быть сделан еще тогда, когда Питер и Розмари Таунсенд впервые заговорили о разводе.
Вечер того дня, когда было обнародовано заявление Маргарет, а это произошло спустя несколько дней после ее последней встречи с Таунсендом, она провела в одиночестве в Кларенс-хаусе. Ее мать, с которой она почти не разговаривала, не пожелала ей спокойной ночи, но сестра прилежно позвонила, и они немного поговорили. Окончив разговор, Маргарет положила трубку на рычаг и продолжила смотреть боксерский матч по телевизору36. Ее собственный поединок продолжался полных 15 раундов, и она знала, что в углу ринга ее всегда встречала сестра.
Удивительно, но в этой романтической драме можно найти параллели со сценарием отречения от трона в 1936 году. Хотя было одно существенное различие. На этот раз развитие ситуации зависело не от мужчины, а от женщины. В дни, предшествующие отречению, Уоллис Симпсон, подобно Питеру Таунсенду, оставалась в неведении о решениях и переговорах, которые велись в Букингемском дворце и на Даунинг-стрит. В то драматическое время Уоллис гостила у друзей на юге Франции. Ее единственным средством общения с королем были ежедневные телефонные разговоры по примитивной международной линии. Хотя она кричала в трубку: «Не отказывайся от престола!», предупреждая его, что это будет «иметь катастрофические последствия для тебя и уничтожит меня», Эдуард VIII остался глух к ее мольбам37.
Таунсенд и Маргарет разговаривали по телефону и лично встречались во время своего романтического кризиса, но, возможно, принцесса, как и Эдуард Vlll, скрыла от Таунсенда критически важную информацию, которая повлияла бы на его решение относительно их совместного будущего, а именно о «мягкой подушке», предложенной премьер-министром. Так же, как Уоллис Симпсон не имела права голоса в обсуждениях, которые затрагивали ее будущее, Таунсенда не посвящали в суть переговоров между королевой, принцессой и премьер-министром. Он признает в своих мемуарах, что «не располагал никакими фактами»38.
Если его мемуары представляют собой честную и правдивую исповедь, то, возможно, Маргарет, так же как Эдуард Vlll двумя десятилетиями ранее, утаивала информацию от возлюбленного. Принцесса знала от премьер-министра Идена, что санкции, которые ожидали ее и Таунсенда, были весьма скромными и у нее оставалась поддержка и любовь сестры, которая была готова принять любое ее решение. Более того, королева собиралась закрыть глаза на то, что брак мог нанести удар по монархии. Бывший личный секретарь Томми Ласселс пришел бы в ужас, если бы Маргарет решилась выйти замуж за Таунсенда.
Так же, как Эдуард, исключивший Уоллис из переговоров, которые касались ее жизни, на этот раз женщина, принцесса Маргарет, держала все карты в своей руке. Принцесса при поддержке сестры единолично принимала важные решения. Во время драматической развязки Таунсенд был сторонним наблюдателем, которому позволялось только следить за развитием событий.
В то же время ни одна из сторон не пыталась форсировать события. После двух лет разлуки, начиная с августа 1955 года, когда Маргарет исполнилось 25, они могли встретиться в любой момент. Маргарет была на отдыхе, у Таунсенда тоже не наблюдалось особой занятости: он писал, что в качестве жокея-любителя летал на ипподромы по всей Европе. Таунсенд вполне мог бы организовать встречу с любимой женщиной, чтобы вместе ответить на стоящий перед ними вопрос – любили ли они друг друга по-прежнему, – который принцесса упоминала в своем письме премьер-министру.
В то время как разрешение именно этого вопроса находилось в эмоциональном центре их дилеммы, в своих мемуарах Таунсенд жалуется на бесконечное ожидание: «И так проходили дни, пока я ждал развязки нашего с принцессой вопроса»39.
Не было никакого намека на обручальное кольцо до, во время или после ссылки. Вся эта история для Таунсенда заключалась в пассивном принятии чьих-то решений, в ожидании того, что произойдет. Он не мог взять решение своей судьбы в собственные руки, в отличие от Маргарет, которая, заручившись поддержкой сестры, стремилась управлять своей жизнью и не была вполне откровенна с возлюбленным насчет нецерковных последствий своих действий.
Есть еще один интересный поворот в этой романтической драме. Возможно, во время двухлетней разлуки Маргарет изменяла полковнику с мужчиной, который удивительно походил на него. Обладая точеным профилем, мечтательными глазами, фигурой модели при небольшом росте, кумир 50-х годов прошлого века Эдди Фишер мог бы сойти за младшего брата Таунсенда. Он многократно встречался с принцессой на разных мероприятиях в начале 50-х. На одном полуночном гала Маргарет пригласила его за свой стол и попросила спеть вслух или тихо напеть ей мелодию песни, занимавшей первые строчки хит-парадов, – «За пределами рая» (Outside of Heaven)40. Потом они встретились на благотворительном балу в отеле Dorchester в 1953 году, и в следующем августе Фишер предложил отложить свое возвращение в Америку, если она пожелала бы услышать «С днем рождения» в его личном исполнении. Хотя в тот раз она отклонила его предложение, впоследствии они сильно сблизились. Его дочь и актриса, игравшая в фильме «Звездные войны», Кэрри Фишер как-то призналась, что принцесса и ее отец были любовниками, а он в то время был женат на актрисе Дэбби Рейнолдс, сыгравшей главную роль в фильме «Поющие под дождем». «У них был чудесный роман», – сказала Фишер.
Актриса впервые упомянула о связи своего отца с принцессой на королевской премьере фильма «Империя наносит ответный удар» в Лондоне в 1980 году. Когда принцесса Маргарет шла по красной дорожке, Кэрри прошептала актерам, игравшим в фильме, сэру Алеку Гиннесу, Харрисону Форду и Марку Хэмиллу: «Мой отец занимался сексом с принцессой Маргарет. Если выражаться красиво – они занимались любовью»41. Выболтав семейный секрет, она сразу же спохватилась и добавила: «У меня будут неприятности из-за этого». По словам Фишер, любовное свидание произошло, когда ему было 24, а ей – 22, а это значит, что встреча произошла либо в 1952 году (год смерти отца Маргарет), либо в 1953-м, когда состоялась коронация и связь между Маргарет и Таунсендом впервые стала достоянием гласности. В том году принцессу сфотографировали во время увлеченной беседы с Фишером на балу в отеле Dorchester.
24 песни Фишера входили в десятку лучших хитов в течение шести лет в 1950-е годы. Но его любовные похождения не менее известны, чем его пластинки. Помимо пяти браков он крутил многочисленные романы, в том числе с Джоан Кроуфорд, Эдит Пиаф, Ким Новак, За За Габор и Миа Фарроу. Если история Кэрри Фишер соответствует действительности, то это еще один знак вопроса в отношении серьезности намерений Маргарет по отношению к Таунсенду.
Глава 7
Принц и танцовщица
