Читаем без скачивания Акулья хватка - Джеймс Мэйо

- Сегодня вечером они никого не останавливают и не выписывают штрафы, - смеялся он, проскочил между грузовыми "рено" и "пежо", отчаянно сигналя шоферам, и, наконец, круто затормозил у парадного входа отеля "Альберт Шестой".

- Это было грандиозно, - признал Худ, протягивая ему деньги.

Они поспешили внутрь. В вестибюле бурлило людское море. Они осмотрелись. Худ увидел шлемы с перьями и сине-алые мундиры.

- Сюда, - скомандовал он.

Они прошли к лестнице, ведущей вниз. Вдоль неё стояли солдаты республиканской гвардии - золоченые шлемы, синие мундиры с алыми обшлагами, белые галифе, начищенные до блеска сапоги. Гвардейцы замерли, приветственно салютуя обнаженными саблями. Надпись над лестницей гласила: "Представительство синдиката производителей женского белья".

Прайс и Уитни с сомнением посмотрели на Худа.

- Ты уверен, что нам сюда?

- А что здесь делают гвардейцы?

- Человек, которого мы ищем, - здесь. На профессиональном шоу женского белья.

Прайс кивнул головой на блистательных гвардейцев.

- И все это ради корсетов?

- Они их примеряют на досуге.

Спускаясь вниз. Худ инструктировал друзей:

- Слушайте, ради всего святого, перестаньте выглядеть такими придурками. Поймите, это сугубо профессиональное мероприятие. У вас должен быть взгляд пресыщенных скептиков. Вы смотрите на это многие годы. Вы производите черт знает какие штучки. Наша цель - найти Эндрюса.

У подножия ступенек группа людей с солидностью послов, во фраках и смокингах, с улыбкой им поклонилась. Худ предъявил водительские права с фотографией обезьяны и кивнул самому лоснящемуся и прилизанному из послов. Чувствуя, что идет по острию бритвы, он не собирался отступать.

- Худ и партнеры, "Корсет Лимитед".

- Как-как? - переспросили его по-французски.

- Ну, вы же понимаете. Одень На Меня Пояс и Пристегни Чулки, продолжал резвиться Худ по-английски.

- Пригласительный билет, мсье? - улыбался "посол", разводя ручками, словно играя на невидимом концертино. Потом попытался выразить все это на английском. - Показывать ваш пригласительный билет, мистер.

Худ изобразил полное недоумение. Он уцепился за английский, как за маму.

- Но мы его просто выбросили после того, как вошли. Мы уже здесь были. Но потом нас срочно вызывал к телефону министр торговли.

"Посол" улыбнулся. Его ручки сжали меха концертино. Он, явно понимал лишь половину сказанного и оглянулся на остальных "дипломатов".

- А где же ваш коллега, который нас выпустил? - удивлялся Худ.

Недоуменные взгляды. Худ сделал вид, что увидел за их спинами в зале знакомых, и стал оживленно жестикулировать.

- Подойди сюда, старина, - громко позвал он, оживленно размахивая водительскими правами перед носом посла и продолжил щебетать по-английски. - Мы разрабатываем специальный вид подвязок для бала дебютанток в Виндзорском дворце. - Он приставил ладони к воображаемым пышным грудям. N'еst-се раs, не так ли?

Брови "посла" поползли вверх. Он глубоко поклонился. Остальные чины последовали его примеру и пропустили их в зал.

Огромный зал был забит до отказа. Мужчины и женщины сидели рядами вокруг узкого дефиле, закругленного в форме подковы. В зале было накурено и царил полумрак. Яркие пятна света выхватывали отдельные участки помоста.

- Немного рассредоточимся, - сказал Худ. - Посматривайте изредка на меня.

Раздвинув занавес, в дальнем углу зала появилась девушка, миловидная блондинка с ямочками на щеках. Дойдя до помоста, она стряхнула окутывающую её накидку и обнажила плечи.

Когда девушка стала двигаться по помосту. Худ услышал, как засопел Прайс. Девушка демонстрировала пояс, не прикрывающий бикини, и узкий бюстгальтер на бретельках. Ее сексуальность увеличивали черные чулки, резиновые подвязки и туфельки на высоких каблуках.

- Гарнитур "Дерзость", - пропел в микрофон диктор.

Девица лихо прошлась по помосту, то и дело останавливаясь, поворачиваясь и принимая театральные позы. Худа смешило, что даже корсет, выставляемый напоказ, в конечном счете становился предметом женского тщеславия. Едва ли в мире существует профессия, которой женщины завидовали бы больше, чем профессия манекенщицы. Как же тешится самолюбие, когда женщина может чем-то похвастаться перед другими женщинами!

Девушка прошла прямо перед ним. У неё была прелестная маленькая родинка высоко на внутренней поверхности бедра. Когда она дошла до конца помоста, раздались громкие аплодисменты.

