и неожиданно покраснела. Ее румянец заставил меня буквально задрожать от нетерпения: я хотел ее губ прямо сейчас! Скорее!
Она быстро бросила на меня взгляд, а потом снова принялась аккуратно разламывать хлеб.
- В последние два раза ничего не выходило, - пробормотала она, намекая мне, что не бросится сейчас ко мне по первому же зову. – Похоже, вы уже не нуждаетесь в моей силе…
Я раздосадовано закусил губу. Какая умная! Наверное, заметила, что мое состояние изменилось! Но я… так просто не отступлю.
- Но сейчас я ослаб, - пробормотал я, театрально проводя ладонью по лбу, как будто стряхивая невидимую испарину. – Ты обязана попробовать мне помочь…
Я не даром использовал это слово – обязана! Оно должно подействовать, потому что она очень ответственная служанка.
И точно! Райяна отложила свою лепешку и несмело приподнялась на ноги. Подошла. Присела рядом. Мои губы игриво растянулись в усмешке, а на шее предательски заблестели искры. Эх! Она же заметит их сейчас!
- Господин! – ее округленные глаза сообщили мне, что она все увидела. – Да вы искрите!
- Не обращай внимания! – бросил я, резко присел и схватил ладонями ее лицо. Ее блестящие розовые губы манили меня, да так, что я не мог совладать с сердцебиением.
Упал на землю, увлек ее за собой, прильнул к ее губам, а вокруг нас засветилась энергия…
Такого поцелуя я еще не знал! Сомкнулись не только наши тела, но и силы! Поток вырвался из ее глубин, соединился с моим и вызвал наши громкие стоны, заставив воинов за деревьями встрепенуться, а потом еще долго ухмыляться и коситься сторону наших кустов.
Меня окутало ее теплом и нежностью. Я знал! Ей не было противно! Ей было хорошо со мной!
Я снова чувствовал свое всесилие и всевластие, ощущал ауру воинов и их чувства, мог парить над землей и окунаться в самую глубину наших с Райяной чувств.
Она тоже хотела меня: это было волшебно! Я верил, что теперь все будет хорошо!
Однако вдруг… я резко ощутил темную энергию! Совсем рядом, так близко, что… она ударила в меня, а чьи-то руки мгновенно сомкнулись на моем горле.
Я захрипел и едва смог оглядеться внутренним зрением после неожиданного нападения.
Руки на моем горле держала… Райяна! Ее хватка была нечеловеческой, а лицо искажено ненавистью.
Этого не может быть!!! Нет! Это не она!!!
Темная энергия клубилась вокруг нее, а глаза загорелись… красным огнем!
Я чувствовал, что она убивает меня. Если бы я не подпустил ее так близко и не открылся ей, она не смогла бы этого сделать. Но… сейчас перед нею я был открыт, а значит, слаб, и она твердо вела меня по пути к неминуемой смерти…
Нет! Это сон! Это не может быть правдой! Она не могла все это время притворяться!!!! Она спасала меня и помогала мне! Она была такой прекрасной и особенной! Я полюбил ее…
Твердые, как камень пальцы, сжали мое горло еще сильнее, и я полностью провалился во тьму…
* * *
Принц Тор одной рукой прижимал к себе девушку в бессознательном состоянии, а другой – дергал за поводья. Они с братом мчались на лошадях вперед, чтобы поскорее покинуть территорию империи Ран.
Всего полчаса назад, когда они осторожно проследили за отрядом ранского посла, перед их глазами предстала весьма необычная картина.
Ранский аристократ – скорее всего, тот самый знаменитый ман Адоэль, которого так трепетно ожидали на переговорах – увел молоденькую служанку подальше от других глаз и расположился прямо на траве.
Тор внимательно рассматривал девчонку, а потом через какое-то время его брови изумленно поползли вверх.
- Это… тот самый мальчишка! Это он! Оказывается, он – женщина!!! – пробормотал Тор ошеломленно.
Его брат, принц Горран, теперь уже посмотрел на служанку с двояким интересом. Мальчишку он целовать бы не стал, а такую красотку – пожалуй, был бы не против…
Ман Адоэль заговорил с ней, и с него целыми облаками отлетала невидимая простому глазу энергия.
- Он хочет ее, - прошептал Тор, – аж пылает от желания… Может… он уже прикладывался ее источнику?
Девушка начала немного смущенно приближаться, опустилась перед ним на колени, а он – обрушился на нее с поцелуем и повалил прямо на себя…
Принц Тор вздрогнул. Его неожиданно сразила ревность. Но ревность не любовная, а собственническая: эта уникальная девчонка должна принадлежать только ему! Это он будет набрасываться на ее губы и зажимать своим телом в разных местах!
Когда же в воздух полились обоюдные выбросы энергий страстной парочки, туэртец и вовсе гневно сжал кулаки.
- Брат! Что будем делать? – спросил принц Горран, но Тор не ответил. Он закрыл глаза и сосредоточился. Еще вчера он почувствовал, что мальчишка, то есть теперь девчонка ,обладает начатками магии их рода. Значит, он сможет сейчас подключиться к ней!
Из его пальцев полились клубы черного тумана, закрутились в воронки и приобрели вид длинных щупалец. Эти магические отростки мгновенно вонзились в тело юной девы и заставили ее со стоном боли выгнуться. Принц Тор мгновенно получил власть над ней, потому что она еще была такой необученной, как новорожденная.
- Убей его! – прошептали его губы, а пальцы тут же сжались в кулаки. Девушка мгновенно набросила свои ладони на шею мана Адоэля и сдавила силою могучего мага-мужчины.
Парень захрипел. Он пытался вырваться, но не мог, потому что слишком был открыт для нее всего пару мгновений назад.
- До смерти, до смерти… - снова прошептал туэртец, но девушка… неожиданно начала сопротивляться. Он давил на нее потоками темной силы, но она категорически отказывалась сжимать пальцы еще сильнее.
В стороне засуетились воины, и принц Тор понял, что пора заканчивать. Он усилил поток темной энергии и оглушил служанку. Потом подбежал к ней, подхватил на руки и исчез между деревьями.
Ман Адоэль, возможно, остался жив, но сейчас безвольно лежал на примятой траве.
К сожалению, темная магия туэртцев не позволяла им обладать даром телепортации. По крайней мере, не на таком ее уровне. Поэтому братьям пришлось убегать обычным способом.
Принц Тор держал в руках расслабленное тело девушки и своей магией исследовал его. В этой девчонке точно были следы силы его правящего рода. Откуда? Кто она такая? Как только он доберется в безопасное место, он разведает все более тщательно.
Он вспомнил, как целовал ее в таверне. Даже тогда это показалось таким волнующим! Он хотел испробовать это снова.
Да!
