— … Выбраться отсюда по этим скалистым стенам, — договорила за него Анна Григораш.
Астронавты озадаченно переглянулись, а затем подняли взор вверх, туда, где между скал виднелась узкая полоска неба.
— Не думайте, что это невозможная затея, — продолжала она, — хотя эти скалы и очень круты, выше 150 метров и сразу отнимают у тебя всякую храбрость. Я сама занималась альпинизмом и смею вас заверить, что такой подъем вполне возможен.
— Идея Анны хороша, — подтвердил Добре, — и даже очень хороша. Я предлагаю быть вашим головным. В молодости я лазил по горам.
— Что касается меня, — вмешался в разговор Андрей Прекуп, — я тоже мастер в альпинизме. Четыре года тому назад, в Гималаях, мы предприняли прогулку. Я только что поднялся по высокому ущелью на высоту 3 500 метров, как вдруг на середине дороги…
Добре взглянул ему в глаза, и радист сразу замолчал.
— Вы что думаете, — теперь подходящее время рассказывать о ваших приключениях? Если вы хороший альпинист, пожалуйста, руководите восхождением, будьте головным.
— Я? — Прекуп так широко открыл свои маленькие глазки, как будто ему предложили невесть какую глупость. — Почему же именно я? — И вдруг ему пришла в голову спасительная, как ему казалось, идея. — Да прежде всего, объясните мне, пожалуйста, как вы это сделаете? Откуда вы возьмете веревки, крюки, обувь с кошками, альпенштоки, ледорубы и все прочее?
— Да, в самом деле, — заметил инженер Чернат, — я и сам не вижу, откуда мы возьмем весь этот материал.
— Вы ошибаетесь: никогда еще ни один альпинист не был в таких благоприятных условиях, — возразила Анна.
Все удивленно взглянули на нее.
— Да, — уверенно продолжала она, — у нас есть все, что надо. С нами масса металлических вещей: ножей, долот, молотков… некоторые аппараты, коробки товарища Добре и т. д. Скала, на которую мы хотим взобраться — магнитная. Нам остается только “прилепить” к ней эти предметы, и у нас будут самые удобные и самые надежные точки опоры.
— Замечательная идея! — воскликнул Добре. — Да вы — редкая девушка, Анна! Чего же мы ждем? Давайте, начнем!
Биолог поднес к скале металлическую коробку, и она тотчас прилипла к ней. Он навалился на нее всей своей тяжестью, испытывая ее прочность. Коробка не отставала.
— Вот… для начала, — весело сказал Добре. — Остается только продолжать.
Чтобы весить как можно меньше, они побросали все, от чего можно было отказаться. Затем связали из ремней надежную веревку метров в 15 и привязали себя к ней.
Матей Бутару первым поставил ногу на импровизированную ступеньку. Добре подал ему снизу другую коробку, которую астроном прилепил к скале на полметра выше. Когда он дошел до шестой ступеньки, начали подъем и другие. За Матеем шла Анна, за ней Добре, Прекуп и Скарлат. Каждый ставил ногу на ступень и держался за следующую.
Чернат завершал их маленькую группу; он снимал последнюю ступень и подавал ее наверх. Операция эта была далеко нелегкая: ему приходилось висеть на веревке, поддерживаемому другими, опускаться до ступеньки и отлеплять ее с помощью своего карандаша из пластолита.
С большой осторожностью, медленно поднимаясь со ступени на ступень, они достигли половины пути. Все были измучены. Лица их покрыты испариной. Матей крикнул, чтобы они немного приостановили подъем и передохнули. Они застыли на месте, прислонясь к отвесной скале и не смея взглянуть вниз. Немного отдохнув, все продолжали свой путь, но не успели они продвинуться и на 20 метров, как радист громко вскрикнул от ужаса. По своей неосторожности, он потерял равновесие и сорвался вниз.
— Стойте и держитесь, как можно крепче! — скомандовал Матей.
Все уцепились за опорные точки. Прекуп висел на веревке над пропастью. Он инстинктивно взглянул вниз, и то, что он увидел, заставило его зажмуриться.
Под ним ясно вырисовывалась узкая линия ущелья, с ее заостренными скалами, погруженными в полутьму. Огненный поток раскаленной лавы, с головокружительной быстротой, разливавшийся по лесу, докатился уже до входа в ущелье, заливая его скалы пурпурными отблесками.
У него мучительно заныло под ложечкой, а на грудь как будто навалилась страшная тяжесть.
В ушах сильно гудело. Он напрасно щупал вокруг руками, стараясь дотянуться до выступа скалы. Попытки его раскачали веревку, как часовой маятник, и это еще больше отдаляло его от скалы.
Только много позже, с помощью других, ему удалось снова взобраться на одну из коробок.
И восхождение продолжалось дальше. Напрягая последние силы, они медленно приближались к вершине. Еще пять метров… четыре… три… Руки Матея дотянулись до верхнего борта скалы. Он крепко ухватился за него руками и подтянулся кверху.
— Наконец-то! — облегченно вздохнул молодой астроном и принялся тянуть вверх веревку, чтобы облегчить другим последние метры подъема.
Вскоре все находились на вершине горы. У ног их, как пасть голодного чудовища, зияла глубокая пропасть.
Все присели, чтобы немного отдохнуть и набраться сил. У подошвы горы, со стороны так поспешно покинутого ими леса, виднелись огненные языки и клубы черного дыма, вздымающиеся к самому небу.
— Ракета! Глядите, вон там ракета! — вскричала Анна, вне себя от радости, глядя в противоположную сторону.
Метрах в 200 перед ними, сверкая между деревьев, красовался серебристый корпус “Чайки”.
Они начали спускаться. И чем больше они удалялись от ущелья, тем слабее становилось магнетическое притяжение, и тем легче им было идти вперед. Достигнув подножия горы, путешественники пересекли бегом лесную полосу, отделявшую их от ракеты. Когда они достигли ее опушки, огонь был в каких-нибудь восьмидесяти метрах от них. Отсюда до ракеты уже было рукой подать. Когда, наконец, все увидели себя в общей каюте корабля, они попадали, как мертвые, на откидные диваны. Только Матей и Чернат последним усилием волн дотащились до кабины управления.
Пламя уже лизало окружающую растительность. В непосредственной близости к ракете, и даже под нею слышалось потрескивание горящих трав.
Инженер пустил двигатели. Послушно подчиняясь рычагам, “Чайка” взмыла вверх и стрелой промчалась сквозь море огня и дыма. Еще несколько мгновений, и она уже высоко парила над ним.
Извержение вулкана достигло своего кульминационного пункта. Из кратера непрерывно вырывалось всепожирающее пламя, потоки лавы стекали по склонам горы, и над этой лавой сверкали десятками молнии и играли разноцветные сполохи, гигантскими букетами подымавшиеся высоко в небо, где они сливались с сиянием Венеры, которое появилось за эти последние секунды и, переливаясь всеми цветами радуги, широко раскинуло свой сверкающий полог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
