– Да там все непонятно, – остановил его Вареников. – Вроде как Милка все себе забирает. По крайней мере я так слышал. Жену Лапина с сыном нищими оставляет, и на работу ту не берут. В общем, участковый пытался что-то выяснить, но его Анастасия, вдова Лапина, на хрен послала. Однако звонок Миле был, она подняла трубку и пулю в глаз получила. Вот сволочь!.. Точнее, сволочи, ведь они в паре работают… Урюпина, домработница Либертовичей, молчит, только плачет. Да еще врачи нас к ней не подпускают. А ведь только она может вывести нас на киллера.
– Так что же, не хочет или действительно ничего не знает? – поинтересовался следователь.
– Она до сих пор в себя прийти не может, – вздохнул Вареников. – Хозяева ее напрямую в помощи киллеру обвинили. Надеюсь, оклемается и что-нибудь вспомнит.
– Что-что?! – воскликнул Ларин. – Лапину шлепнули?! Ну и дела… И звонок был? – Выслушав ответ, пожал плечами. – Ее-то на кой хрен? – пробормотал он. – Что-то этот киллер вразнос пошел. И Лизке Буркиной звонили, она в панике – воет и все старается спрятаться. В общем, крыша у нее съехала. А вот Милку Лапину почему кончили, непонятно. В общем, срочно собираемся. Ировский приехал? Вот и собери всех у меня на даче через два часа. Есть весьма интересная информация.
– Лизу позовите, – попросил Степанов.
– А кто это? – нервно спросил из-за двери женский голос.
– Дашка, – разозлился Степанов, – открывай! Это я!
– Елизавету Юрьевну увезли в больницу, – отозвалась горничная. – Ей звонили и грозили убить, а потом…
Степанов, не дослушав, быстро пошел к лифту.
– Кто это был? – спросила Анна.
– Вы его видели, – ответила Даша. – Михаил Степанов, бывший любовник Елизаветы Юрьевны. Она просила его убить Илью Степановича, а когда его убили, была уверена, что это сделал Михаил. Однако оказалось, их всех преследует какой-то убийца. Ну, Елизавета Юрьевна прогнала Степанова, а он пытается помириться.
– И насколько серьезны были их отношения? – спросила Анна.
– Они собирались пожениться. К тому же Степанов очень хотел быть членом совета директоров этой компании.
– Но он вроде собирался уехать на Дальний Восток, чтобы заняться золотом…
– Да, я об этом слышала, но еще он очень хотел быть и членом совета директоров компании „Русский лес“.
– А там действительно большие деньги вертятся?
– Очень большие. У них же еще мебельное производство, несколько магазинов. Компания очень большая. Но кто-то стал их убивать, и никто не может понять, за что и кто кого заказал.
– А ты неплохо информирована! – усмехнулась Анна.
– Так ведь все разговоры ведутся при мне, – пожала плечами Дарья, – и я невольно обо всем слышу.
– И про убийство Лизкиного мужа они при тебе говорили? – насмешливо спросила Анна.
– Я случайно услышала, – улыбнулась Даша.
– А что Лизка говорила про меня?
– Да ничего плохого я не слышала, – честно ответила Даша. – Просто Михаил очень хотел встретиться с вашим мужем и уговорить его помочь ему устроиться на работу…
– Ты знаешь номер телефона Степанова? – перебила ее Анна.
– Он записан в блокноте, – кивнула Даша.
– Он всех убьет, – прошептала привязанная растяжками к кровати Елизавета. – Всех…
– Да, – покачал головой пожилой врач в круглых очках, – достали, видно, ее разговоры о киллере. Муж убит, и хватило телефонного звонка, чтобы она вышла из строя…
– Надолго? – спросил старший лейтенант милиции.
– А вот этого вам никто не скажет. Может, на всю оставшуюся жизнь, а может быть, и завтра все это кончится.
– Хотелось бы, – пробормотал милиционер.
* * *
– Знаешь, – вздохнула Ангелина, – это твои люди убрали Милку…
– Ну, – ответил Лео, – я, конечно, запросто мог это сделать, но здесь я не при делах. Был звонок, о котором, кстати, трезвонят все, начиная от уличных бакланов и кончая крутыми бизнесменами. Сейчас не только директора „Русского леса“ в панике. Кто знает, кому позвонит этот умелец, мать его… Я не постесняюсь сказать, что с опаской беру телефонную трубку. Вот так-то! – кивнул он. – Видно, кто-то решил убрать всех, кто хоть как-то связан с этим делом. Но при чем тут Милка? – Он пожал плечами. – Непонятно…
– Ну что, скоро ты? – раздраженно спросил Ировский копавшегося в моторе водителя.
– Да сей момент, – отозвался тот. – Помог бы… Тут подержать надо отверткой, одному несподручно.
Ировский выругался и подошел к водителю.
– Привет тебе от супруги, – усмехнулся тот.
