он, Александр, поступал разумно. Поскольку управление фермой он принял на себя в самый разгар коровьего бешенства, он сразу же оценил опасности разведения, идущего вразрез с древним природным укладом. Пока он работает в этих холмах, хоть кусочек мира останется первозданным, пускай и диким. Кстати, с момента своего приезда сестры уже раз десять упрекнули его в том, насколько он одичал. И все потому, что он остался жить здесь. Никогда не стремился путешествовать, уезжать, странствовать по миру…
– Вы это делаете, чтобы убежать от чего?
На это они не смогли ответить.
Никогда в жизни ее еще не посещало столь отчетливое ощущение, что она осталась одна во всем мире. За пять минут до отправления поезда в одиннадцатом вагоне все еще было пусто. Беда, что пришлось ехать дневным поездом, потому что с более раннего она успевала на стыковку в Шатору. Вот только накануне, когда она бронировала билеты, в нынешнем ее поезде все места вроде как были свободны, а вот на тот, что отходил раньше, в полдень, все оказалось раскуплено. Остальные же поезда попросту отменили, а на следующей неделе движение и вообще остановят.
Ей было стыдно за собственное бегство. Французам твердили: сидите на месте, она же выправила сертификат и придумала себе некое дело в Бертранже.
Вокзал Аустерлиц был залит грязновато-желтым светом. Все поезда сейчас уходили из-под стеклянного навеса, а не из противного забетонированного туннеля. Ванесса ощущала растерянность, мучилась мыслью, что сходит с ума, тем более что она понятия не имела, как ее встретят дома. Будет ли она родным в тягость?
Она уже не понимала, что делать: уехать, остаться – все казалось равно невозможным. Вот уже пять дней она ни о ком ничего не слышала, а что до прошлой жизни – о ней оставалось только мечтать.
Из страха, что в дороге не будет связи, она накупила газет и журналов, которые забросила на багажную полку, точно бактериологическое оружие. Почитает потом, не снимая перчаток. С последней упаковки влажных салфеток ей улыбался мистер Пропер, гладко выбритый мускулистый красавец в белой футболке, – это почему-то обнадеживало.
Пассажиров поприветствовали из динамиков – выходит, она в составе не одна. Сейчас двери закроют, поезд отправится.
Когда они проехали под кольцевой, дома наконец-то перестали закрывать горизонт, вернулся свет дня, это принесло облегчение. Контролер поздоровался, не останавливаясь, держа дистанцию, похоже, он вообще не станет проверять ее билет.
Она протерла журналы влажной салфеткой, принялась их листать, но отвлечься от мыслей не удалось. Ей то и дело напоминали о происходящем. «Паризьен» пророчествовала: на данный момент во Франции каждый день регистрируется более ста смертей от ковида, через пятнадцать дней будет в десять раз больше. В «Экспрессе» била тревогу Международная организация труда: десятки миллионов рабочих мест под угрозой, в Евросоюзе отменены меры бюджетного регулирования. Одно было ясно: жизнь разделилась на до и после коронавируса.
Контролера она больше не видела. Бедолага, видимо, остался в Париже. Не исключено, что она одна в этом поезде. Это подтвердилось. Когда они проехали Шатору, спустилась ночь, и в окне не стало видно ничего, кроме ее отражения.
Воскресенье, 22 марта 2020 года
Умилительнее всего в щенках было то, как они наблюдали за человеческими попытками устранить последствия их шалостей. Мама хохотала так, что не могла встать со стула, а смешило ее, как муж, который обычно и нагибался-то с трудом, ползает на коленях. Он пытался собрать то, чем раньше была набита пуховая жилетка, которую у него стащили кутята, а теперь перышки сотнями валялись на полу или летали по столовой. Шикарная жилетка, которую ему прислала Ванесса – но шикарность не помогла, двое малышей продолжали раздирать стеганную ткань, урча от восторга, а третий сидел в сторонке, время от времени потявкивая и как бы подстрекая родичей.
Тем не менее сквозь всю эту возню Анжель с Жаном услышали гул мопеда Кевина. Анжель никак не отреагировала, Жан же распрямился, чтобы посмотреть наружу. Внук его пересек мост и двинулся к холму, на котором стояли ветряки.
– Какая муха его укусила, он на трассу, что ли, собрался?
Анжель тоже подошла к окну, посмотрела, как старенький мопед с натугой карабкается по крутому склону.
– Ну, Александр их предупредил, что всем придется сажать картошку, так Кевин с тех пор просто с цепи сорвался. Не хочет он копаться в земле. Да и остальные тоже, поверь…
Анжель с Жаном знали, что обстановка наверху остается напряженной, но ничего, детки уже взрослые, сами разберутся.
Выехав на местную дорогу, Кевин подумал: глупо будет нарваться на жандармов, имея при себе всю эту хрень, тем более что разрешения на выход у него тоже не было. Чем ближе он подъезжал к карьеру, тем больше сомневался в том, стоит ли проворачивать такую сделку с совершенно незнакомыми людьми. Да, сдавать им товар было рискованно, но он не мог больше держать этот мешок на ферме, где две здоровенные псины постоянно вынюхивают все вокруг и семейство крутится поблизости.
Перед домом, рядом с белым пикапом, стоял лимузин с тонированными стеклами и грязная карета скорой помощи. Гараж оказался закрыт, ремонтная машина куда-то подевалась. Стоило бы сразу развернуться, но Кевина отчасти прельщала мысль полезть на рожон и почувствовать выброс адреналина.
Драго, Адриана и белобрысый тип с дредами сидели кто за столом, кто развалясь на старых диванчиках, а с ними – еще трое. Кевин бы предпочел, чтобы участников было поменьше, но Драго сообщил, что эти трое не понимают по-французски, можно говорить спокойно.
– Пофиг, лично я не собираюсь при них говорить.
– Ну, ладно, давай показывай, что там у тебя за хрень.
Чуть поколебавшись, Кевин вытащил из мешка гашишный «обмылок» – у него их было с собой восемь штук. Драго понюхал, погладил кончиками пальцев.
– Беру за три штуки.
– Ладно, двенадцать штук кило, за два, значит, двадцать четыре.
– Нет, я кило беру за три штуки.
Это Кевина совсем не устраивало. Он заранее решил, что попросит двенадцать тысяч, приготовившись, если придется, сбить цену до десяти. Но шесть тысяч евро за все – это не разговор.
– Кевин, слушай, ты, похоже, не врубаешься, что сейчас особое время: на дорогах совсем пусто, попалась одна машина навстречу – один шанс из двух, что это копы.
– Но вы-то можете куда угодно поехать, у вас есть доступ на магистрали.
– Доступ на магистрали? Кто тебе такое сказал?
– Да вон машина у вас какая.
– Ладно, Кевин, у нас есть доступ на магистрали, так кто ж поручится, что тебя не обыщут на посту… А кроме того,
