директоров других департаментов «Олимпа». На их лицах читается тот же вопрос, что был утром у меня: «Чем мы здесь занимаемся?». И только Вова собран, как будто не было десять дней праздников в обнимку с тазиками салатов. Украдкой любуюсь возлюбленным. Вот что значит - профессионал. Разбуди Вову в три часа ночи и пригони на работу, он будет так же собран.
- У всех вас в почте было письмо с проектом позиционирования нашего нового бренда и новых ценностей «Олимпа», - деловито начинает бывший супруг. - Мы собрались, чтобы выслушать замечания и мнения каждого из вас.
Директор агентства нервно ёрзает на стуле. Ему не хочется выслушивать замечания и чужие мнения. Ему хочется побыстрее утвердить то, что он предложил.
Коллеги по «Олимпу» сонно молчат. Тогда я беру слово:
- Мне непонятно, на чем основаны предложенные ценности, - смотрю в экран планшета и зачитываю: - целеустремленность, инновационность, сотрудничество, безопасность, эффективность, ответственность. По-моему, это набор красивых слов.
- А что, ваша компания разве не инновационная? - тут же щетинится директор агентства. - Вы не целеустремленные? У вас нет цели вовремя построить и сдать дом? А безопасность новых жильцов - это разве не ваш приоритет?
- Так, подождите, - останавливаю его. А то он бы продолжал и продолжал. - Эти общие слова можно применить к чему угодно. С таким же успехом это могут быть ценности не строительной компании, а, например, ресторана, боулинга или детского кафе. Мне кажется, нам нужны более персонализированные ценности, за которыми действительно будет что-то стоять.
- Например?
- Например, экологичность. Мы начали использовать экологически чистые строительные материалы. Да, пока не везде, а только в домах бизнес-класса, и всё же это важный шаг для нашей компании. У нас есть квартиры с эко-отделкой. В конце года мы начнем строить новый коттеджный посёлок с эко-домами. Простите, но у меня такое ощущение, что вы взялись делать нам ребрендинг и совсем ничего не изучили про нашу компанию.
В глазах Вовы я читаю благодарность и похвалу. В глазах директора агентства я читаю фразу: «Как вы меня все зае.…». Он ослабляет галстук и принимается защищаться.
Следующий час проходит за оживленным спором. Наконец-то просыпаются другие коллеги по «Олимпу» и вступают в дискуссию. Не очень понятно, для чего директор агентства так упирается. Согласился бы с нашими доводами и облегчил бы всем жизнь, в первую очередь себе.
- Коллеги, прошу прощения, у меня через сорок пять минут следующая встреча, а мне ещё нужно доехать до места, - всё, он сдался и встал со стула. - Я услышал ваши доводы и все себе записал. Моя команда внесет исправления. На следующей неделе пришлю новый вариант.
И к лучшему, что он решил слиться. У меня в горле пересохло его переубеждать.
Другие коллеги по «Олимпу» тоже засобирались к себе. Я встаю с места следом за ними.
- Яна Дмитриевна, задержитесь, - останавливает меня голос Вовы. Улыбаюсь про себя.
Когда за коллегами закрывается дверь в кабинет, бывший муж поворачивает в ней замок и подходит вплотную ко мне. Вжимает меня в стол и нависает сверху.
- Ты не говорил вчера об этом совещании, - замечаю.
- Придурок прислал письмо сегодня утром, а следом позвонил и предложил обсудить лично.
- Почему ребрендингом занимается он?
- Его выбрали акционеры.
Закатываю глаза. Все понятно.
Вова кладет ладони мне на талию. Его лицо приближается к моему. Губы улавливают дыхание. В груди появляется приятное волнение.
- Я соскучился, - хрипло произносит.
Вот те раз.
- Мы же виделись пару часов назад. Вместе ехали на работу.
- Это было слишком давно.
Мне в живот упирается эрекция Вовы, а в следующую секунду его губы впиваются в мои. Бывший муж властно завладевает моим ртом, а следом и моим телом, потому что его руки слишком быстро перемещаются с талии мне под платье. Сначала Вова звонко шлепает меня по ягодицам, затем сжимает их. Я обвиваю его шею обеими руками, чувствуя, как между ног становится стремительно влажно. Мы два раза занимались любовью ночью, но сейчас снова возбуждены, как будто секса не было целую вечность.
Владимир разворачивает меня к столу и опускает на него лицом. Рывком спускает с меня белье вместе с колготками. Даже если порвет - не страшно. Я завела у себя в кабинете ящичек с одеждой как раз для таких случаев. Расстегивается пряжка ремня, молния на ширинке и шелестит фольга презерватива. Через несколько мгновений Вова уже во мне. До конца. До упора.
Я издаю тихий стон и закусываю губу, чтобы ненароком не закричать громко и не выдать нас секретарше за дверью. Но шумное дыхание я скрыть не в силах. С каждым толчком Вовы воздуха все меньше. Я жадно вдыхаю кислород полной грудью и с дрожью выдыхаю. Тело пронизывают сладкие вибрации. Они распространяются волнами до кончиков пальцев, последовательно заполняя каждую клетку.
Это полет в космос. Я забываю обо всем на свете: о ребрендинге, о работе, о куче дел на сегодня. С каждым движением Вовы во мне я все ближе к наивысшей точке наслаждения.
Но неожиданно бывший муж останавливается и выходит из меня. Я словно со дна океана выныриваю. Поднимаюсь со стола, гляжу на Владимира недоуменно. Его лицо расфокусировано, кабинет плывет.
- Хочу целовать тебя, - говорит и накрывает мои губы.
Вова выдвигает из-за стола один стул и садится на него. Я скидываю с ног туфли с бельем и опускаюсь верхом на Владимира. Сев до упора, замираю на миг, чтобы почувствовать в себе полностью. Затем не разрывая поцелуя, начинаю медленно двигаться, постепенно наращивая темп.
Вова не перестает целовать меня. После губ берётся за лицо и шею. На ощупь расстегивает сзади молнию на платье и спускает его. Потом снимает с меня лифчик и целует грудь. Я запрокидываю голову назад, длинные волосы щекочут копчик. Вова водит языком по соскам, слегка прикусывает их зубами, придавая ощущениям остроты.
Я прыгаю верхом на Володе. Оргазм близко. Он дурманит сознание, заставляет мозг плавиться и превращаться в кисель.
Вспышка. Взрыв.
Мы достигаем апогея одновременно. Вова со всех сил прижимает меня к себе. Из глаз летят искры, громкий стон тонет в поцелуе. Я хвастаюсь ладонями за лицо Вовы, легкая щетина колет кожу. Чувствую, как по щеке стекает слезинка. Вова нежно вытирает ее большим пальцем.
- Я люблю тебя, - признаюсь заплетающимся языком, словно пьяная.
- И я люблю тебя, Яна.
