«А вот, кажется, и тот сюрприз, который был для нас подготовлен», — промелькнула в голове навязчивая мысль.
— Командир, что будем делать? — запаниковал паренек, отчаянно маневрируя.
— Сваливаем отсюда, в бой не вступать! — скомандовал я, но тут судьба преподнесла неприятный сюрприз, нас достал какой-то случайный выстрел средней мощности, а так как мы находились под полями маскировки и не могли использовать энергетические щиты, «Калигулу» тряхнуло, причём весьма неслабо.
— Система маскировки ушла в перезагрузку! — а вот этот доклад не сулил уже совсем ничего хорошего, потому что он означал, что мы оказались у всех на виду в самой в гуще событий.
— Зиц, врубай щиты на всю катушку!
— Уже, Большой, — бодро отрапортовал малыш, герметизируя свой скафандр, но нас уже заметили, хотя пропустить засветку гиперперехода на таком расстоянии и так было невозможно.
Совершенно точно все, кто находился в этой части системы, уже знали, что здесь появился ещё один игрок, и если корабли поддержки, которые обязаны были обеспечивать наше прикрытие, могли ожидать чего-то подобного, то для нападающих данный факт должен был оказаться сюрпризом. Но этого не случилось, потому что практически сразу ёмкость наших щитов стала проседать, ведь мы начали получать пока ещё редкие, но достаточно увесистые оплеухи.
— Ох, как я давно хотел это попробовать! — практически пропел сибурианец и полностью погрузился в управление вооружением рейдера, отдавая всего себя своему любимому делу — охоте и убийству разумных.
Броневые пластины уже освобождали необходимое для любимых игрушек маститого убийцы пространство, а сервоприводы орудий выводили их на рабочий режим.
— Хор, разгоняй реакторы, нам понадобится просто океан энергии, — скомандовал Стакс, и накопители разом просели на пять процентов, отдавая запасённую ими энергию нашему тяжёлому вооружению.
Не ожидавший такого экстренного боевого крещения стажёр, стиснув зубы и кулаки, полностью погрузился в маневрирование, совершая хаотичные, насколько мы могли это себе позволить, эволюции и пытаясь просчитать максимально безопасную, с его точки зрения, траекторию нашего дальнейшего движения. Оставаться безучастным статистом в данный момент было чертовски глупо, поэтому я начал оценивать поле боя. В этой ситуации лучшим для нас являлся побег, но далеко не факт, что мы сумеем смыться, потому что против нас пятерых, включая военных, было по меньшей мере двенадцать полноценных противников, не считая нескольких москитов, которые барражировали и с той, и с другой стороны. Судя по количеству обломков, изначально кораблей в этой заварушке участвовало около тридцати пяти, не знаю, сколько тут находилось военных от Аратана, но потеха тут шла знатная.
— Принимаю сигнал с лёгкого крейсера «Ларуда», — доложил искин.
— Давай, — разрешил я, и на одном из экранов появилось изображение обеспокоенного лица офицера в имперской униформе, на заднем фоне что-то искрило, видать, непросто давался им этот ожесточенный бой.
— «Калигула», мы постараемся их задержать, продолжайте движение по маршру… — однако договорить мужчина не успел, сигнал прервался, а бросив взгляд на экран, я понял почему, крейсер с этим идентификатором медленно распадался на две огромные части после удара чем-то тяжёлым.
— Искин, анализ обломков, составить модель боя, Стакс, военные на нашей стороне, в первую очередь наносить повреждения тем, кому сейчас труднее всего, — начал я отдавать распоряжения.
Тактическая схема сражения ежесекундно дополнялась различными данными, на каждый военный корабль набросилось по три-четыре противника, и хотя большая часть из них явно проигрывала и им, и нам в классе, но и среди них был свой левиафан. Искин классифицировал его как тяжёлый крейсер прорыва — серьёзный аппарат, почти полтора километра в длину, он барражировал в некотором отдалении, ведя монотонный обстрел военных кораблей, хотя, судя по полученным о нем данным, явно мог делать это гораздо эффективнее. Странное поведение, именно от его выстрела развалило на части корабль, с которого только что с нами связывались. А потом Стакс показал во всей красе, на что он способен. Вражеские фрегат и эсминец, которых он выбрал в качестве мишени, практически разорвало на части с разницей всего лишь в несколько секунд, что позволило немного уравнять шансы уже серьезно повреждённому, но всё ещё остававшемуся грозной силой близнецу недавно уничтоженного лёгкого крейсера.
