столько времени топтались на одном и том же месте, нас пичкали ложной информацией.
— Ты же понимаешь, что от этого не легче?
— Понимаю, поэтому сейчас тебе надо как следует отдохнуть и привести мысли в порядок. А после можно и поговорить.
Я опустился прямо на мерзлую траву и только тогда, наконец, понял, как же сильно устал за последние стуки. Земля была очень холодной, но в тот момент меня это абсолютно не волновало. Ри присел рядом со мной. Он больше ничего не говорил, просто пускал пар изо рта, который растворялся в ледяном воздухе. Близилась зима.
Через час из моей палатки вышел врач. Он извлек пулю и обработал рану Эл. По его словам, она все еще была слаба, потому что потеряла много крови, но скоро уже должна была очнуться.
— Может, — предположил наш лекарь. — Имеет смысл перевести ее в лазарет? Там я смогу наблюдать за пациентом, не отходя далеко. Мало ли что.
— Все в порядке, я сам посижу рядом с ней до тех пор, пока она не оклемается. Мне не привыкать.
— Что верно, то верно, — промямлил Ри на заднем плане.
Врач лишь развел руками и отправился к себе. Он был среди всех обитателей лагеря самым старшим, почти под сорок лет. А так как людей его возраста у нас больше не имелось, то он предпочитал проводить время в одиночестве или со своими учениками, ребятами, у которых были способности к медицине и которых он обучал.
***
Когда я зашел обратно в палатку, Эл лежала точно в такой же позе, в какой я ее и оставил. На улице прошло двадцать минут, но тут время словно и не сдвигалось с места. Температура ее немного спала, а значит воспаления можно не бояться. С закрытыми глазами Эл казалась совсем обычной, будто она была ровно такой же, как и все остальные. Вьющиеся каштановые пряди волос прилипали к ее лицу, на котором еще был пот, и периодически девушка морщилась от этого. Аккуратно, чтобы не разбудить Эл, я убрал волосы с лица. Только тогда она облегченно вздохнула сквозь сон. Ее плечо покраснело и вздулось. Периодически Эл резко втягивала воздух сквозь сжатые, что означало, что обезболивающее стало сходить на нет.
Наверное, я немного задремал, пока присматривал за девушкой, потому что в следующий раз открыл глаза уже от того, что чья-то тяжелая рука легла мне на плечо. За это время свет на улице окончательно погас, Эл каким-то образом сумела перевернуться на живот и теперь мирно сопела в подушку, а Ри стоял передо мной.
— Кажется, ты заснул, — он виновато отвел глаза, словно оправдываясь. — Не хотел тебя будить.
— Все нормально. Я не планировал спать сегодня.
— Если ты хочешь, то я могу тебя сменить.
— Ри, все хорошо, правда. Просто это был тяжелый день, ничего более.
— Отлично, — мой друг неожиданно повеселел. — Потому что я как раз принес с собой живительную влагу.
Откуда ни возьмись в его руках появились две большие бутылки пива. Сквозь прозрачное стекло виднелась желтая пенящаяся жидкость. Ри передал одну из них мне, а вторую тут же откупорил и сделал большой глоток.
— Думаешь, сейчас время для этого? — спросил я, разглядывая бутылку.
— Я бы сказал, что как раз сейчас самое время. Тебе необходимо немного расслабиться.
Терять, в принципе, было нечего. Я открыл бутылку, сделал глоток и только после этого понял, до чего же мне хотелось выпить. Будучи постоянно погруженными в работу нам с Ри частенько приходилось отказываться от алкоголя и других вещей, которые могли бы притупить внимание.
Ри расположился прямо на полу, возле моего стула. Он медленно отпивал напиток и, не отрываясь, смотрел на Эл.
— А ведь у вас это складывается в традицию, — сказал вдруг Ри.
— Что именно?
— Да все это, — он указал сначала на меня, а потом на Эл. — Вот уже второй раз вы приходите на базу вместе после очередного задания или боя, а Эл находится без сознания. Если вспомнить, тогда ведь ты тоже тащил ее на себе.
— Она уже второй раз спасает мне жизнь. Такой долг сложно отплатить.
— Почему подобное у тебя получается только с ней? Обычно все наоборот. Это Вик спасает жизни других.
— Не знаю, — я запрокинул голову назад, алкоголь уже начал действовать. — Она всегда подставляется под удар, когда я меньше всего этого жду. Кстати говоря, в этот раз она кинула гранату, чтобы прикрыть наше отступление. Это ты ей подарил игрушку?
— Конечно нет! Я бы ни за что не дал новичку гранату. Но знаешь, после того как вы ушли, я как раз не досчитался одной.
— Хочешь сказать, она стащила ее прямо со склада?
— Скорее всего сразу после того, как я отошел на пару минут. Предусмотрительная девица.
— И вот что теперь с ней делать? С одной стороны, так поступать строго запрещено, а с другой — благодаря этому она спасла наши жизни.
— Ты посмотри на нее, Эл и так уже досталось, — словно в подтверждение его слов девушка зашлась кашлем.
— Знаешь, я был там, когда ты выдавал ей оборудование. И я видел, как она медленно, будто бы растягивая удовольствие, отправляет пистолет в кобуру, прячет нож на поясе, пересчитывает патроны. И тогда в моей голове пронеслась лишь одна мысль: «Мне потребуется чудо, чтобы она никогда не воспользовалась этим оружием». Но чуда не произошло. Я очень не хотел ввязывать ее во всю эту историю, но в итоге все мои действия, которые должны были оградить ее от войны, наоборот направили ее в самую гущу событий.
— Она тебе нравится, Вик?
— Не более чем все остальные, — я еще раз посмотрел на нее, чтобы убедиться в своих словах.
— Но ты относишься к ней иначе, чем ко всем остальным.
— Просто в какой-то момент я почувствовал, что несу ответственность за ее жизнь. Того, через что она прошла, уже более чем достаточно, чтобы заслужить мирную и спокойную жизнь. Но по неизвестной причине она снова и снова попадает в подобные ситуации.
— А я ведь только сейчас понял, — усмехнулся Ри себе под нос. — Это она была той девушкой, которую ты спас при взрыве в полисе. Мне все казалось, что вы были как-то связаны еще до того, как она попала сюда, а теперь все встало на свои места. Просто вы никогда не говорили…
— Ри, нет никаких «мы». Есть она, — мой палец указал на спящую Эл. — Есть я, — а затем переместился на мою грудь.
— Ни ты, ни она, — на этом моменте он
