипнул и стиснул его в свою очередь в объятиях, уронив голову куда-то ему за плечо, так как был немного выше Николаса.
— Спасибо, кэр, спасибо! — пробормотал он срывающимся голосом. — Вы воистину благородный рыцарь и замечательный человек. А ваша матушка — идеал женщины и матери. Ее материнская забота… я даже никогда и не знал такой. И ваши друзья… так меня приняли… Никогда… не…
Митр замолчал, то ли мысль потерял, то ли слов подобрать не мог, зато сжал Николаса так, что кости затрещали. Хорошо, что они оба кэры, а иначе ребра бы точно поломанными остались.
Если честно, Николас ждал, что после того, как они пообнимаются с Митром, девушки к нему тоже обниматься полезут. Для того во многом сцену и замутил. Но эксперимент не прошел. Митр настолько растрогался, что перетянул центр всеобщего внимания на себя. В результате бедные девицы не знали, то ли одного кэра приветствовать, то ли другого ободрять. В конце концов к нему подошла только одна Орлетта, да и то на секунду и как-то неуверенно. Быстро пожала предплечье и тут же затесалась в общую стайку около Митра, которого уже Дета с Бриной успокаивали. Одна Марион с сына умиленных глаз не сводила. К ней он и пошел.
— Правду говорят, что жен может быть много, а мать только одна, — пробормотал он себе под нос. — Мой «гарем» мне, похоже, изменил. Пора замену искать. Или ну этих аристократок на фиг?
Николас с недобрым прищуром посмотрел на Орлетту. Его сердце при виде ее все еще непроизвольно сжималось, но нарастало и раздражение. Письма, понимаешь, пишет. Ждать обещает. Оно и видно, как ждет. Ну и жди дальше…
Почувствовав взгляд, девушка обернулась и встретилась с ним глазами. На долю секунды в них мелькнули растерянность и смущение, сменившиеся решительностью. Не отводя глаз, она сделала к Николасу несколько шагов, но тот уже сам отвернулся, подошел, наконец, к матери и обнял ее, отрешившись от всей суеты вокруг. После чего опустился рядом с ней в ближайшее кресло, а горничная, повинуясь жесту Марион,
