еще и пачку пельменей им обернул?
— Время от времени у меня случаются причудливые алкогольные фантазии, — пояснил Баженов. — Да прекратите уже! Это времянка. Я нашу, как и обещал, в сервис к армейскому другану определил, он дал слово более-менее ее до ума довести, причем за божескую цену. И этот раритет подогнал по-братски, за так, чтобы я безлошадным не остался. Ну лучше же что-то, чем ничего? Тем более бесплатно.
— Глядя на это нечто, думается о том, что лучше ничего. — Францев вернул пистолет Олегу, тот засунул его в кобуру. — Страх господень.
— Эксклюзив, — не согласился с ним Баженов. — Такой ни у кого нет. Даже у Майкла Джексона.
— И долго нам на этом чудище кататься? Когда «девятка» будет готова?
— Ну, не знаю. — Славян почесал затылок, растрепав свои волосы, которые, к слову, уже месяц как сменили благоприобретенный рыжий цвет на природный русый. — Скоро.
— Кошмар, — печально констатировал Аркадий Николаевич. — Ладно, когда нет гербовой, пишут на простой. Олег, садись, поехали.
— А я? — возмутился Баженов. — Меня с собой возьмите.
— Этот Боливар не вынесет троих, — сказал, как отрезал Францев. — Развалится по дороге.
— Ну хоть до метро подкиньте, — глянул на вечернее небо, с которого снова начала сыпаться мокрая труха, Славян. — Пожалуйста!
— Ладно, залазь, — разрешил Францев, усаживаясь за руль. — Только давай без твоей обычной трескотни обойдемся. Мне надо подумать, потому едем в тишине.
«Вот и хорошо», — мысленно потер руки Олег, которому тоже было о чем поразмыслить.
Глава 11
После того как Баженов выскочил у метро, Францев продолжил вести машину молча, размышляя о чем-то своем, единственное — сообщил Олегу, что сейчас они едут в Останкино, да и то только после того, как юноша у него спросил, насколько далек их путь. Ради правды, особой ясности предоставленная информация Ровнину не добавила, поскольку в том районе Москвы ему пока побывать не довелось, но это не сильно его и опечалило. Спешить все равно было некуда, плюс предоставлялась отличная возможность рассмотреть нежданно-негаданно возникшую неприятность со всех ракурсов.
Первая и самая бредовая версия того, кому вдруг понадобилось знать о нем все, возникла у Олега еще в кабинете Францева. Из нее следовало, что кто-то из клиентуры отдела решил собрать подробнейшее досье с тем, чтобы после попробовать припереть его к стене и тем самым склонить к сотрудничеству. Как рабочий вариант она, конечно, кое-как билась в логику происходящего, но при подробном разборе разлеталась в разные стороны, точно стеклянный стакан, брошенный на каменный пол. Ну какой обитатель Ночи станет наводить справки непосредственно через его начальника, который их всех насквозь видит? И потом — чем таким выдающимся на ниве защиты граждан от потустороннего он, Олег Ровнин, отметился за прошедшие месяцы, чтобы кто-то затеял вот такую разработку? Какой подвиг совершил?
После юноша перешел ко второй версии, которая не сильно отстала по части несуразности от первой. Имя ей было Мария Остапенко. Впрочем, если точнее, под подозрение попала не сама Машка, а Антон Семенович Остапенко, ее папа. В принципе, этот непростой дядька запросто мог поднять свои связи и оформить подобные запросы, вот только зачем? Ну, даже если бы его заинтересовала скромная персона лейтенанта милиции, с которым встречается его дочь, и он захотел бы убедиться в том, что этот юноша действительно тот, за кого себя выдает, то запросто мог бы реализовать куда более незамысловатые варианты. Или вообще звонком обошелся, что куда проще. А вот так, с характеристиками, с подробнейшим сбором информации… Да ну нет. И потом — чтобы вот так сразу? На следующий день? Как-то не верится в то, что после того, как Ровнин покинул квартиру на Малой Бронной, господин Остапенко выпил еще рюмочку да и сказал дочери:
— Вот, Марья, жених для тебя что надо. За него пойдешь. Завтра же его «пробью» по всем каналам, и, если все как надо, по ноябрю свадьбу сыграем! Не будем тянуть до следующей весны. Я сказал!
И еще после кулаком по столу бахнул, для убедительности.
Бред?
Бред.
Значит — забыли-проехали.
А вот третья версия, собранная из разных кирпичиков и сведенная воедино в машине, которая мчалась в неблизкое Останкино через сырую московскую вечернюю хмарь, выглядела более-менее реалистичной.
Что, если всю эту карусель закрутил все тот же Равиль Алирзаев? А почему нет? Время идет, убийца его брата где-то ходит и посмеивается, что для гордого азербайджанца недопустимо. Да и для лидера преступной группировки, пусть не самой большой, но, что важно, этнической, тоже. Что могут подумать бойцы, которые под ним ходят? Например, то, что если он за родную кровь за полгода отомстить не смог, то какой тогда их старший, к шайтану, лидер? Или кто там у них вместо черта? Выходит, зря Равиль сидит на своем месте и львиную долю заработанного получает. Не пора ли нынешнее положение дел переиграть?
Возможно, дома, в Азербайджане, такие мысли никому из пристяжи Алирзаева в голову не пришли бы, потому что там присутствуют и традиции, и родственные, а также разные иные связи и еще много чего. Но то там, а то здесь. Родина далеко, и если когда-то за внезапную смерть Равиля с кого-то и спросят, то всегда десять бочек арестантов можно наплести.
Вот и активизировался мститель за смерть брата, нашел ходы к кому-то из более-менее внушительного начальства в погонах и уже через него начал искать свою пропажу. Тем более что в родном Саратове как раз перемены в милицейском ведомстве прошли, и после того, как прежнего генерала сняли, наверняка много рокировок и на более низких уровнях случилось, в том числе и в кадрах. Новая метла всегда чисто метет.
Как следствие — разослали запросы на предмет того, где нынче служит некто Олег Ровнин, получили ответы, несколько из персоналий совпали по возрасту и чину (вряд ли он один такой в Системе есть), а после для окончательного подтверждения запросили по каждому более конкретную информацию. Собственно, вот и все. Затем одно будет сведено с другим, папочка с данными, сгруппированными и подшитыми, будет отдана Алирзаеву, а тот ближайшим самолетом вылетит в Москву, дабы повидаться с тем, кого давно ищет.
До здания на Сухаревке он, конечно, может, и не доберется, но что ему мешает, как ранее Арвиду, подождать Олега в переулке? Ну а дальше
