Гектор склонился набок, выглядывая через плечо буканьера. На расстоянии двух миль шли три парусника. Они держали курс точно на каноэ буканьеров, которые двигались без всякого видимого строя.
— Судя по виду, боевые корабли. Барка лонга, — промолвил Уотлинг. — И спешат сблизиться для боя.
С ближайшего каноэ, ярдах в восьмидесяти и правее, раздался призывный клич. Кричал сам Соукинс. Обычно его лодка опережала остальные и сейчас обогнала их на несколько корпусов. Капитан стоял в своем каноэ, размахивая шляпой и жестами показывая, чтобы каноэ Уотлинга повернуло прямо на противника.
— Ничего иного нам и не остается, — пробурчал мрачно Уотлинг. — У испанцев перед нами преимущество. Ветер дует им в корму, и они могут выбирать, на кого первого напасть. — Но вид у буканьера был на удивление невозмутимый. Он наклонился и начал отвязывать свой мушкет. Только проверив и зарядив оружие, Уотлинг вновь поднял голову. К тому моменту Гектору стало очевидно, что головной испанский корабль лег на такой курс, чтобы проскочить между каноэ Соукинса и тем, в котором сидел Гектор. Это позволило бы испанцу пустить в ход орудийные батареи обоих бортов.
— Как ты стреляешь? — спросил Уотлинг у Гектора.
— В последнее время стрелять доводилось нечасто.
— Тогда будешь у меня заряжающим, — предложил моряк. — Приготовь свое оружие и передай мне после того, как я выстрелю. Потом возьми мой мушкет и заново его заряди. Если будем действовать быстро, то я успею сделать три выстрела, а то и больше.
Пока Гектор заряжал свой мушкет, Уотлинг сидел спокойно, положив оружие поперек колен. Когда головной испанский корабль оказался на расстоянии выстрела, он тихо произнес:
— Приготовься. Сейчас начнут стрелять из пушек.
Через миг раздался оглушительный грохот, и палуба испанского корабля окуталась облаком дыма. Воздух наполнился свистом летящего металла, и на поверхности моря, в добрых тридцати ярдах впереди каноэ, взметнулись фонтаны воды и пены.
— Паршиво стреляют, на такой-то дистанции, — сухо заметил Уотлинг.
Вновь бабахнула пушка. На сей раз испанский корабль выстрелил с другого борта, целясь в каноэ Соукинса. Гектор не видел, куда попали испанцы.
— В следующий раз прицел будет получше, — сказал Уотлинг и пригнулся. Гектор поспешил последовать его примеру, опустившись на колени на мокрое дно каноэ и скорчившись как можно ниже. Тем не менее он ощущал себя крайне уязвимым. Позади него остальные гребцы тоже пригнулись.
Еще один пушечный выстрел, и снова жужжание стремительно пронесшегося в воздухе металла. На этот раз намного ближе. С внезапным низким звуком что-то проскользило по морю. Должно быть, испанцы зарядили пушки картечью. Уотлинг крякнул, приподнявшись в каноэ. Теперь он опирался локтями на дно, а ствол мушкета покоился на планшире: буканьер целился в испанский корабль. Гектор ощутил, как каноэ слегка переваливается с борта на борт: это буканьеры у него за спиной тоже устраивались для стрельбы.
— Осторожно! — раздался предостерегающий голос. Он принадлежал буканьеру, который находился на самом носу лодки. — Дайте мне первому выстрелить!
Потом звучали мушкетные выстрелы, знакомо запахло пороховым дымом, и легкая судорога пробежала по всей длине каноэ. Гектор поднял голову и покосился на испанский корабль. Он разглядел людей на палубе и нижних вантах. Возле штурвала, рядом с рулевым, стоял человек в долгополом темном камзоле с серебряным галуном. Должно быть, капитан. У фальшборта возилась группа из четырех испанских матросов, и Гектор сообразил, что это обслуга готовит орудие к выстрелу. Он едва успел пригнуться, когда пушка извергла пламя и что-то мощно ударило по корпусу каноэ. Где-то позади юноши раздались проклятия.
Босой ногой Уотлинг уперся Гектору в плечо и тщательно прицелился. Грохнул выстрел, а за ним последовало довольное фырканье буканьера. Затем Уотлинг сунул свой мушкет назад и знаком велел Гектору передать свое оружие. Потом он поерзал на животе, пристраиваясь половчее и прицеливаясь, и раздался второй выстрел. Гектор привстал на колено, чтобы зарядить разряженное оружие. Его голова и часть туловища теперь торчали над бортом каноэ. Вскрыв запечатанную воском крышку патронной коробки, он вытащил заряд пороха в бумажной обертке. Надорвав зубами обертку, Гектор аккуратно высыпал порох в дуло мушкета. Обернув мушкетную пулю для лучшей посадки полоской бумаги, он плотно загнал ее в ствол шомполом, затем, повернув мушкет набок, проверил, чтобы тонкое отверстие, ведущее в патронник, было чистым, а потом взял роговую пороховницу и насыпал щепотку пороха на запальную полку и прикрыл ее крышкой. Гектор настолько сосредоточился на своих действиях, что едва услышал третий пушечный выстрел с испанского корабля. Наверное, канониры плохо прицелились, потому что юноша замечал лишь, как его поторапливает Уотлинг.
— Быстрей давай! У них штурвал не прикрыт.
Гектор протянул перезаряженный мушкет, и на этот раз Уотлинг, чтобы прицелиться, сел на банку, повернувшись лицом к корме каноэ. Ствол мушкета, когда он нажал на спуск, оказался рядом с головой юноши, и от грохота выстрела Гектор едва не оглох. Но Уотлинг победно ухмылялся.
— Два из трех, — торжествовал он, скаля зубы.
Человек позади Гектора тоже стрелял, хотя юноша вряд ли бы сказал, сколько выстрелов тот успел сделать. Когда он в следующий раз взглянул на испанский корабль, «барка лонга» прошла между двумя каноэ и теперь двигалась по ветру. Потребуется определенное время, чтобы экипаж развернул корабль и вновь вступил в бой, а значит, с этой стороны опасность пока миновала.
Сдавленный стон, и чувства облегчения, что испытывал Гектор, как ни бывало. Человек, сидевший в каноэ сразу за ним, зажимал ладонью плечо. Рубашку пятнала кровь.
— Эй, дай-ка я посмотрю, — сказал Гектор и собрался уже перелезть через банку со своим ранцем, но его остановил резкий окрик Уотлинга.
— Оставь, потом займешься, — приказал он. — Вон еще один идет.
Гектор поднял взгляд и увидел, что второй испанский боевой корабль идет в тот же промежуток между их каноэ и лодкой Соукинса. На топе мачты развевался широкий бело-золотисто-алый стяг, указывая на то, что это, должно быть, флагман испанской эскадры.
Уотлинг настойчиво говорил Гектору:
— Перезаряди свой мушкет и на этот раз стреляй сам. Теперь от нашего капитана поддержки ждать не приходится.
Гектор бросил торопливый взгляд на каноэ Соукинса: только три члена его команды виднелись на банках. Их товарищи, вероятно, или убиты, или ранены.
