В нашем активном, атакующем хоккее главные роли мы нередко отводим форвардам, ценим активных защитников. Все это в принципе правильно. Однако начало всех тактических начал, я в этом убежден, – мастерство, степень надежности вратаря.
Несколько лет назад, осенью, встречаю Владислава – он только что вернулся из зарубежной поездки, где участвовал в серии игр.
– Как дела? – спрашиваю.
– Трудными матчи оказались. Оборона наша играла с провалами…
– Чудак ты, – говорю. – Скажи спасибо и тренерам, и защитникам, что дали тебе возможность осенью поиграть вволю, укрепить мастерство, обрести уверенность. А если бы защитники не ошибались…
Привык к тому, что меня считают человеком крайностей. Однако многие крайности в моих суждениях – кажущиеся. Просто в логической цепи рассуждений я часто опускаю промежуточные звенья, выдавая собеседникам лишь конечный результат. Восстановлю недосказанное в разговоре с Третьяком.
Само собой понятно, что если защитники играют без ошибок, то участие голкипера в игре сводится к минимуму, стало быть, никак не влияет на рост его мастерства. Убежден, часть оборонительных функций страж ворот может принять на свои плечи – тогда и с форвардов, и с защитников можно снять часть ноши по обороне ворот, воплощая в жизнь истинно атакующий стиль игры. Именно в этом и помогал мне Владислав Третьяк.
Впрочем, был он опорой тренерам во всем. В налаживании сознательной дисциплины, в постоянном пополнении знаний, в создании настроя на каждый матч. Да что говорить, без таких преданных хоккею спортсменов – честолюбивых, но знающих цену и коллективному труду – ни одному тренеру не под силу создать классную команду. Без их помощи не провести без потерь омоложение коллектива. И Третьяк очень помогал мне, а позже, верю, и преемнику моему – Виктору Тихонову – смело вводить в состав молодежь. Лет пять назад в составе ЦСКА появилась целая группа молодых хоккеистов. И хотя под рукой тренера была великолепная пятерка Ларионова, в трудные минуты для команды палочкой-выручалочкой становился Владислав Третьяк.
Не случайно и сейчас, когда Третьяк давно не выступает, именно по его игре, словно по эталону, сверяют мастерство вратарей и тренеры, и игроки. Увы, пока это сопоставление не слишком радует. К сожалению, ни один наш вратарь не освоил интуитивного метода Третьяка, позволявшего тому в единоборстве с любым соперником владеть инициативой.
У Третьяка было множество приемов, овладеть которыми надо стремиться сегодняшним вратарям. Расскажу об одном из них.
В ситуации, когда соперник владел шайбой, находясь за воротами, Владислав следил за этим форвардом лишь краешком глаза, боковым зрением, главное же его внимание было сосредоточено на тех, кто перед ним, кто мог, получив шайбу, переправить ее в ворота. При этом подсказывал партнерам, кого (а то и как) опекать. Маневры Третьяка были настолько отработаны, что не припомню случая, чтобы кто-либо сумел ему забросить шайбу из-за ворот. Хотя вспоминаю, что на тренировках многие наши асы, среди них и Валерий Харламов, и Анатолий Фирсов, много раз пытались добиться этого. А ведь часто мы видим, как и не столь выдающиеся форварды забрасывают в матчах шайбы из-за ворот опытным стражам.
Вывод, по-моему, очевиден: тренеры, если есть у них творческая жилка, обязаны использовать, развивать наследие Третьяка. Именно так выдающийся игрок, даже закончив выступать, продолжает свою жизнь в хоккее: у него учится, на него равняется молодежь.
«Лучший вратарь XX века», «С Третьяком в воротах любая команда непобедима!». Эти и подобные им восторженные сентенции высказывали – и не раз – не легкомысленные газетчики, а крупнейшие специалисты канадского хоккея. При этом надо не забывать, что канадцы всегда очень ревниво относились к похвалам в адрес «чужих» стражей ворот. И такие комплименты Владиславу говорят о многом.
У нас в стране впервые в практике мирового хоккея создана «Вратарская школа имени Владислава Третьяка». С радостью сообщаю любителям и специалистам хоккея о том, что она уже начала свою работу. Разработана методика обучения юных хоккеистов и совершенствования вратарского мастерства. Проводятся симпозиумы с участием вратарей и тренеров, лекции о вратарском искусстве дополняются показательными тренировками. Хорошо, что группа вратарей, мастеров своего дела, имеет дело не только со взрослыми, сложившимися спортсменами, но и с юными хоккеистами из детских спортивных школ Москвы, Прибалтики, Урала, Сибири. Не обойдены вниманием и юные вратари многомиллионной «Золотой шайбы». Чем раньше ребята воспримут «уроки Третьяка», тем больше у них шансов стать со временем истинными хоккейными вратарями.
Наш первый выдающийся голкипер Николай Пучков однажды вслух изрек: «Вратарь – полкоманды!» В те первые годы освоения нами хоккея не все соглашались с этим афоризмом. А напрасно. Утверждение Пучкова справедливо. Подтверждение ему можно найти в практике советского и мирового хоккея. Уступая нашей сборной, канадские профессионалы не раз говорили: дайте нам Третьяка – и мы вас одолеем! Команда способна добиться победы, располагая защитниками средней руки, не очень пробивными форвардами. Опытный тренер сумеет восполнить изъяны состава умелым руководством игроками во время матча. А вот скрыть от соперника слабую игру вратаря, добиться при этом победы – дело пустое, невозможное. Не слишком ли категорично? Давайте порассуждаем.
У каждого полевого игрока, как правило, один, ну два визави – хоккеиста противоборствующей команды, с кем в течение матча ему чаще всего приходится вступать в единоборство. А вот вратарь один против двадцати. Это хоккеисты разных амплуа. Не похожие друг на друга по игровому навыку, манере двигаться, бросать по воротам, разные по характеру. Каждый для вратаря – загадка. И каждый горит одним желанием – взять ворота. От того, удастся ли это, зависит успех или поражение команды.
Надежен вратарь – и хоккеистов команды соперника охватывает разочарование, горечь неудачи. Для того чтобы хоть как-то уберечь голкипера от возможного мщения со стороны соперников, в правилах игры оговорено, что в площади у ворот персона вратаря неприкосновенна. Правда, несмотря на это, не всегда соперники относятся к стражу ворот по-джентльменски. И он должен все это терпеть, сносить. Такая уж у него доля.
В силу ряда причин и в своей команде вратарь несколько обособлен от других игроков, порой одинок. И так – долгие-долгие годы.
Но с теми, кто может подумать, что незавидна роль вратаря, я решительно не согласен! Роль достойная, значимая, заметная. Не встречал ни одного вратаря, который жаловался бы на свою спортивную судьбу, жалел о том, что избрал именно это амплуа в хоккее, а не какое-либо иное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