Удивиться Ировский не успел. Острая боль ожгла его правый бок. Коротко вскрикнув, он присел. Водитель легко подхватил тело, подтащил к приоткрытой задней дверце машины и аккуратно усадил. Приложил под пиджак к торчащему из правого подреберья тонкому штырю носовой платок и захлопнул дверцу.
– Готово, – достав сотовый телефон, сообщил он.
– Где ты была? – сердито спросила Антонина Федоровна вошедшую дочь. – Юрий обзвонился уже…
– Мама, – выдохнула Настя, – оставь меня в покое. Мне кажется, тебе это нужно больше, чем мне. Неужели ты не поймешь, что у моего сына убили отца, а у меня мужа? И кто нам может заменить его? А те, кто это сделал, на свободе и продолжают жить как ни в чем не бывало. Милка хочет отнять все, точнее, можно сказать, уже все забрала. Да, я все отдала без всяких разбирательств, потому что Славик обманывал меня, у него есть дочь, а я об этом не знала. Он раньше был женат, а я и об этом не знала. Поэтому я отдала все.
– Но сейчас ты все вернешь назад, – быстро заговорила Антонина Федоровна, – и я не понимаю, почему ты не рада этому.
– Я очень рада. – Настя прошла в свою комнату.
– Что с ней, Господи? – Антонина Федоровна перекрестилась.
– Вот и все, – вздохнула Инна. – Теперь все будет по-другому. И в этом виноват ты сам, Гришенька! – Она рассмеялась. – Я не хотела этого, а ты очень желал иметь все. У тебя все и получилось бы, если бы ты не имел любовницу. А сейчас все буду иметь я! – Она налила в фужер шампанского. – За тебя, Инка! – Подмигнув своему отражению в зеркале, она сделала три глотка. – И спасибо тебе, Гришенька!.. – Она повернулась и посмотрела на фотографию Ировского. – Прав был папа, когда посвятил во все именно моего муженька. Но он немного недооценил свою дочь… – Вздохнув, она снова сделала глоток.
– Да ничего я не понимаю! – зло сказал Степанов, сидевший за столиком, на котором стояли ваза с фруктами и бутылка коньяка. – При каких тут я? – пожал он плечами.
– А при каких тут Лизка? – спросил Эдуард. – Кстати, Ларин тоже ничего не понимает. Правда, я, кажется, начинаю догадываться… – Он отпил коньяка. – Ты позвонил Лизке, потому что она послала тебя подальше, а ты с этим смириться не можешь. Ведь ты очень хочешь заполучить все, что ей осталось от Ильи.
– А ты умен. Далеко пойдешь, если тебя этот телефонный киллер не остановит. Как догадался-то?
– Мне сообщили парни, наблюдавшие за Лизкиной квартирой, что ты появился там сразу после нас. И вывод прост: ты позвонил, напугал ее и явился, чтобы успокоить и обеспечить безопасность не столько ей, сколько себе. И что ты теперь намерен делать?
– Кто еще знает об этом? – нервно спросил Михаил.
– Никто, – улыбнулся Эдуард. – Да и я не был уверен в этом окончательно.
– Значит, купил? Тебе причитается. Надеюсь, никому не скажешь об этом, – вздохнул он. – А то ведь попаду…
– Но ты вполне мог сыграть под это и действительно замочить Лизку.
– Если бы я получил все, что хотел, то, вполне возможно, сыграл бы под этого телефониста. А сейчас я только хотел вернуться к ней, и если бы не Ларин, так бы и вышло. Но не получилось. И я прошу тебя, не мешай мне, никому не говори о моем звонке. Сейчас я попытаюсь наладить отношения с ее сестрой и, если получится, уеду заниматься золотом. Давненько я хотел покинуть столицу, и, кажется, сейчас есть шанс. Договорились?
– Но это будет стоить энной суммы, – отозвался Эдуард. – Сейчас время такое, и за свои ошибки надо платить.
– Надеюсь, пяти штук хватит? В евро?
– Годится, – кивнул Эдуард.
– Ты упаковал его основательно? – спросил темноволосый молодой человек коренастого „водителя такси“.
– Естественно, как учили. Слушай, Мастер, конечно, все это не мое дело, но на кой хрен ты валишь всех подряд? Ведь сначала хотели только…
– А вот это, Гнилой, не твое дело! – отрезал тот. – Я убиваю не всех подряд. Перебор, конечно, есть, но двое – точно не моя работа. Кто-то под меня подстраивается. А может быть, я под него.
– Чего-о? – протянул Гнилой. – Выходит, что работает твой двойник?…
– Выходит, так, – пробормотал Мастер. – Или я, получается, чей-то двойник. Но я его найду…
– А зачем ты вмешался?
– Это тебя не касается, – недовольно повторил Мастер. – Вот что, вызови Худого от имени Ировского. Понятно?
