— Да. Но слуги сообщили, что когда вы станете королевой, то вам вообще имеет смысл переехать в другое крыло. Там уже готовят для вас покои. Я лично сходил и посмотрел. Хватит места как Алеку, так и для того, чтобы оборудовать несколько детских, а ещё рабочий кабинет, гостиную, спальню...
Выслушав мужа, я хмыкнула, уловив из его слов главное для себя.
— Ты хочешь не одного ребёнка, Алан? — В моём вопросе прозвучали хитрые нотки.
И эльф сразу смутился, снова напоминая мне себя прежнего, бывшего скромным и запуганным рабом, которого я едва смогла затащить на корабль.
— Я не имею права ничего такого хотеть, да и вообще. — начал было он, снова едва не сползая на колени, но я успела вовремя положить руку ему на лицо, заставив поднять взор.
— А я хочу троих, Алан. Как тебе такой план на жизнь?
В его зелёных глазах вновь засветились незамутнённое счастье и любовь. И я не смогла не рассмеяться, глядя на всё это.
— Да. Для троих в тех комнатах точно хватит места. — пробормотал муж, но мне уже было не до праздных разговоров, потому что в следующее мгновение я приблизилась к нему и нежно поцеловала, заставляя молчать.
— Мы со всем справимся, Алан. Вместе? — И посмотрела ему в глаза.
— Вместе. — выдохнул он, заключая меня в объятия.
— Я люблю тебя, Алан.
— И я люблю тебя, Джина.
Глава 48. Проблемы коронации
Я стоял в красивом белом наряде, глядя на себя в зеркало, и не мог поверить, что это именно я, а моя жизнь в самом деле сложилась именно так, а не иначе. Дорогой костюм из красивой качественной ткани был в достаточной степени простым, но одновременно и очень богатым. Чего только стоили отлитые из чистого золота пуговицы с гербом королевства!
— Ты очень красивый, — с восхищением проговорил Алек, постепенно становящийся всё более и более спокойным, что стоял позади меня и вместе со мной восторгался нарядом. — Не скажу, что это прямо твой цвет, но костюм тебе очень идёт.
— Спасибо. — Кивнул ему я, переключив внимание на него.
Для нашего с Джиной раба, коим он и являлся, тоже пошили весьма красивое облачение, делавшее его ещё соблазнительнее, чем в обычной одежде.
За эти несколько дней Алек так и не успел толком отъесться, чтобы выглядеть более прилично, но подобное совершенно не портило общего вида. Его мешковатая стандартная одежда осталась уже в прошлом, и потому он теперь мог красиво одеваться.
— Джина сказала снять украшения с ушей, — напомнил тот, погладив искусно обрамляющую моё ухо веточку.
— Она сказала снять только ящерку, — возразил я, нащупывая свои каффы.
Казалось, что Алек, в отличие от меня, нисколько не переживал. Хотя, конечно же, с чего ему было трястись, ведь это не он через пару минут собирался выйти к огромной толпе гостей и во всеуслышание клясться в верности, любви и почитании законов королевства.
Тем временем черноволосый эльф довольно корректно оттеснил меня от зеркала и поправил себе волосы, которые Джина буквально вчера ему немного укоротила. Я вздохнул и отошёл в сторону, вытаскивая украшение из уха.
— Надо ещё сходить в оранжереи за букетом, — с новым вздохом посетовал вслух.
В последние два дня, когда начали собираться гости, по дворцу стало практически невозможно ходить. Тут и там постоянно мельтешили разной степени знатности аристократы, и попадаться им на глаза было совсем нежелательно, потому что я всё ещё терялся в их обществе и не знал, как себя следовало вести среди них. Вот Алеку в этом плане было несколько проще, ведь для него все рабские правила продолжали действовать.
— Иди. Ты знаешь, что мне перед праздником ещё предстоит проверить новые покои, перенести туда вещи, расставить всё по местам и создать уют... — начал перечислять последний, и я кивнул.
