кабинета и, юркнув в крошечную каморку, завалился на первый ярус кровати.
Ну и хрен ли, спрашивается, ты шлялся не пойми где, если никакой ценной и информации своим друзьям не принёс?
Ладно, фиг с ним, пусть человек последний раз в жизни нормально поспит. Что тут ещё интересного?
В доступных жучкам комнатах находилось восемь человек. Шестеро спали или, лежа на койках, читали, а те двое, что обыскивали пришедшего, играли в карты. Трепались они при этом даже не о женщинах, а, блин, о погоде — дождик вчерашний им, видите ли, не понравился. Не волнуйтесь, ребята, в застенках нижегородских спецслужб дождь вам точно не помешает.
Кроме открытых помещений в бункере, две комнаты были серьёзно защищены, так же как это было и в Трое. Есть ли там кто-то ещё? Я очень надеюсь, так как пока всё это больше похоже на ночлежку грузчиков, а не на штаб опасной организации.
— Что там? — спросил меня Феникс.
Мы уже вышли из борделя и быстро шагали по заполненным народом улицам Лос-Сантоса.
— Ничего интересного, — ответил я и, засмотревшись на картинку из бункера, врезался в выросшего на дороге громилу.
— Эй! Куда прёшь, му…
— Свали, Гриня! — отпихнул его плечом Антон. — Ребята со мной.
— О, Феникс! Ты чего, живой?
— Ещё и тебя переживу! — утягивая меня за рукав, ответил торговец.
— Это мы ещё посмотрим! — заржал громила и, отвернувшись, пошёл своей дорогой.
Мы тоже, но шаг немного замедлили. Жучки висели сразу в двух домах, так что за дорогой следить получалось вполглаза, а в следующий раз столкнуться мы могли и не со знакомым Феникса.
В итоге мы дошли до нужного радиуса без происшествий и свернули в сторону выхода из города. Прошли ещё метров двести и углубились во дворы.
— Как на Новый год в центре Нижнего! — шепнул Свят.
Память Димы подсказала, что он приуменьшил — в столице даже в большие праздники не было такой плотности населения, как здесь и сейчас. В каждом без исключения доме шла пьянка — видимо, местные считали приезд каравана хорошим поводом, чтобы погулять.
Мы проскальзывали между домами серыми тенями, и, по счастью, обошлось без неожиданностей.
— Вот он!
Мы подошли к небольшому двухэтажному дому. Как и у многих других, у него была максимально заострённая крыша, а на ней торчала антенна. То, что нам сейчас было нужно больше всего.
Я оглянулся и постучал. Внутри что-то зашебуршило, и секунд через десять дверь нам открыл высокий короткостриженый мужик лет сорока пяти.
— Привет от Горыныча, — сказал я.
— Да, он связывался, — кивнул мужик и, убедившись, что рядом никого лишнего нет, спросил: — Сколько будет трижды три?
— Семь. Но по праздникам восемь.
На самом деле он мог придумать любой пример, мне лишь следовало вычесть из ответа два и один, если ответ был однозначным. Три и два, если был в диапазоне от десяти до девятнадцати, и так далее.
— Заходите! — распахнул дверь мужик. — Я Володя.
Мы прошли внутрь. В типично холостяцкой, весьма неухоженной берлоге, кроме Володи, на двух потёртых диванах сидели ещё четверо мужиков. Все они махнули нам руками, но особого внимания не уделили и вернулись к напиткам и обсуждению какой-то Леры.
Вообще, я хоть и знал, что это бывшие ликвидаторы, давно ставшие сталкерами, но всё равно ждал большего порядка от их жилища.
— Петя, — представился я. — Нам нужна рация.
— На втором этаже, пойдём. — Мужик первым поставил ногу на ступеньку крутой лестницы.
— Вань, Коль, ждите здесь. — Я кивнул спутникам и поднялся вслед за Володей.
Рация стояла на столе в одной из двух крошечных комнатушек и радостно подмигивала лампочками.
— А что случилось-то? — поинтересовался прижавшийся спиной к наклонному потолку хозяин.
— Не могу сказать, — развёл руками я. — И, Владимир, не могли бы вы пока вниз спуститься?
— О, дожили! — усмехнулся бывший ликвидатор и громко крикнул: — Эй, мужики, прикиньте, из собственного дома гонят!
В эту же секунду снизу раздался грохот, а в руке суки Володи возник ТТ, и тут же грянул выстрел.
* * *
— Екатерина Борисовна, подождите, пожалуйста! — Голос полковника застал девушку, когда она заходила в усадьбу.
Она медленно оглянулась, потом посмотрела на двух стоящих у входа гвардейцев и, вместо того чтобы зайти, снова спустилась по ступеням крыльца.
— Слушаю вас, Виктор Харитонович, — холодно проговорила Катя.
— Да хотел кое-что насчёт планов на завтра обсудить, — немного смутившись, проговорил полковник и запахнул ворот тёплой куртки. — Может, зайдём внутрь, а то уже прохладно.
— Я тепло одета, — махнула рукой Катя. — А насчёт завтра давайте утром на кухне в моём доме поговорим, у меня сегодня ещё дела.
— А! Конечно, раз так! — Полковник покосился на стоящих за спиной девушки гвардейцев и добавил: — Но на пару слов я вас всё-таки сейчас попрошу.
Девушка на секунду замешкалась, но вышла с полковником за ограду.
— Катенька! — тут же зашептал он, подходя вплотную. — Что-то случилось? Я вас как-то обидел?
— Да нет, Виктор Харитонович, с чего вы взяли?
— Да я… — полковник быстро оглянулся и заговорил совсем тихо: — Просто после того раза, когда мы с вами так хорошо поболтали за бокальчиком вина, вы будто бы сторонитесь меня…
— У меня очень много работы, — сделала шаг назад Катя.
— А… я просто думал, что мы можем повторить, а вы за эти два дня даже не…
— Виктор Харитонович, я считаю, мы тогда с вами отлично посидели, — наклонив голову, твёрдо и не понижая голоса, проговорила Катя. — Познакомились поближе, так и должно быть среди людей, которые делают одно дело. Но вы, я надеюсь, не восприняли это как… какой-то аванс с моей стороны?
— Ну-у…
— Вы очень солидный и красивый мужчина, — немного смягчила тон девушка. — Но у меня сейчас просто нет времени ни на что… поверьте, то, что я выделила тогда два часа, — это было чудо, и на следующий день я постоянно зевала, а мой КПД сильно упал….
— Екатерина Борисовна…
— Давайте мы лучше дождёмся следующего праздника и, как и договаривались, потанцуем там. — Катя чмокнула полковника в щёку и юркнула за калитку.
Не глядя на гвардейцев, она быстро