Худ смотрел на лица сидящих. Торговцы женским бельем делали пометки в блокнотах, обменивались впечатлениями, наклоняясь к уху друг друга, и курили. В зале находилось множество мужчин, но Эндрюса среди них Худ не видел.

На помост вышла утонченная брюнетка. Сбрасывая накидку, она повернулась к зрителям спиной, затем элегантно развернулась на каблуках, прикрыв руками обнаженную грудь, и шагнула вперед. Под ажуром черного корсета просвечивала смуглая кожа. Она провокационно застыла, затем широко расставила ноги и медленно покачала бедрами.

- Гарнитур "Откровение", - проворковал диктор.

В зале послышались возгласы одобрения. Девушка повернулась спиной. В сеточках ажура призывно подрагивали её бедра. Она нагнулась. Замаячило видение - увы, на краткий миг - земли обетованной, девушка выпрямилась, улыбнулась и помахала зрителям рукой.

Слева от себя Худ видел раскрасневшегося Прайса, силившегося изобразить на лице пресыщенность профессионального заказчика, сосредоточенно царапающего какие-то каракули в своем блокноте. По другую сторону от Худа находился Уитни. Он старательно хмурил брови, но на губах играла идиотская улыбочка.

Худ стал пробираться вперед мимо зрителей. Интересно, как долго идет шоу. Не может быть, чтобы Эндрюс уже насытился и убрался восвояси. Кроме того, при таком скоплении народа его легко и упустить. Тем более в полумраке зала. Силуэты некоторых зрителей были едва различимы.

Вышла очередная модель. В просвете между головами и плечами Худ увидел обнаженную спину и длинную ногу. Чуть ниже, в первом ряду было свободное место. Он убедился, что Уитни его заметил, и только после этого стал пробираться вперед.

Зрители неохотно уступали ему дорогу. Пригнувшись, Худ спустился к помосту и добрался до свободного места. Тучная дама на соседнем стуле вытянула руку:

- Здесь занято, занято!

Худ радостно ей кивнул и сел. Дама продолжала отстаивать свои права и распаляться. Худ не обращал на неё никакого внимания. С этого места он мог лучше видеть зал. Модель находилась на другом конце помоста. Он переводил взгляд с одного лица на другое, просматривая ряды стоящих и сидящих зрителей. Эндрюса не было.

Сзади началось какое-то движение. Обернувшись, он увидел, как несколько человек выходили из зала, и вдруг подумал, что Эндрюс, явившись сюда, вполне мог поменять внешность. Справа от Худа высилась колонна. Часть зала за ней была не видна. Худ наклонился вперед, чтобы заглянуть за колонну. Женщина рядом снова разворчалась.

- Гарнитур "Кукушка".

Прямо над головой Худа на помост выпорхнула следующая манекенщица. Худ поднял голову. Вожделенная зона, затененная блеском корсета, приняла неясные очертания, таинство мистерии исчезло. Ничего особенного, так себе. Без сомнения, это была квинтэссенция профессионализма. Бюстгальтер на груди удерживался лишь за счет двух круглых маленьких дырочек посредине каждой из чашечек. Кукушка! Два крошечных розовых соска словно приветствовали аудиторию. Она стояла совсем рядом. Худ мог разглядеть гладкость её кожи; девушка отстегнула застежку резинки, взялась за нижний край корсета и закатила вверх, демонстрируя его эластичность. Послышались возгласы одобрения.

Кто-то коснулся плеча Худа.

- Здесь мое место!

Над ним склонилась мужеподобная женщина в галстуке.

- Простите, - сказал Худ и поднялся, подумав, что вряд ли корсет чем-нибудь сможет помочь такому экземпляру.

Возвращаясь между рядами, он вдруг увидел Эндрюса. Тот протискивался между сидящими зрителей в середине ряда на другом конце зала. Он спешил, не спускал глаз с манекенщицы на помосте. Худа вдруг пронзила невероятная догадка, что Эндрюс знает эту девушку и собирается её встретить. Потом понял, что Эндрюс его заметил, когда он крутился в переднем ряду.

Худ бросился в гущу стоявших позади зрителей, пытаясь пробиться на противоположный край зала. Прайс с Уитни пропали. Он продирался через группу ничего не подозревающих зрителей, которые аплодировали только что вышедшей модели, и, работая локтями, расталкивал всех подряд, спеша добраться до заднего ряда стульев. Отовсюду слышалось негодующее шипение и возмущенное шиканье.

Следующий проход начинался на несколько рядов правее. Эндрюс уже успел до него добраться, но увидев преследовавшего его Худа, отскочил назад и побежал. Худ кинулся к нему, отшвыривая всех со своего пути. Раздались сердитые окрики. Позади себя он услышал перепалку. Очевидно, Прайс и Уитни, пытаясь присоединиться к нему, попали в переделку.