ты послушен, я оставлю тебя в живых…
— Я послушен, но для эффективной работы мне нужен Лукас Тьерри. Живым!
Опустилась напряжённая тишина, посреди которой звонко звучали яркие эмоции раздражённого человека. Я считывал их с такой же лёгкостью, с какой слышал голоса. Только Мадиан оставался для меня закрытой книгой.
— Ладно, я дам тебе испытательный срок… — наконец ответил незнакомец по фамилии Фаррел. — Если увижу, что вы с этим Тьерри что-то замышляете, наказание будет страшным…
Послышались удаляющиеся шаги, шум автоматически раздвигающихся дверей, и снова наступила абсолютная тишина.
— Можешь открывать глаза, — послышался усталый голос Мадиана. — Я знаю, что ты уже очнулся…
Приоткрыл веки, сразу же зажмурившись от ударившего по глазам яркого света. Решил просто присесть и, превозмогая жуткую боль во всём теле, поднялся.
Снова открыл глаза и коротко огляделся.
Комната была светлой с белыми стенами, обшитыми пластиком. Кроме койки, на которой лежал, здесь ютились непонятные приборы на полстены с множеством панелей и экранов, а также дополнительное оборудование, стоящее в дальнем углу. Сходство с очередной лабораторией было очевидным.
Мадиан Тойро стоял как раз напротив меня и выглядел крайне озабоченным. Взмахнул рукой в сторону двери, и я заметил, как неистово замигала маленькая красная лампочка под потолком.
Камера!
Мигание прекратилось, лампочка загорелась желтым, и Мадиан произнес:
— Теперь можем говорить свободно, — посмотрел мне в глаза с каким-то новым выражением. — Ну привет, Лукас…
* * *
Мы летали над ледяной пустыней несколько часов, но сигнал постоянно пропадал.
— У них там какая-то многоуровневая защита… — сетовал Ниэллин хмуро. — Тианна, напрягайся!
Я отвечала ему раздражённым взглядом. В частности, из-за того, что он называл меня настоящим именем. Хотелось выпалить в лицо пару ласковых, но прилюдно ссориться не стала. Не время.
Входила снова и снова в ментальное состояние, Ниэллин наигрывал на предтечском «ключе», но точку входа в подземную базу я всё равно не могла определить.
— Антирадарные установки будут работать ещё не больше двух часов, — сообщил один из военных. — Поторопитесь. Если они отключатся, нас обнаружат в два счета и зажарят на месте…
Блин! Почему ничего не выходит???
И вдруг чьи-то бесцеремонные руки обхватили мою талию. Немного дезориентированная, я не сразу сообразила пнуть наглеца в колено, и тот голосом Ниэллина зашептал на ухо:
— Не брыкайся, кобылка! Тебе нужна помощь. Давай поделюсь жизненными силами, чтобы ты смогла снова войти в эфирное состояние. Руэллианин сказал, что ты на такое способна. Думаю, это нас спасет…
Я открыла глаза и уставилась в синие глаза бывшего жениха. Его лицо было слишком близко, крепкое тело прижималось к моему весьма откровенно. Позади послышались смешки: естественно, военные надумали того, чего нет. Только похабного свиста не хватало.
— Убери руки, придурок, или я тебя урою! — прошептала угрожающе. — Делись энергией на расстоянии!
— Прости, дорогая, но не могу. Я не Руэль Синоарим, чтобы проворачивать подобное только при помощи прикосновения пальцев. Уж потерпи как-нибудь ради общего блага!
Мне хотелось его просто прибить, но включился рационализм.
Да, Ниэллин был не настолько силен. Передача энергии для таких зонненов была делом хлопотным и непростым. Чем большей оказывалась площадь соприкосновения тел, тем выше был уровень передачи, так что Ниэллин не лгал. Но он меня компрометирует!
Впрочем… не плевала ли я на мнение окружающих с высокой горы? Если этот поможет спасти Лукаса, не готова ли я потерпеть в самом деле?
Готова!
— Не вздумай лапать… — процедила сквозь зубы и послушно закрыла глаза. Ниэллин хохотнул и прижался ещё крепче, а я… попыталась абстрагироваться от его прикосновений и нырнула в ментальное поле. Но не остановилась на этом. Попробовала сделать ещё один рывок, потом поглубже вдох, после чего момент наивысшего напряжения, и…
Меня выбросило в мир эфира буквально через пару секунд.
Я зависла над пустыней вечной мерзлоты и поняла, что у нас получилось. Слава Создателю!
А теперь нужно нащупать направление.
Ощущать связь с Лукасом в таком состоянии действительно было проще. Меня потянуло чуть в сторону, ближе к выступающей из-подо льда скале.
Опустилась на поверхность, хотя ноги так и не коснулись снежных сугробов.
Где-то здесь однозначно вход. Я чувствую исходящее от него тепло.
И точно! Скала имела едва заметное тёмное пятно на уровне человеческого роста, и при ближайшем рассмотрении это пятно оказалось дверью. С кодовым замком, правда, но в эфирном состоянии для меня это вообще не проблема.
Легко прошла сквозь камень, ничего даже не почувствовав, и оказалась в полутёмном коридоре, который отчётливо убегал вниз. Взлетела и устремилась вперед чувствуя, что связь с Лукасом усиливается.
Начали попадаться люди — в основном, неопрятного вида мужчины, проведшие здесь подо льдом, наверняка, не один год. Коридоры казались старыми, кирпичная кладка местами разрушилась. Сколько же им… столетий?
Да, здешние катакомбы построили очевидно очень давно. Не десять лет назад, это точно.
Нить связи вела всё глубже, ощущение волнения усиливалось. Я сворачивала только туда, куда было нужно, но старалась максимально точно запомнить дорогу.
Наконец передо мной выросла большая пластиковая дверь белого цвета, и я поняла, что отсюда начинается переход в более цивилизованную и обустроенную часть катакомб.
С волнением пересекла новое препятствие и оказалась в комнате, остро напоминающей больничную палату. Поёжилась при виде остро-колющих инструментов и решила её проскочить побыстрее.
Однако, как только я нырнула в последующий облагороженный коридор, отовсюду завопила сирена, и голос искина безэмоционально сообщил:
— Внимание! Обнаружен неизвестный объект над базой. Предварительно — вражеское судно. Всем приготовиться!!!
Я в ужасе замерла, поняв, что каким-то образом противники смогли засечь наш флайкар несмотря на антирадар.
Запаниковала, но в тот же миг меня непроизвольно потянуло в помещение, где по всему периметру горели окошки многочисленных экранов. Я поняла, что это центр обнаружения угроз. Трое иширцев сидели за оборудованием и что-то усиленно печатали. Сирена продолжала вопить, а я поняла, что, если не остановлю их, нам конец!
В панике заскользила взглядом по приборным панелям и с легкостью обнаружила кнопку отмены тревоги. Да, это она!
Подлетела вплотную и, взмахнув рукой, опустила призрачный кулак на этот недосягаемый физический объект.
Да, я понимала, что совершаю бесполезную глупость: в эфирном теле я бессильна. Но отчаяние не позволило сомневаться. Я вложила в это действие всю свою волю, всю надежду и всё отчаяние.
И каким-то чудом кнопка до упора вошла в панель, порвала собой устаревшие и из-за этого несколько хрупкие проводки, и посыпался
