— Садитесь и будьте как дома. Здесь не слишком комфортабельно, но в свое время я не нашел ничего лучшего. — Он опустился в кресло, и оно затрещало под его тяжестью. — Ваше здоровье!
Отпив немного, он нахмурился.
— Почему вы не пьете?
Жанна не шевелилась, казалось, она даже не заметила стакана.
— Это в ваших обычаях обещать и не выполнять обещания? — резко спросила она.
Он не ожидал такого прямого удара. На мгновение опешил, но быстро пришел в себя и ответил, смеясь:
— Вам осталось совсем немного узнать обо мне, не правда ли? — он вытянул свои длинные ноги. — Это верно, иногда я поступаю так.
— Вы беретесь выполнять определенную работу, получаете аванс и тут же бросаете порученное дело, — продолжала она. — Это очень выгодное занятие — зарабатывать таким манером деньги. Вы не находите?
Корридон согласно кивнул головой.
— Довольно выгодно. Иногда даже слишком, — легкомысленно проговорил он.
Он удивился. Спокойствие девушки удивляло его. Он полагал, что после этих слов она набросится на него, и в глубине души был бы даже рад, если бы она так поступила: он чувствовал бы себя увереннее.
— И те, кто вам платил, ничего не могли доказать…
— Абсолютно, — весело проговорил Корридон. — Как правило, дела, которые мне предлагают, не того рода, чтобы по ним беспокоить полицию. Но вы, если сохранили бумажку с моей распиской, можете подать на меня жалобу в полицию… Если хотите, — добавил он, смеясь.
Она раздавила в пепельнице окурок, взяла коктейль и долго смотрела на Корридона. Он приготовился быстро увернуться, если ей вздумается выплеснуть содержимое ему в лицо. Но вместо этого она отпила добрую половину, поставила стакан на стол и села на тахту.
— Крей проинформировал вас, что наши документы не в порядке, не так ли? — продолжала она. — И что мы не имеем права даже находиться здесь?
— Да. Так что с вашей стороны, как вы сами видите, было очень опрометчиво всерьез рассчитывать на мою расписку.
— И вы даже не собирались искать Мэллори?
Ситуация выходила из-под контроля Корридона, но Жанна приблизила момент объяснения, которое должно было состояться завтра. Так не все ли равно? Днем раньше, днем позже…
— Разумеется, нет, — осторожно ответил он. — Если вам нужна жизнь этого типа, то вам придется самим спустить его. Не думаете же вы, что я пристрелю человека, которого даже никогда не видел, и только потому, что вам этого хочется?
— Но это не помешало вам взять деньги?
— Я никогда не отказываюсь от денег, — он достал сигареты и предложил ей. Она закурила, и заметно было, как дрожит ее тонкая рука.
— Виноваты те, кто предлагает мне грязную работу, — продолжал Корридон. — Я не возражал бы, если бы меня оставили в покое.
Она слегка откинулась назад и посмотрела на Корридона с полным спокойствием. И это необъяснимое спокойствие не на шутку встревожило его.
— Вы достойно приняли этот удар, — сказал он, желая задеть ее. — Все же семьсот пятьдесят фунтов — немалые деньги.
В первый раз за время их недолгого знакомства он увидел улыбку на ее лице.
— Вы принимаете нас за дураков, не правда ли?
— Ну, зачем же так грубо! — смеясь, возразил он. — Вы просто несколько наивны.
— Вы имеете в виду расписку?
— Ну-у… в конце концов вы вправе рискнуть!
— Нет, нет, как раз рисковать мы не можем. Но не для того я взяла с вас расписку…
На этот раз Корридон насторожился. У него начало закрадываться подозрение, что он недооценил эту троицу. Слишком уж гладко все шло с самого начала. Но что могут сделать ему эти люди? Деньги лежат в банке, вне пределов их досягаемости…
— А почему? В чем причина?
Она молча допила коктейль и протянула стакан Корридону.
— Я бы выпила еще.
С недоуменным видом он взял стакан. Пока он приготавливал следующую порцию, она сказала:
— Я пришла к вам, чтобы попробовать уговорить все же найти Мэллори.
Он взглянул на нее через плечо, сдерживая усмешку.
— А что дает вам повод думать, что это удастся?
— Вы должны его найти, — тихо произнесла она, наклонившись вперед. — Он — предатель. И заслуживает смерти. Вы ведь не жаловали предателей два года назад, не так ли?
— Предатель он или не предатель, мне на это совершенно наплевать, — он протянул ей стакан. — Тогда я выполнял приказы. Те чувства, которые я тогда питал к предателям, сегодня не имеют значения.
