начал заводиться дед.
— А то, что я отправил тебе сообщение через Торговую гильдию, и учитывая, что сообщение передавал барон Балакин, в чьей верности у меня нет сомнений, то могу с уверенностью сказать, что утеряно оно уже в твоих землях. Ты сам слал мне письма? Или действовал через кого-то?
Дед нахмурился.
— Через управляющего. Но я тоже в нём уверен. Он служит моему роду с раннего возраста. Все его близкие работают у меня. И находятся под постоянным контролем.
— А он сам его отвозил?
— Не думаю. Он уже стар! — дед уже понял к чему я клоню. — Я разберусь с этим сразу, как приеду домой. Однако я не понимаю, что на тебя нашло раз ты вызвал Ставра, с которым, я думал, вы дружите, на дуэль!
— Дед, а что он тебе сказал? — спросил я.
— Сразу, как приземлился мой дирижабль, я отправился к тебе.
— Ясно, — произнёс я.
Я рассказал деду, что произошло и какие мотивы преследовал. И если вначале он хмурился, то постепенно его взгляд стал сосредоточеннее.
— Эх, — произнёс дед. — Как же Талий ошибался, когда объявил наследником твоего брата.
— Он сделал это, потому что я на тот момент ещё не открылся Стихии. И думаю дальнейшее продолжение этой темы бессмысленно.
Он кивнул.
— Ярар, я так понимаю, раз ты пошёл на такие меры, то могу рассчитывать, что Ставр сильно не пострадает?
— Да, дед. Вчера встречались наши секунданты. Дуэль до первой крови. Но, если вдруг что-то пойдёт не так, то я всегда смогу исцелить его.
— Хорошо, — ответил Долгоруков.
Мы перешли на другие темы для разговора, когда к нам зашёл Столяров и прошептал, что только что пришёл граф Фисто. Я сообщил об этом деду и добродушное выражение с его лица словно сдуло. Его взгляд стал цепким и он, повернувшись ко мне, попросил меня, остаться при разговоре с Фисто.
— Дед, надеюсь ты понимаешь, что он в своём праве? — спросил я прежде чем дать разрешение Столярову пустить Анри.
— Он в своём праве, — тон, которым было это сказано, был необычным, двусмысленным что ли. Но я не стал придавать этому значения. Уж если этому разговору и быть, то лучше сейчас, чем потом.
— Князь Тьер, граф Долгоруков, — поклонился Ля Фисто.
— Проходи, Анри, — на правах хозяина дома я не стал вести официальным тоном разговор.
Когда он сел, сразу же спросил.
— Ярар, я так понимаю, мы все здесь собрались по одному и тому же вопросу? — я кивнул. — И как много людей об этом осведомлены?
Анри был рассержен. И его эмоции легко читались на лице.
— Помимо нас, Балакины, Столяров и ещё один воин. — И видя, как граф напрягся: — Я уже подписал с ним договор о неразглашении.
Эти слова его немного успокоили.
— Я хочу сам защищать свою честь, — смотря мне в глаза, сказал Анри.
— Нет, — не раздумывая отказал я.
— Это моё право! — возразил граф. — Я прибыл, чтобы добиться сатисфакции!
— Анри, я не буду ходить вокруг да около. Твоей чести не нанесен невосполнимый урон. Однако я тебе напомню, что Ставр мой двоюродный брат. И вообще, всей этой ситуации могло бы и не быть! — намекнул я, надеясь, что дед не знает про него и Эмери.
— Я оставил свою жену у тебя дома, надеясь, что ты проследишь за ней.
— Анри, ты сейчас серьёзно хочешь переложить вину на меня? — И не дав ему ответить: — Хорошо, я признаю, что принятые меры не возымели эффекта. Однако именно поэтому я вызвал на дуэль своего двоюродного брата. И именно поэтому сейчас с нами сидит глава рода Долгоруковых.
— Граф, — обратился к Анри дед, — у меня создалось впечатление, что Вы желаете моему внуку больших проблем. Но готовы ли Вы отвечать за последствия?
— Зная всю ситуацию, Вы мне угрожаете? — обескураженно спросил Анри.
— Я не буду ломать комедию и отвечу на Ваш вопрос предельно честно. Я, глава рода Долгоруковых, уничтожу любого, кто попытается навредить моим родным и близким.
— Так вот он я! — резко подскочив со своего места, воскликнул Анри. — И что дальше?
К моей радости дед так и остался сидеть на своём месте.
— Граф Фисто, или может Вам нравится Ля Фер, — спокойным голосом произнёс дед, — скажите честно, Вам самому не стыдно бросаться на человека, которому недавно исполнилось семнадцать лет? А ведь вам без четверти двести! Однако и это не самое главное. Я ведь могу, как отец, спросить с Вас за отношения между Вами и Эмери. Или думаете, что я и об этом не знаю?
— Эмери вдова!
— А мне, мягко выражаясь, насрать! — холодным тоном сказал Долгоруков. — Ты сам во многом виноват, что эта ситуация произошла, и твоя жена не стала бы отвечать на ухаживания. Так что, если смотреть правде в глаза, то у тебя у самого рыло в пушку, как и у твоей жены, моего внука, и, — чуть тише добавил дед, — Эмери. И за вас четверых Ярару приходится всё это д****мо разгребать. Или ты думаешь иначе?
Анри нахмурился. Он отвёл взгляд, ответил.
— Вы правы, граф.
Долгоруков уже более мягко посмотрел на Анри.
— Тогда нужно немного расслабиться с дороги, поэтому предлагаю выпить. Ни у кого нет возражений?
Словно ожидая этих слов, в столовую начали заходить слуги, неся еду и напитки.
— Знаешь, Ярар, если захочешь сменить управляющего, дай мне знать. Такие толковые люди мне нужны.
— Спасибо, Анатолий, — не став отвечать деду, произнёс я. — Предупреди графиню Фисто, что прибыл её супруг. А после можешь заниматься своими делами.
— Мне пригласить её к столу?
— Нет, — ответил я. — Наказание никто не отменял.
Анатолий кивнул, после чего удалился. Заметив взгляд Анри, я ответил.
— С того дня, как мне стало обо всём известно, она находится у себя в комнате. И чтобы ей не было скучно, заставил изучать этикет и традиции Империи.
— Весь? — удивлённо спросил Долгоруков. Я кивнул. — Там же четырнадцать томов!
— У тебя научился, — ответил я.
Долгоруков на меня посмотрел.
— Откуда узнал?
Я показал взглядом на Фисто.
— Кажется, Анри, у тебя появился достойный соперник в плане агентурной сети. Дед, скажи, откуда ты узнал про их отношения?
Дед с улыбкой пожал плечами.
— Ты же мне не расскажешь от кого узнал, как я воспитывал твою тетю Елену? — Вместо ответа я отсалютовал бокалом и сделал глоток.
— Как она поживает? — спросил я.
— Готовится к свадьбе, — ответил он. — После завершения военной кампании, — по-другому назвав гражданскую войну рассказывал дед, — я сговорился с князем Сусаниным. Его младший сын возьмёт в жёны Елену.
— А она согласна? — спросил я.
— Думаешь я дал ей право выбора? — сказал он строгим тоном. И видя, что я не поверил. — Этим летом я был с ней в столице на бале маскараде. Там я представил ей претендентов. Так что
