Читаем без скачивания Встречная полоса - Сергей Зверев

Но это было три дня назад. Михаил отказывался подниматься с кровати, отказывался есть, пить, разговаривать. Смотрел мимо в потолок и отворачивался к стене. Долго так продолжаться не могло, да еще и Влад навещал их ежедневно, ненавязчиво интересовался, когда гости дорогие собираются сваливать. Так было вчера, сегодня и будет завтра – к гадалке не ходи. Стас подошел к окну, прижался лбом к стеклу. Внизу никого, словно среди недели для гастарбайтеров сделали лишний выходной. Окна номера выходили на забор и парк за ним, поэтому черную длинную машину Стас заметил в последний момент. Она обогнула груду щебня, объехала «миксер» с бетоном и остановилась. Навстречу подкатила вторая «крыса», Стас вцепился в ручку, крутанул ее, рванул створку на себя. По комнате загулял ледяной ветер, на лицо упали мелкие капли дождя. Захлопали дверцы машин, на площадке стало тесно, словно села на нее стая падальщиков, закаркала, затрещала черными крыльями. Стас ринулся в коридор, выхватил из стенного шкафа спрятанный за одеждой «винторез» и бросился обратно, едва не сбив с ног Романа.

– Что там? – прошептал он, и Стас увидел, как едва шевелятся его синюшные губы, а лоб покрыт мелкими каплями пота.

– Пока не знаю. – Он кинулся к окну, поднял винтовку, приник к окуляру прицела.

По площадке слонялись люди, как две капли воды похожие на тех, кто остался на пустыре. Они ржали, переговаривались на отрывистом щелкающем языке, кто-то пинал протекторы, кто-то поигрывал ножом, перекидывал его из руки в руку, подбрасывал над головой, поворачивался спиной, ловил, не глядя.

– Шакалы сбежались. – Роман смотрел в окно через плечо Стаса. – Кто навел, интересно?

«Влад, больше некому». Стас проверил магазин «винтореза». Здесь одиннадцать штук, еще один запасной, полный, в нем двадцать. Еще есть «беретта», но ее оставим для себя.

Он подтащил к подоконнику стул, сел на него верхом, оперся локтями о подоконник.

– Не светись, – буркнул он, заметив рядом тень, но та не шелохнулась.

– Лешка у них, я знаю, – спокойно проговорил Михаил.

Стас не успел ответить – задняя дверца первой машины открылась, и кого-то вытолкнули на снег. Человек лежал неподвижно, Стас до судорог в пальцах вцепился в цевье винтовки.

– Это Лешка, – негромко произнес Михаил, – это он. Наконец-то!

Он развернулся и шагнул к двери, Роман кинулся следом:

– Стой, не надо! Так ты ему не поможешь! – Слова потонули в грохоте, треске отломанной дверцы шкафа, звоне разбитого зеркала и криках.

Стас зажмурился, но заставил себя посмотреть в прицел. Лешка стоял на коленях, его руки то ли связаны, то ли скованы за спиной. Охранник одной рукой держит его за волосы, не давая упасть, второй приставил к горлу парня нож. Стас до хруста сжал зубы, глядя в прицел на разбитое лицо Лешки, его заляпанную бурыми пятнами футболку, на перекошенного от злобы боевика. Тот что-то выкрикивал, обращаясь к пустому безмолвному строению, губы Лешки еле заметно дрожали. Что-то коротко прокричал в коридоре Роман. Стас очнулся от звука его голоса, навел перекрестье прицела на голову орущего охранника, сместил центр чуть пониже, к переносице, нажал на спусковой крючок. Винтовка дрогнула в руках и сразу успокоилась, Стас приник к окуляру. Охранник, оседая на кучу щебня, выпустил волосы Лешки, нож выпал из разжавшихся пальцев.

– Готовьтесь, девочки. – Стас прижал приклад к плечу, прицелился. Еще двое внизу у машин умерли, не успев сообразить, в чем дело. Лешка лежал на снегу, он пытался что-то кричать, но разбитые губы не слушались, и к нему, пригибаясь, бежали два охранника. Стас пристрелил их, снова перевел прицел на Лешку. Тот попытался сесть, но снова упал, лицо его перекосилось от боли. Драка в коридоре возобновилась, что-то билось и грохотало, в дверь номера кто-то ломился, долбил в нее кулаками. На мгновение стало тихо, да так, что Стас услышал снизу слабый крик. Он переводил прицел с одной машины на другую, выстрелил еще дважды, попал в водителя и пассажира, неудачно пригнувшегося на заднем сиденье. Оставались еще двое, но Стас их не видел. За «миксером» мелькнула чья-то тень, Стас выстрелил, но пуля срикошетила, отлетела к стене гостиницы.

В оптическом прицеле он видел, как шевелятся губы Лешки, как тот пытается что-то сказать. И даже поднимается на локтях связанных рук, орет что-то и умолкает, почувствовав у горла холодную полоску стали. Охранник Огаркова прополз под бетономешалкой, сгреб Лешку за волосы и прикрылся парнем. Ударил его коленом в спину, пнул в поясницу, и Лешка безжизненно повис в его руках.

– Что там? Что? – бесновался Михаил. – Сколько их? Пусти, скотина, я же тебе колоться не мешал, уйди!

Стас обернулся. Роману приходилось нелегко, единственное, что он мог сделать, – это повиснуть на плечах Михаила. Что и сделал, вцепился намертво в ткань толстовки и висел, как клещ на собаке.

