Плеск прибоя.
Анфилада Баядэ.
Сердце болезненно сжалось и обрушилось. Дыхание перехватило. Она вовремя успела закрыть собственное сознание от Марса – еще не хватало, чтобы он считал видения Влада через нее, Ноэль. Она качнула головой, медленно запрокинув голову, словно желая размять затекшую шею.
– Ты что-то увидела? – человек в белом изнывал от нетерпения.
– Прошу, еще минута…
«Он знает, – догадалась Ноэль. – Теперь надо перехватить его раньше, чем он наделает глупостей». Мысли лихорадочно суетились, проламывая барьеры и сминая выставленную против Ноэль защиту.
Сквозь сумрак сознания Влада Чайки, она видела силуэт «Антареса», взрыв сорвавшегося боеприпаса, кадры суда и саму себя – моложе, счастливее. Несмотря ни на что, счастливее. Она ушла из флота, чтобы не обрушить карьеру отца, она действовала, чтобы защитить его и ее жертва была оправданной. Это окрыляло и давало силы.
Рывком она сняла очки.
– С чего вы вообще взяли, что этот зэ́вэрг[38] что-то задумал и может быть опасен?
Марс, снова уставившись в монитор, прошипел:
– Он постоянно что-то вынюхивает, трется то около рубки, то на камбузе притаится, будто что-то подслушивает…
Ноэль прищурилась, усмехнулась:
– Марс, ты болен? – она смерила взглядом своего бортинженера, потом повернулась к человеку в белом, посмотрела снизу вверх. – Землянин – талантливый взломщик, это нельзя не признать. То, как он щелкает системы охраны и безопасности, как внедряется в программы, достойно восхищения. Но при всем этом, он весьма недалекий и примитивный человек. – Она поморщилась. – Он здесь ради денег, любая мотивация такого рода примитивна. Он не ищет сложностей.
– Но он постоянно что-то скрывает, – не унимался Марс.
– Он слушает музыку, – Ноэль рассмеялась ему в лицо. – Земную музыку. С ее примитивными ритмами и простой формой. Посмотри сам, если не веришь мне.
Она протянула ему очки. Марс с сомнением покосился на человека в белом, но очки взял и снова надел их.
– Что я должен увидеть, – он склонился над панелью управления, навис над Ноэль.
Ноэль повернулась к монитору.
– Приглядись к этому клубку, вокруг него. Вспомни, как укладывается в узор мелкая стружка, брошенная на динамик радио ретранслятора. Какой узор рисует под воздействием звуковой волны водяной пар… Видишь?.. Поймай ритм.
Она легко ударила по подлокотнику, повторяя ритм музыки, которую слушал Влад.
Марс молчал. По тому, что он стал громче сопеть, девушка поняла – он увидел то же, что и она сперва – ворох эмоций землянина, вызванных прослушиванием любимого трека.
– Убедился? – она лукаво улыбалась, ожидая, пока стянувший очки бортинженер, наконец, признает свою неправоту.
– Убедился, – буркнул тот и отвернулся от монитора. Опустив голову, уставился себе под ноги.
Ноэль обернулась к человеку в белом:
– Я пойду?
Ее отпустили взмахом руки, словно смахнули с плеча присевшую отдохнуть бабочку. Ноэль привыкла не обижаться. Коротки кивнув Марсу, она вышла.
– Она сказала правду? – прошелестел человек в белом.
– Похоже на то, – Марс Суроль был зол и плохо скрывал свои эмоции. – Я все время думаю, что этот землянин что-то скрывает, а Ноэль считает, что он просто недалекий, жадный до наживы взломщик.
Человек в белом подошел к консоли, уперся кулаками в ее край с такой силой, за та хрустнула, а по монитору пробежала темная рябь.
Он смотрел на землянина. Густая липкая неприязнь поднималась в груди, заполняя легкие, очищая мысли. Он не верил в такие комбинации. Но, с другой стороны, пока все шло по плану. Будь землянин оперативником Теона, он бы уже как-то себя проявил. Попытка передать информацию, сообщить о ходе наблюдения… Он знал протокол, внедренный сотрудник не мог действовать на свой страх и риск, ему требовалось прикрытие, особенно ему требовалась координация действий, направление.
Да и в базе сотрудников Владислав Чайка не значился.
И все равно он ему не верил. Но он был ему нужен… На всякий случай, если что-то пойдет не по плану.
– Следи за ним. – Приказал Марсу. – Стань его тенью. Если будет хоть что-то, что покажется тебе подозрительным, ты мне скажешь.
