Тот сидел на полу, не понимая, что происходит.
- Встань.
Максим перестал быть придурковатым курсантом. Он сказал на французском, громко и чётко, чтобы мужчина понял с первого раза. Он с трудом поднялся на ноги, держась рукой за грудь.
– Что это?
Максим указал на что-то за спиной мужчины.
Тот обернулся, но, не поняв, что от него хотят, повернулся обратно. В этот момент Максим ударил ему в лоб, прикладом пистолета. Мужчина сразу упал без сознания.
Осмотревшись, Максим вернулся к двери, приоткрыв её. В коридоре никого не было. Убедившись он вернулся. Зайдя за насосы, Максим оказался в проходе, между коммуникациями. По стенам тянулись толстые трубы, уходящие вверх, а посредине был бетонный пол. Найдя нужную плиту, он снял с шеи магнитный ключ и вставил в маленькое отверстие, выдув из него пыль.
Внутри раздался глухой щелчок. Поднявшись, он уцепился за край каменной плиты и потянул её вверх. Она мягко поддалась, послушно открывшись. Усилий почти не потребовалось, механизм сам толкал плиту вверх, оставалось только немного подтягивать. Внизу показались ступени, ведущие в темноту.
Максим спустился вниз и закрыл за собой плиту, до щелчка. Он был в безопасности, осталось найти выход наружу и впустить Викторию. Она должна была находиться рядом и ждать пока он откроет проход изнутри.
Достав фонарик, он пошёл по узкому проходу. Через десять метров, Максим попал в большой зал с высоким потолком. Почти всё место в нём, занимало оборудование агрегата. Пришлось проходить боком, чтобы оказаться на другой стороне. Здесь так же был узкий проход и железная дверь в самом конце, за которой был выход на улицу. Крутнув металлическое колесо, Максим вытащил запоры, замыкающие дверь и толкнул её. Она поддалась, уходя вверх. Из просвета сразу заструился прохладный ночной воздух. Открыв дверь чуть сильнее, Максим высунул голову осмотревшись. С другой стороны скалы доносились хлопки выстрелов догорающего склада с оружием. Слышались крики военных, рыщущих вокруг крепости. В воздух поднялся вертолёт и кружил, осматривая территорию.
Из-за кустов, растущих рядом с лазом, показалась Виктория. Она несла в руках рюкзак Максима и свою снайперскую винтовку, а вслед за ней, хромая шёл Егор, неся в руке СВД, прихваченное с вышки.
Максим обрадовался, увидев обоих. Бандиты, серьёзно взялись за поиски диверсантов.
Он помог обоим забраться внутрь и закрыл дверь на замок, крутанув ручку обратно.
Виктория бросила вещи на пол и обняла Максима. Когда началась суета на территории крепости, она потеряла его из вида и очень переживала, что его убили.
Егор тоже положил вещи и, прихрамывая подошёл к Максиму, протянув ему руку кистью вверх. Друг ответил на рукопожатие.
- Рад, что ты добрался сюда. Бодрые ребята. Сейчас будут всё осматривать, могли найти и тебя.
- Решил подстраховать, когда узнал, что ты пошёл в крепость полную охраны.
- Сказала тебе, да?
Он серьёзно посмотрел на девушку.
Она смутилась, от грозного взгляда Максима, но раскаяния в глазах не было.
- Но, хорошо же, всё получилось?
- Хорошо.
Он улыбнулся, смотря, в хитрые глаза Виктории. Её не в чем было винить, она просто очень переживала и сделала так, как считала нужным. В итоге оказалось, что решение было правильным.
Егор, вглядываясь в темноту, осмотрел помещение.
- Ладно, давайте свяжемся с центром, скажем, что мы на месте и запустим эту адскую машину.
Виктория подняла горящий фонарик и пошла между агрегатами машины, скрывшись за ними. Через несколько секунд в комнате загорелся свет.
- Тут есть рация, идите сюда.
Максим с Егором, пошли вслед за ней, по узкому проходу.
За машиной занимающей всю комнату находилось маленькое помещение, два на два метра. Слева от входа стоял стол, на нём находился радиоузел с большой панелью, усеянной переключателями и всякими приборами. Видимо с этой панели, включался и механизм, стоящий в большом зале. Справа, шкаф с едой, вещами и бумагами в папках, а возле дальней стены, стоял диван с овальным газетным столиком, в стиле семидесятых.
Егор, с трудом передвигаясь, из-за боли в ноге, сразу прошёл до дивана, присев на него. Максим, остановился возле Виктории, сидящей за столом. Она одела наушники и выбрала нужную частоту.
- Центр, вызывает Стриж приём, центр вызывает Стриж, приём.
В динамиках раздался скрипучий мужской голос.
- Стриж, это центр, приём.
- Операция успешно завершена, потерь нет. Командир группы получил травму, в передвижении ограничен. Мы готовы запустить изделие, ждём дальнейших распоряжений. Приём.
- Принято Стриж. Оставайтесь на месте, ждите дальнейших указаний. Конец связи.
Виктория сняла наушники.
- Ждём.
Она взяла из шкафа аптечку и подошла к полковнику.
- Нужно посмотреть вашу голову, Егор Александрович. И давайте, наложим тугую повязку, на ваше колено. Закатите брюки, пожалуйста, я посмотрю.
Улыбнувшись, Егор охотно отдался в руки очаровательной девушки, и она запорхала над ним как бабочка.
Максим присел на стул, наблюдая, как его друга лечит девушка, которая ему нравится. Что-то в этом было, таким тёплым и семейным. Он слишком давно ушёл из дома. Сначала в военное училище, потом на войну, одну, вторую, третью. Само понятие «семейная жизнь», для него приобрело такой аскетичный смысл, что оно совершенно не вписывалось в жизнь обычных девушек, живущих простой жизнью. Он настолько привык видеть только суть людей, суть вещей, событий, что задыхался от фальши. Его организм отторгал второстепенное. Не то, чтобы ему нравилось убивать или он хотел кому-то, что-то доказать, нет. Просто на войне не было пыли, мишуры, пантов, всего того, чем дышит обычный мир. Про таких солдат, как он, обычно говорят «женат на войне» и это было так.
Виктория и сама по себе была очень честной, ровной по своей природе. Никакая фальшь просто не могла к ней прилипнуть, потому что она была такой точно, как и её суть или душа. Да ещё и время, в котором она выросла, было другим, более честным и человечным.
Максим даже не думал о том, что нужно выстраивать какие-то отношения с Викторией. Они просто стали одним целым и всё. Это был факт, с которым, им обоим, придётся учиться жить. Хорошая, милая девушка, с любящим взглядом и очках, на конопатом носике, неожиданно стала неотъемлемой частью его жизни. Это было новое ощущение. Он пока не знал, что с ним делать, но отказываться от него не хотел. Тем более, что она испытывала то же самое, но не смела ни о чём просить, зная всю противоречивость ситуации.
Закончив с Егором, она подошла к Максиму.
- А у