— Вы бы говорили иначе, если бы знали Пьера, — продолжала она, с такой силой сжимая кулачки, что побелели суставы.
— Возможно. Но я его не знал. В сущности, были сотни людей, подобных вашему Пьеру, да к тому же вы были влюблены в него…
Она вскочила с места, опрокинув стакан. Глаза ее метали молнии.
— Да или нет? Собираетесь вы искать Мэллори? — повелительно произнесла она, впиваясь в него взглядом.
— Ну конечно, нет, — ответил он небрежно, очень довольный собой. — Таскайте сами каштаны из огня.
— Это ваше последнее слово? — прошипела она. Он видел, что Жанна из последних сил сдерживает свой гнев. Ей не хватало воздуха, лицо стало белым и жутким, как маска.
— Это мое последнее слово. И вам нечего здесь делать. Правда, у вас имеется моя расписка, но вы не сможете ею воспользоваться. Есть еще Жан со своей игрушкой, но он мне не страшен. Я не боюсь угроз. Я получил деньги и не собираюсь с ними расставаться.
Она приблизилась к нему на несколько шагов и отвернулась, чтобы скрыть лицо. Постояв так, вернулась на тахту. Когда она села, Корридон с удивлением увидел, что к ней вернулась прежняя уверенность.
— Я с самого начала не верила ни единому вашему слову, но Ренлинг повторял, что верит вам.
— Ренлинг — очень доверчивый человек, — заметил Корридон, пристально наблюдая за ней: он больше опасался ее спокойствия, чем гнева. — Он судит о других по себе, а это большая ошибка.
— Вы сказали «большая ошибка»? — она отвернулась и принялась рассматривать гравюру, висевшую над камином. — Все же было бы лучше, если бы вы согласились выполнить свою миссию. Мы предпочитаем добровольное участие с вашей стороны, но я вижу, это невозможно. Нам остается заставить вас работать на нас.
Он рассмеялся, искренне забавляясь.
— Скажите, пожалуйста — заставить!..
— Смеетесь?.. — она резко повернулась в его сторону. — Поверьте, это не пустые угрозы. Мы поручили вам найти Мэллори, и вы найдете его!
Корридон покачал головой.
— Вы так уверены? Почему?
Она выждала некоторое время, чтобы ее последние слова прозвучали более эффектно, и, не спуская с него глаз, произнесла:
— Крей мертв!
Он вспомнил слова Крея: «Я никак не могу отделаться от мысли, что они хотят меня прикончить…». Вспомнил его прерывающийся голос…
Удар был неожиданный и жестокий. Некоторое время Корридон сидел неподвижно, как оглушенный. Затем пробежала дрожь, в мозгу снова возник вопрос: «А не слишком ли я недооценил эту троицу? Но, может, она лжет?»
Жанна докуривала сигарету. Он повернулся к ней и сухо проговорил:
— При чем здесь я? Меня не интересует, жив он или мертв. Я не имел ничего общего с этим типом.
Она откинулась на спинку дивана и осторожно постучала пальцем по сигарете, чтобы сбросить пепел.
— Вы не очень-то сообразительны! — Ее усмешка показалась ему отвратительной. — Подумайте немного. Живой Крей и не имел к вам никакого отношения, но мертвый… Пошевелите мозгами. Крей был убит пулей из маузера через пять минут после вашего ухода, — спокойно сказала она. — Вы все еще не понимаете? Попробуйте сообразить.
Внезапно до него дошло, что так или иначе, но эта троица сильнее его. Он больше не был хозяином положения. Он еще не мог сообразить, почему, но холодный, торжествующий взгляд девушки показывал, что он проиграл.
— Этот тип для меня ничто… живой или мертвый, — упрямо повторил Корридон.
— В это трудно поверить… Они не поверят.
— Кто это — «они»?
— Ну, хотя бы полиция…
Вдруг он сразу все понял и побагровел от злости. На пистолете найдут отпечатки его пальцев… Ведь этот коротышка был в перчатках! И расписка, которую он им оставил, тоже будет свидетельствовать против. Его видели выходящим из квартиры Крея. Человек внизу обязательно даст его описание и выступит свидетелем. Полиция столько лет ждала возможности наложить на него лапу, что теперь вполне удовлетворится такими уликами…
— Вы лжете! — В его голосе звякнул металл. — У вас не было ни малейшего повода убивать Крея.
Она долго смотрела на него, как будто не слышала его слов, потом закурила еще одну сигарету, подобрала ноги и резко встала.
— Попробуйте только навязать мне на шею эту историю! — угрожающе бросил он. — Уж я постараюсь прихватить с собой за компанию и вас троих.