В дверь номера продолжали стучать.

– Заткнитесь все! – Голос подвел Стаса, крика не получилось, но грохот в коридоре стих.

«Еще раз». Стас не отрывался от прицела, в перекрестье попадала лишь черноволосая макушка охранника, пуля гарантированно снимет с него скальп, но все же риск попасть в Лешку слишком велик. Пауза затягивалась, в дверь номера бились уже двое, Лешка пришел в себя, и Стас услышал его голос:

– Бункер! – прокричал тот, закашлялся и проорал из последних сил: – Вентшахта, гермы…

«Что?» – Вместо ответа с площадки перед зданием грянул выстрел, пуля отлетела от плитки облицовки, щеку оцарапали осколки. Стас крутанулся вправо и выстрелил, почти не целясь, – на движение, на бросок. И угадал – служба безопасности господина Огаркова лишилась еще одного бойца.

– Жрите, суки, не обляпайтесь! – проорал Стас и повернул винтовку. Лешка лежал на снегу лицом вниз, под его головой расползалась черная густая лужа. Последний охранник сдавал назад, пытаясь уползти под защиту бетономешалки, и Стас заметил в его руке нож. «Сдохни». Мысль и пуля сработали в тандеме, шакал так и подох с откляченным задом и дырой в мозгах. «Все!» – ухнуло в голове, Стасу показалось, что его ударили в висок, он разжал сведенные судорогой пальцы и уронил «винторез».

В коридоре Роман сидел на полу у стенки и вытирал рукавом разбитую губу. Михаил отплевывался в ванной, смывал кровь с лица. Дверь номера была приоткрыта, Стас выглянул на площадку. Один таджик лежал у перил лестницы, прижимал руки к животу и не шевелился. Второй – поперек двери, он был еще жив, глаза закатились, грязная футболка под синим комбезом на глазах становилась багровой.

Михаил оглянулся на Стаса и принялся вытирать мокрое лезвие ножа о штанину.

– Зачем?.. – только и мог проговорить Стас. – Этих-то зачем?..

– Чтобы не лезли, – прохрипел с пола Роман. – Они нас засекли. Надо валить. Подождите меня.

Он поднялся, порылся в карманах своей куртки и скрылся в ванной, щелкнув задвижкой. Михаил убрал складень в карман джинсов, напялил на себя куртку и принялся обуваться.

– Лешки нет, – сказал Стас и потянулся за своей одеждой.

– Я знаю. – Снова ровный, спокойный голос, голос человека, знающего, что он будет делать дальше. Михаил разогнулся, грохнул кулаком в дверь ванной: – Мы уходим! – проорал он, сложив ладони рупором.

Роман появился через несколько секунд, не глядя ни на кого, поправил кобуру с «береттой», оделся и первым побежал по лестнице вниз.

С шестого этажа слетели мгновенно, Стас обогнал всех, бросился за угол гостиницы. Осмотрелся – живых вокруг никого, только трупы охранников и за ними, чуть подальше, мертвый Лешка.

– Ничего, мы с тобой скоро встретимся. – От броска в сторону Стас едва удержался на ногах. Михаил промчался мимо, остановился над телом брата и попятился к брошенной охранниками машине.

– Быстро! – рявкнул он и полез на водительское сиденье. – Кому сказал!

Подгонять никого не потребовалось, Стас и Роман оказались в машине одновременно. Черная «Мазда» развернулась, качнулась на чем-то мягком и рванула к воротам. Охрана объекта попряталась от выстрелов и не показывалась, Стасу пришлось бежать в будку и самому нажимать кнопку. Здоровый дядя в форменной куртке негромко поскуливал за металлическим шкафом, закрывая голову руками. Вид человека с винтовкой в руках доконал его, и дядя заплакал.

– Пасть закрой! – Любой лишний звук раздражал, бил по ушам, а в магазине «винтореза» еще оставались патроны, как и в нетронутом пока запасном. Но их надо поберечь, скоро все они пригодятся. Створка ворот поползла вбок, и Стас кинулся к «Мазде».

– На Сретенку! – скомандовал он и захлопнул на ходу дверцу. – Огарков там, мы успеем. Должны успеть.

«Мазда» понеслась по городу, поднимая колесами фонтаны грязи. Михаил крутанул руль, бросил «крысу» в левый ряд и нажал на сигнал, сгоняя с дороги попутные машины. Он лез в каждый просвет, в каждую брешь, обходил легковушки, грузовики, троллейбусы. Стас сжимал коленями ствол «винтореза» и обеими руками упирался в «торпеду». «Мазду» мотало по дороге, вслед гонщикам неслись крики и гудки. Михаил смотрел на дорогу, касался руля кончиками пальцев, бросал тяжелую машину то к тротуару, то к отбойнику. Справа, вплотную к окну, промелькнул синий с белым бок троллейбуса, Стас невольно шарахнулся и услышал негромкий треск, потом скрежет. «Мазда» обошла серебристый «Опель», вильнула задом, и встречная машина лишилась бокового зеркала. Стас и Роман обернулись одновременно, успели заметить, как «Опель» крутанулся по своей полосе и вылетел на разделительную. Получил в зад от встречной «Волги» и вернулся в правый ряд, перегородив дорогу пассажирской «Газели». «Мазда» нырнула вправо, съехала с проспекта, понеслась вниз по Башиловке и выскочила на забитое транспортом ТТК.