— О, смотри, там дверь, — проговорила Кобра, отвлекая меня от разглядывания непонятной живности с шестью лапами, длинным хвостом и большими золотисто-зелеными глазами. — Наконец-то выход! Я уже задолбалась тут летать! Меня скоро удар хватит от всего этого добра и невозможности его присвоить! — жалобно простонала эльфа, явно находясь в крайней стадии отчаянной жадности.
— Это всяко лучше, чем ожесточенные бои с многочисленными стражниками и вереница смертоносных ловушек, — с усмешкой заметил я, подходя к двери. — Ну, давай посмотрим, что нас ждет дальше, — немного помедлив, я уверенно взялся за кольцо и потянул тяжелую створку на себя.
— Да ладно⁈ — возмущенно воскликнула Яська, которая первой сунулась в образовавшийся проход.
— Что там? — поинтересовался я, проходя вслед за ней.
— А я говорила, что надо лезть в окно, — многозначительно посмотрев на меня, эльфийка сложила руки на груди и недовольно насупилась.
— Да уж, — удрученно вздохнул я, разглядывая уже знакомый зал. Тот самый, с которого началось наше знакомство с обителью.
По всему выходило, что оба выхода, которые вели из него, были связаны между собой длинным коридором, по которому можно было пройти, любуясь несметными сокровищами местного Бога. И мы потратили на это туеву хучу времени! Шикарно!
— Может, мы что-то упустили? — задумчиво проговорил я, потирая подбородок. — За сиянием роскоши не заметили дверь или невзрачный коридор?
— Хочешь прогуляться еще раз? — насмешливо хмыкнула Кобра.
— Нет, — я отрицательно покачал головой и коварно оскалился. — У меня есть идея получше.
Песчанка с подозрением покосилась на меня, но спрашивать ничего не стала. А я, насмотревшись на изобилие драгоценного добра, пришел к простому выводу. Судя по тому, с какой аккуратностью и продуманностью все это было выставлено, Тельрун не только любил хвастаться своими богатствами, но и безмерно ими дорожил. А значит, если слегка нарушить выстроенный порядок и, скажем, расхерачить вон ту вазочку, то, скорее всего, алчное божество само объявится, чтобы высказать свое грозное «Фи!» по поводу моего беспредела. План, конечно, был так себе, но искать другие входы и бесцельно бродить по огромной обители, меня совершенно не прельщало. И так, пришло время внести немного хаоса в эту идеальную роскошь!
Подойдя поближе к пьедесталу с удивительной красоты вазочкой из тонкого хрусталя с изящным золотистым узором, я медленно протянул к ней Икирим. Лишь небольшой толчок и прекрасное произведение искусства ожидала неминуемая гибель от скорой встречи с мраморным полом. Однако прежде чем острое лезвие глефы успело коснуться хрупкого изделия, нас окутало теплое свечение, а еще через мгновение, мы оказались в просторном тронном зале. Это помещение, так же как, видимо, и вся обитель, было щедро украшено золотом, фресками и драгоценными камнями. У дальней стены, на роскошном троне из презренного металла, в массивной короне и тяжелых украшениях, а так же в белом одеянии расшитом золотом, величественно восседал Тельрун — Бог Алчности и Сострадания. Всевышний был хорошо сложен и имел приятную, располагающую внешность. Вот только глаза у него были, как у противной жабы и это откровенно портило идеальный образ. Нет, все-таки при всей божественности, во всех абсолютных созданий, неизменно имелось нечто отвратительное и отталкивающее…
Мельком осмотревшись по сторонам, я вновь посмотрела на главного жадину этого мира. Мой план сработал! Мы встретились! И что дальше? Ну не мог же я, грубо говоря, с порога на него напасть и попытаться убить? Особенно толком не зная, на что он способен. Это было чревато неприятными последствиями и в первую очередь для меня.
— Добро пожаловать в мою скромную Обитель, — бархатным и каким-то обволакивающим голосом, проговорил Тельрун, широко разводя руки и приветливо улыбаясь.
— Если это скромная обитель, то ты со своим Багряным Дворцом, вообще нищеброд, — хмыкнула Ясколка, которая парила рядом со мной и не сводила с мужчины пристального взгляда.