Среди группы нашей предполагаемой поддержки на ходу оставалось только два корабля: двухсотсемидесятиметровый корвет «Магура», вертевшийся, как уж на сковородке, и, судя по всему, торпедоносец «Зегель», который весьма неплохо отстреливался, видимо, давно израсходовав свое основное оружие. То, что они ещё держались, было наглядным свидетельством, что, во-первых, их поколение значительно выше, чем у достаточно устаревших кораблей нападающей стороны, а во-вторых, несомненного профессионализма их экипажей. Буквально на наших глазах ещё три пирата запарили пробоинами и вышли из боя. Судя по тому, что я мог понять, у военных Аратана есть весьма неплохие шансы добить нападавших.
«Калигула» непрерывно изрыгал из себя высокоскоростные плазменные заряды, посылая их в сторону противника, часть из них проходила мимо, часть достигала своей цели и практически сразу перегружала щиты пиратов. Мы уже почти вырвались из зоны обломков, когда искин доложил о том, что самый сильный игрок на этом поле, набирая скорость, двинулся нам наперерез, и у него есть все шансы выполнить задуманное. Вот это уже хреновый расклад.
— Пилот, уходи по дуге, встречаться с этим монстром нам категорически не рекомендуется, — паренёк не ответил, но, судя по изменившемуся вектору тяги, команду принял.
Периодически прилетало и в нашу сторону, однако щит крейсерского класса, снятый нами в своём первом и единственном рейде в глубины фронтира, пока что справлялся с получаемым уроном. Да и Зиц не плошал, всё-таки у этого ксеноса несомненный талант, а если учесть, что сейчас он полностью загерметизировал свой скафандр, то зуб даю, наверняка дышит какой-нибудь дрянью, ускоряющей его восприятие. Плевать, пусть делает всё что угодно, лишь бы справлялся с поставленной задачей.
— Большой, надо срочно менять курс, через минуту наша корма окажется на линии огня, а я не смогу её там защитить, — скороговоркой пропищал он, но то ли Пул Корри имел природный талант, то ли очень качественно изучил полученную от нас базу знаний по своей основной специальности, только он начал совершать этот манёвр ещё до того, как улгол закончил говорить.
Это, в свою очередь, и позволило уберечь наши основные двигатели, мощный спаренный удар, произведенный с борта крейсера, пришёлся в кормовую часть, но многослойные щиты справились, хоть несколько эмиттеров и сгорело, а емкость просадилась сразу на двадцать процентов. Нехилые у него орудия.
Дела за нашей спиной разворачивались по наихудшему сценарию для пиратов благодаря тому, что мы вовремя оказали неожиданную помощь, военные смогли переломить ход битвы в свою сторону и сейчас уверенно добивали оставшиеся четыре корабля. Видны были отметки москитного флота, они крутились около пиратов, их совсем немного, наверное, основную часть малых кораблей выбили в самом начале сражения. К тому же тяжелый крейсер перестал вести по ним огонь, направляясь нам на перехват.
Мы уже достаточно отдалились от этого лютого замеса, в который попали при входе в систему, но сейчас меня больше волновала основная ударная сила пиратов. Несмотря на то, что корабль этого класса был больше нас в полтора раза, скорость его хода была впечатляющей, а если учесть, что на борту такого мастодонта и вооружение соответствующее, то мы можем и не успеть смыться из этой заварушки. А он явно нацелился на нас, мы легче, да и двигатели у нас после модернизации неплохие, но в данный момент он может нивелировать все эти показатели, ведя огонь прямо по курсу. Мы же лишены такого преимущества, причём на борту у этого тяжеловеса явно находятся не дураки, постепенно он заходит нам в корму, и хоть мы понемногу наращиваем отрыв, это ещё ничего не значит.