Да. Эта обязанность была возложена именно на него, чтобы он следил за моим с Джиной комфортом. Черноволосый эльф и правда справлялся со всем прекрасно, не залезая в тему наших с принцессой личных отношений глубже, чем мы подобное ему позволяли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Совместного секса с его участием больше не было, хотя я нет-нет, да и ловил горячие взгляды любимой на нас обоих. Недостаток времени и прочие моменты не давали нам полноценно развлечься, а я же с возвращением магии в самом деле хотел намного большего, чем раньше. Теперь все мои плотские ощущения определённо стали глубже, интенсивнее и ярче, что никак не удавалось игнорировать.
С трудом отогнав ненужные мысли, я прикрыл глаза, отодвигая скопившееся возбуждение прочь и пробуя сосредоточиться на делах. «Надо идти за букетом!» — проговорил про себя, переключая внимание на насущные дела.
— Встретимся на празднике! — Махнув рукой Алеку, я подхватил с кровати атласную ленту, которой следовало подвязать цветы.
К сожалению, с Джиной мы тоже могли увидеться уже лишь во время церемоний, где сначала была коронации, а потом и свадьба. На последней меня собирались представить, как короля-консорта, обладающего громким статусом, но не имеющего фактической власти.
Уже практически у самых дверей покоев принцессы я буквально окаменел, увидев... «Что он здесь делает?» — поразился про себя, застывая на месте. Мысли заметались, как раненные зайцы. Тело привычно задрожало, а откуда-то из глубины души поднялся панический страх, что мешал мне нормально мыслить. «Заметил?» — задался вопросом я, спотыкаясь и едва не падая на пол, а затем глядя на подходившего ко мне с довольной ухмылкой бывшего хозяина. Борова, как называла его Джина. Он не изменился: всё та же одежда, сальный взгляд, жирные волосы, неухоженная кожа, капли пота на лбу и висящем втором подбородке.
Я в ужасе сглотнул, отчаянно пытаясь перебороть себя, чтобы сделать хотя бы пару шагов, но вдруг. Этот тип схватил меня за предплечье, не давая никуда пройти.
— Ала-а-ан. — пропел он, и я с изумлением осознал, что ему, оказывается, всё время было известно моё имя, хотя мне и доставались лишь одни оскорбления. — Что ты здесь делаешь?
Его взгляд с непонятным удовлетворением пробежался по моей одежде и остановился на высокой стойке воротника рубашки, скрывающего золотую цепочку на шее. Сглотнув, я осознал, что он по-прежнему считал меня рабом. «Проклятье!» — мысленно выругался, пытаясь отступить назад, но куда там. Шея оставалась слишком закрыта одеждой для того, чтобы мой уже совершенно не рабский статус был виден.
Паника отчего-то вдруг захлестнула меня с новой силой. Все мысли вымело из головы, а в горле так пересохло, что я ни единого слова сказать не мог.
— И не на коленях, когда с тобой разговаривает свободный. — протянул бывший владелец, продолжая меня разглядывать. — А ты определённо стал краше. Мне нравится.
«Не хочу я ему нравится! От слова совсем!» — понял я, краем глаза замечая какое-то движение сбоку, словно там промелькнула чья-то тень. «Спасение? Нет, то всего лишь кто-то из слуг, наверное. Так! Надо собраться. Успокоиться. Выдохнуть и сказать этому отвратительному субъекту, что я уже далеко не раб, а муж принцессы, который сегодня и вовсе станет королём», — подумалось мне, но только почему-то ничего не вышло. Вбитые с детства в голову стереотипы не давали и просто что-либо произнести возле свободного. А ещё меня буквально обездвиживал противный и липкий ужас, мурашками расползавшийся по всему телу. Я не мог ничего вымолвить и продолжал молчать. В памяти у меня всплывали картинки из прошлой жизни у этого человека, и сердце колотилось, как бешеное.
Вдруг щёку мне обожгла пощёчина.
— На колени, когда с тобой разговаривает свободный!
Я не хотел. Честно! Но ноги сами подогнулись, и белый цвет моего костюма моментально стал на коленях серым. «Джина меня убьёт!» — мелькнуло осознание и тут же пропало. Вторая пощёчина заставила меня скривиться, так как на белый наряд начала капать алая кровь из разбитой губы. В мыслях мелькнуло что-то про свадьбу, но иррациональный страх всё никак не отпускал.
