чтобы провернуть подобное. Но пока Кэйгар будет лечить твои крылья, часть способностей придётся запечатать.
– Я согласна.
Больше всего боялась, что моя магия поставит под удар остальных. Дар феникса – живое пламя, неукротимое и дикое. Его нельзя погасить, пока жив хозяин этого огня. И даже находясь под контролем, оно будет вспыхивать алыми искрами в его ауре и тени.
Огненный флёр, безумство стихии. Я знала десятки названий, но ни одно из них не отражало нашей Силы в полной мере. И сейчас чувствовала, как вокруг меня пляшут родные икры.
Совсем крохотные, едва уловимые. Слишком слабые, чтобы соткать из них полотно заклинания, но как только крылья начнут восстанавливаться, из мельчайшей искры вспыхнет штормовое пламя.
Я могу не колдовать осознанно и не призывать Дар, как советовал Кэйгар, но унять флёр полностью мне не под силу, как бы ни пыталась. Этим фениксы и похожи на истинных Теней.
Целитель, мессир Рубинового Пламени и Гаррет. Я слышала их мощь, она бурлила и заполняла собой всё вокруг. Но вдруг мне вспомнилась наша встреча в храме.
– Когда ты вытащил меня из огня, я не чувствовала огненного флёра.
– Я умею скрывать его от монстров и ищеек Ангаарха. И научу этому вас с Лораной. Но это сложно и потребует времени. Так что…
– Блокиратор лучшее решение, – кивнула. – Только я сомневаюсь насчёт сестры. Она серьезно больна, в её теле почти нет магии. Все крохи Силы уходят на постоянную регенерацию, и если надеть на неё блокиратор…
– Мы заблокируем огненный Дар, но мой брат поделится с ней магией, – заверил Гаррет.
– Страж? – опешила. – Но он и так уже помог.
– Речь идёт о гораздо больших вливаниях Силы. Фактически, он временно заменит её Искру своей и станет для неё магическим донором.
– Как я для…
– Нет! То, что творил Ангаарх, не имеет к этому никакого отношения, – в глазах Гаррета вспыхнул гнев, – у брата достаточно Силы, чтобы помочь Лоране. А моей магии хватит, чтобы защитить тебя и помочь восстановить твои крылья.
– А зрение…
– Нет, полностью вернуть Лоране зрение Страж не сможет, – вздохнул Гаррет. – Прости. Для того, чтобы полностью нейтрализовать яд Расколотого времени, нужны лепестки и стебли Дыхания тьмы.
– Кейгар сказал, что оно растёт только на дне Бездны.
– Мы вернемся к этому, но чуть позже, – заверил, – что касается магии брата, она поможет Кэйгару ускорить регенерацию Лораны и залечит разрывы на ауре. Заодно полностью скроет её от поисковых плетений Ангаарха и щупалец тварей.
– И мы станем не опасны для штаба?!
– После этого ни один монстр не сможет почувствовать вашу Силу, – подтвердил Гаррет. – Да, возникнут другие сложности, временная замена Искры не проходит незаметно. Но других вариантов нет. Зато наша магия позволит вам продержаться, пока не научитесь сами скрывать флёр.
– А блокираторы…
– Первое время их придётся носить, чтобы гасить вспышки вашей Силы. На нашу магию они не будут действовать.
– Даже не знала, что такое возможно, – опешила.
– Это необычные блокираторы, – усмехнулся Гаррет, и меня вдруг осенило.
– Выходит, мы здесь не одни такие проблемные?
– Нет. В штабе много таких магов. И поначалу они также, как и вы, представляли опасность для окружающих и приманивали монстров. Только других.
От сердца сразу отлегло. Если наш случай не уникален, то проблем возникнуть не должно.
– Насчёт брата… – Гаррет на миг запнулся. – Я бы хотел помочь вам обеим, но мою Силу аура Лораны отторгает. Зато энергия Стража подходит ей идеально. Думаю, ты и сама это заметила.
– Он поэтому приходил к лазарету? – догадалась, вспомнив, как Акен замер напротив нашего окна и, с какой радостью сестра отреагировала на его появление.
По какой–то причине Страж понравился ей моментально и безоговорочно.
– Нет, все тесты мы провели ещё в лодке, на подъезде к лагерю – признался Гаррет.
– Тогда зачем…
– Твоя сестра обладает уникальным Даром. Она видит сразу десятки вариантов будущего и для этого ей не нужна Петля времени, – пояснил Гаррет. – Такой магией владеют лишь Пряхи и пророки, отмеченные их благословением.
Перед глазами потемнело…
– Нет! – в ужасе отпрянула. – Пожалуйста, пусть это будет ошибкой…
Осеклась и опустила взгляд.
Слова причиняли боль, я не могла продолжить и сказать вслух, что у меня отберут сестру… Ведь те, кто принял благословение Прях, не имеют права оставаться среди смертных.
– Прядильщица Судеб, – прошептала словно в трансе.
Проклятье и честь в одном флаконе. Невероятное могущество и власть, отражённые в танце с бесконечным холодом и одиночеством.
У Ткачей нет чувств и права на живые эмоции. Им неведомы слабости и привязанности, а их глаза одновременно слепы и всевидящи.
Им ведомы все тайны Паутины миров. Они обязаны вечно служить Равновесию, переплетая нити Судьбы и охраняя веретено времени. Вот только в борьбе за сохранение целого мира они часто пренебрегали судьбами сотен и даже тысяч смертных.
Я ненавидела их, хотя знала о Ткачах лишь из рассказов и воспоминаний матери.
– Нет! Не позволю превратить сестру в чудовище! – воскликнула.
– Сола, успокойся, – Гаррет вмиг оказался рядом, накрывая ладонями мои дрожащие плечи. – У Лораны будет выбор. Клянусь.
– Но ты же сказал…
– Её магия ещё не раскрылась в полной мере, сделать из неё истиную Прядильщицу Судеб может лишь Элейна. Но Страж не хочет отдавать Лорану, поэтому нарушил правила и переплёл её магию со своей, не спрашивая разрешения.
– Не хочет отдавать? – зацепилась за его слова.
– У нас обоих свои счёты с Ткачами и даже Пряхами, – уклончиво ответил Гаррет. – Возможно, когда-нибудь я смогу рассказать…
В его голосе промелькнула застарелая боль. Я не знала что произошло, но продолжать тему не стала, хотя вопросов осталось ещё много.
– Лорана не захочет становиться Ткачом, – уверенно ответила. – Она…
– Слишком живая и не сможет добровольно отказаться от чувств и эмоций, – закончил за меня Гаррет, – но проблема в том, что её Сила продолжит расти, а пророк, отказавшийся от превращения в Ткача, может погибнуть, заблудившись в собственных видениях.
– Как этого избежать? Я сделаю всё…
– Мы сделаем всё, – поправил меня Гаррет, – вы с Лораной – члены Северного крыла. Перестань брать всё на себя и