Глава 30. Дипфейк
Борт фрегата «Тольда»
С чувством разочарования и раздражения после диагностики у Духова, Теон сперва выскочил из медблока, затем поднялся на этаж экспертов, прошел по притихшим коридорам – дневная смена закончилась, дежурные еще не приступили к работе – он вышел в атриум. Здесь особенно остро ощущалось очарование «Тольды», ее стройность и величие: собрать такое количество уникальных специалистов, технологий, создать такую базу – это его, Теона, идея и заслуга, выработанная и реализованная шаг за шагом концепция.
Начальник криминальной полиции подошел к бортику, запрокинул голову, наблюдая за искрящимся под куполом атриума оком искина, центром обработки данных. Огромный кристалл серебрился в высоте, тонкие нити-лепестки тянулись по стенам вниз, углубляясь в тело «Тольды», наполняя его.
Идти в кабинет, к отчетам и бумагам, не хотелось. Поднявшееся в груди раздражение все не отпускало. Теон спустился на палубу ниже и сам не заметил, как ноги принесли его в пустынный аквариум к аналитикам Окинул взглядом за в поисках Корсакова – не обнаружив, выдохнул с облегчением: парню нужно прийти в себя. Хотя бы несколько дней. За рабочей консолью одиноко и задумчиво сидел Василий Крыж. Синие блики экранов подкрашивали его по-мальчишески острый профиль, непослушные вихры на макушке, лениво оседали на ресницах.
Теон подошел к нему:
– Есть что-то интересное? – спросил.
Крыж кивнул ему непочтительно-рассеянно, увлекшись тем, что подготовила для него программа.
– Вот это интересно, – Крыж вывел на монитор одно из окошек, чтобы увеличить разрешение. – В архивах диспетчерской службы я нашел их оригинал видеоконференции капитана «Менанделя», сделанное за три месяца до крушения. Это та самая запись, которую в последующем использовал Филин для создания дипфейка… Ну, того, где он уже во время крушения сообщает диспетчеру, что с лайнером и пассажирами все в порядке. На нем мы тогда увидели Цесту Регран, помните?
Теон помнил, а потому кивнул. Встав за спиной аналитика, скрестил руки на груди. Крыж просиял:
– На оригинальной записи Цесты нет…
Теон замер:
– То есть как «нет».
– Ее образ был внедрен программой-триптихом методом дипфейка. Я стал перепроверять данные, когда обнаружил следы зачистки списочного состава экипажа «Менанделя», предоставленные судовладельцем. Сравнил их с дубликатами, которые компания предоставляла в диспетчерскую ранее, и сверка подтвердила – Цеста Регран никогда не работала на «Менанделе». Видео с ее изображением взято из открытых источников, с трансляции учебного полета – Цеста тогда еще служила в космофлоте. Изображение наложили на оригинал записи, закрыв того, кто на самом деле работал в роли второго пилота на «Менанделе»… И это Инва́р Сабо́, конечно, не под своим именем, но система распознавания лиц подтвердила личность креонидянина.
– Сабо? Ты не ошибся.
Крыж покачал головой:
– Нет, эту семейку психов я ни с кем не перепутаю.[39]
Теон задумчиво поправил крепление бромоха, отстегивая и застегивая его вновь. Щелк-щелк – словно шестеренки шелестело в аквариуме аналитиков.
Инвар Сабо – это многое объясняет. Единственный сын Ити́ля Сабо, задержанного за участие в антиправительственном перевороте и финансировании запрещенных медицинских опытов, выросший в атмосфере собственного превосходства, культивированной жестокости и непримиримый враг действующей системы – Инвар был опасным и мотивированным противником. Опасным именно в форме собственного отчаяния – этому человеку было нечего терять. Инвар Сабо, оказавшись причастным к тяжкому преступлению, лишился власти и привилегий, дома и ближайшего окружения. Он испытал разочарование и унижение. И он был готов мстить. Не дожидаться удобного случая, а генерировать его самому – это тоже было вполне Инвара.
Какое место в истории с крушением «Менанделя» он сыграл – предстояло узнать. Но он помнил совершенно точно, что сын Итиля Сабо обвинялся как соисполнитель по делу отца, его подозревали в зачистке баз данных с упоминаниями имен и сведений о жертвах их лабораторных испытаний. Этот поганец виртуозно убирал любую информацию о жертвах, надеясь, что установить точное количество погибших полиция не сможет. Уже тогда было ясно, что Инвар – талантливый программист, кодер. За юнца просила Кро́до Тиама́т, бывшая начальница станции «Тамту», а ныне – одна из владелиц «Новой эры».
Итиль тогда выгородил
