Глава 9
В доме священника опрятно и чисто, очень бедненько, та святая бедность, при которой человек не стыдится бедности, но и не выставляет ее напоказ, как диплом о своей честности, неподкупности и отсутствии нечестно нажитых доходов. Мне понравились и выскобленная поверхность стола, и свежевымытый пол, доски еще не везде просохли, и чистые занавески на окнах.
Он перехватил мой взгляд.
– Жена плотника приходит, – объяснил он просто.
– Соседи?
– Да, очень хорошие соседи. Плотник присылает жену убирать и готовить обед, стараются облегчить мне жизнь, чем могут.
– Хорошие люди живут незаметно, – согласился я. – Потому и кажется, что мир заполнен дурными. Те – самые горластые, нахрапистые и… активные.
Жены плотника в доме не оказалось, священник достал хлеб и вино. Мы сели за стол, священник поглядывал искоса, лицо выражает смущение и колебание, говорить или нет, наконец решился:
– Все состояние Бриклайта нажито неправедно, если по вашим рыцарским меркам. Когда-то Бриклайт служил у сэра Дюренгарда, прошел путь от помощника конюха до старшего конюха, все втирался в доверие и присматривался, а воровал только по мелочи и когда был абсолютно уверен, что не поймают. И все собирал и собирал все слухи о хозяине. Подмечал его слабости, его достоинства, а когда решился оттяпать кусок владений, правильно рассчитал, что благородный сэр Дюренгард, если не в состоянии будет одним ударом покончить с мерзавцем, просто махнет на него рукой и забудет. Мало ли неприятностей бывало в его жизни?
– И что же, – спросил я, уже догадываясь, что произошло, – все прошло как по маслу?
– Представьте себе, – вздохнул он. – Бриклайт подготовил целую шайку сообщников, а костяк составляют его сыновья: Вильд, Рунтир, Джордж и Тегер. Они кровно заинтересованы в успехе и не предадут отца… если им не заплатить больше. Все бумаги у них в порядке, все юристы куплены…. А некоторых и покупать не пришлось: у сэра Дюренгарда неуживчивый характер, ладить с мерзавцами не умеет и не хочет, он из тех старых рыцарей, что даже императору говорят в глаза все, что о нем думают…
– И все прошло, все прошло?
– Бриклайтам удалось оттяпать кусок земли, – согласился отец Шкред печально. – Время выбрали удачно: Дюренгард был в сваре с соседом, подготовил войска к длительной войне, на границах уже начались столкновения, под угрозой оказалась и торговая дорога, что проходит через его владения… словом, он пришел в ярость, но Бриклайт организовал круговую оборону, привлек на свою сторону таких же мерзавцев, которым всегда радостно видеть поражение благородного рыцаря… После короткой тяжбы Дюренгард махнул на него рукой, как и ожидал Бриклайт, первая ли потеря в жизни, были и будут, его владения почти не уменьшились, более того – приумножаются, так что можно забыть о мерзавце…
Он налил мне вина, свой кубок перевернул вверх дном, чтобы я даже не пытался ответить любезностью на любезность, мало ли какие у благородного рыцаря прихоти. Лицо его становилось все мрачнее. Я взял кубок, поблагодарив кивком, но пить не стал, когда настроение хреновое, то и вино не слаще уксуса.
– А безнаказанность порождает новое зло, – сказал я.
– Да не совсем безнаказанность, – сказал отец Шкред торопливо. – Сэр Дюренгард его чуть не уничтожил! Было бы терпения или желания чуть больше, он бы эту мразь размазал по земле тонким слоем! Но старый рыцарь занялся другими делами, более благородными. И потому мерзавец отпраздновал победу.
– И теперь, поверив в свои силы, – продолжил я, – расширяет свои владения. И влияние.
– Абсолютно верно.
– Как я понял, он жаждет захватить всю землю вдоль берега. В смысле, чтобы вся бухта оказалась в его личном владении. Так?
– Вы смотрите сразу в корень, – сказал он с ноткой уважения.
– От звериного капитализма до цивилизованного – один шаг, – ответил я. – А цивилизованный – это тот же зверь, но во фраке… Фрак – это такой костюм… Остались только пара земледельцев на берегу бухты?
Он кивнул:
– Я слышал, что Жермидель хоть и говорит, будто не продаст, но уже торгуется с людьми Бриклайта.
– Вот как? А мне он показался…
Я умолк, Жермидель показался лишь на первый взгляд крепким орешком, но сейчас я вспоминаю, как опускал взгляд, как внезапно дрогнул голос, как заговорил тише, чтобы не услышала жена, а вовсе не те, кто мог подслушать с той стороны забора.
– Вот-вот, – сказал отец Шкред, заметив как я сдвинул брови. – Осталась только земля госпожи Амелии. Не жалеете, что гостите у нее в такое сложное время?
Я проигнорировал, мысли что-то текут вяло, наконец поймал одну за хвост.
– Земля Амелии Альенде?.. А не ее мужа?
Он чему-то усмехнулся, развел руками.
– Все бумаги составлены на ее имя. Он почему-то предпочел именно так. Хотя все понимаем, что купил и платил за все он, но вот почему-то… гм… Конечно, странно выглядит, когда человек хочет оставаться в тени, когда все расталкивают локтями, только бы выбраться в первые ряды.
Я кивнул, соглашаясь, что да, странно, здесь еще не знают про отмывание грязных денег, а у него они не просто грязные, а кровавые. К тому он понимал, что с его занятием его жизнь в постоянной опасности. Лучше уж сразу все на имя жены, чем потом переоформлять бумаги, выплачивая большие суммы в казну и юристам.
– И Бриклайт, – сказал я, – сделает все… чтобы и ее участок забрать? Зачем он ему?
Священник сказал невесело:
– Поговаривают, что намерен уничтожить все сады на берегу, срубить все деревья…
– Зачем?
– Он торговый человек, – сказал отец Шкред. – О чем может думать, если не о суетной прибыли? Говорят, хочет там что-то строить. А для этого придется выжить всех мирных виноградарей на берегу и вырубить виноградники. А виноград – Божья ягода…
Да и рыба, мелькнула у меня, тоже вроде бы Божья, если ничего не путаю. Знаю точно, что табак посадил Сатана, как говорят все, но рыбой вроде бы сам Христос кормил народ.
– Одно хорошо, – сказал я, – чем дальше к Югу, тем магия мельче и мельче… В городе столько магов, а все торгуют какой-то хренью. А церковь уже может начинать бороться с неверием вообще, а не против магии как явления языческого мира.
Отец Шкред спросил в недоумении:
– Что хорошего?.. Да и магия, как вы говорите, не совсем забыта… Более того, совсем не забыта! Еще как не забыта. Я бы даже сказал, что, когда попадете за океан, вот там настоящее могущество нечестивой магии! Именно там убедитесь, что королевствами правят не короли, а маги.
– Гм, – пробормотал я, – где-то уже такое слышал. А магами правит еще кто-то…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