— Ошибаешься, — тихо проговорил я в ответ. — В Мист-Исура я был богаче всех Богов вместе взятых, — сдержанно улыбнувшись, я с теплотой и нежностью посмотрел на эльфийку. — Ведь у меня было то, что гораздо ценнее любых материальных сокровищ, — заметив мой взгляд, Кобра деловито фыркнула и сложила руки на груди. Однако от меня не укрылось, как на ее щеках появился румянец смущения, а изумрудные глаза довольно заблестели.
— И что же это? — вновь подал голос Всевышний, заинтересовано посмотрев на меня. — Оно обязательно должно стать моим. Уверен, эта невероятная ценность отлично дополнит мою коллекцию.
— То, что вы отняли у меня, — нахмурившись, процедил я, прожигая абсолютное создание ненавистным взглядом. — И за что заплатите своими жизнями.
— О, я вижу, ты расстроен, — с сочувствием проговорил жабоглазый, плавно поднимаясь с трона. — Хочешь поговорить об этом? — участливо спросил он, от чего у меня нервно дернулся глаз. Откуда столько заботы? Ах, ну да, этот хмырь же Бог Сострадания… — Всего сотня золотых и я выслушаю обо всем, что тяготит твою истерзанную душу, — мужчина приложил ладонь к груди и посмотрел на меня с такой искренней заинтересованностью в моих проблемах, что мне и впрямь захотелось ему все рассказать. Не-не-не, ну нафиг! Еще не хватало поддаться влиянию этого лицемера и начать вести с ним задушевные беседы…
— Так в вашем же мире нет денег, — резонно заметила Яська, на которую, судя по всему, фальшивая заботливость Всевышнего не оказывала никакого эффекта. Хм, а может, это потому, что он обращался именно ко мне? Не исключено!
— В нашем — нет, но у вас-то они есть, — божество красноречиво посмотрело на девушку. — Ах, этот прекрасный перезвон золотых монет, — главный жадина обнял себя руками и, слегка покачиваясь из стороны в сторону, мечтательно улыбнулся. — Я уже предвкушаю, как дивно он зазвучит в стенах моей Обители.
— Да у тебя и так сокровищ немерено, — справедливо упрекнула его песчанка. — Куда тебе еще?
— Золота много не бывает, — тут же парировал Бог, с алчным блеском в глазах. — Кстати, — он вновь переключил свое внимание на меня. — Какое занимательное у тебя оружие, — его жадный взгляд буквально вцепился в Икирим. — Можно посмотреть поближе? — мужчина вытянул руку, видимо, искренне пологая, что я так запросто отдам ему свою глефу. Ага, не в этой жизни!
— Нет, — сухо обронил я, а в следующее мгновение ошарашено замер, когда неведомая сила буквально вырвала оружие из моей руки и вложила его в раскрытую ладонь Тельруна. — Какова…
— Какая прекрасная вещица, — восхищенно пробормотал Всевышний, разглядывая Икирим. — Такая тонкая работа, а металл… — он аккуратно провел пальцами по острому лезвию. — Ум-м…выше всяких похвал! — восторженно воскликнул жабоглазый. — Я буду рад принять это в дар.
— Обойдешься, — усмехнулся я и щелкнул пальцами. Глефа мгновенно исчезла из рук мужчины, а уже через несколько секунд я вновь уверенно сжимал древко верного оружия.
— Какой любопытный фокус, — сдержанно улыбнулось абсолютное создание, но от меня не укрылся недовольный огонек, который зажегся в его глазах. Видимо, главному жадине крайне не нравилось, когда ему в чем-то отказывали…
— И все же я настаиваю, — спокойно проговорил мужчина, неспешно подходя ближе. — Эта чудесная глефа идеально впишется в мою бесподобную коллекцию оружия, — с затаенным предвкушением выдохнул Тельрун и вновь протянул руку, судя по всему, надеясь отобрать Икирим силой. А вот хрен ему! Недолго думая, я отозвал глефу и насмешливо хмыкнул. — Исчезла… — расстроено обронил Всевышний и даже отрешенно замер на пару минут, словно не в силах смириться с утратой того, что уже, можно сказать, принадлежало ему. — Но ты же сможешь призвать ее вновь, правда? — жабоглазый пытливо посмотрел на меня. — Ты просто обязан мне ее отдать!
