— Не получишь ты у меня каши, — Кумба поправил колпак.
— Не получишь ты у меня зазнобы, — Таллео поправил воротник, проверил фонарь. — Ладно, передохнули, за дело. Давай чехол обратно... Да осторожней ведь!.. Нет, что растыки криворукие... Ох, жизнь моя сиротская.
— Ладно, хватит ныть, кудесник. Пошли быстрее, нам еще обворовывать Мастера, а мне еще ужин готовить. Ты, что ли, ужин будешь готовить? Ты вообще готовить умеешь?
— Кумба, не умничай. Кашу сварить я сварю. Говорил уже.
— А суп?
— А суп мне не нужен. Суп — это не еда. Все, что сложнее крупы с водой, — уже не еда, а как там было написано... Декадентское извращение. Каппа, держи его! Нет, ну осторожней, чехол ведь! Это тебе не мясная лавка! Это устройство.
— Вот эт-ты гад, значит! Не мясная лавка, значит! Ты хочешь сказать, что я, значит, этот... Декада... Декаду...
— Декадентский извращенец? Кумба, не нервничай. Твоей вины в этом мало. У тебя работа такая. Мы тут не полные идиоты и кашу варить умеем. Но там, — Таллео указал в пол, — десять двенадцатых, которые не умеют. Ты, Кумба, кстати, сам-то понимаешь, какой благодетель? Захотел — накормил идиотов. Не захотел — не накормил. Идиотов.
— А за мясную лавку ты у меня еще так сло...
— Ну ладно, хватит! — окрикнул Каппа. — Ну сколько, блин, можно! Нам еще женщин красть! А потом обчитывать бочку! А потом Колодец еще!
— Обчитывать бочку уже в Колодце. С женщинами, блин. Как только об этом подумаю...
— А если мы не найдем этот твой... Арго...
— Алгоритм? Найдем. Вот на этот-то счет не переживай. Мастер — изменник и старая крыса, но профессионал настоящий. Техническая документация у него будет в порядке. А разобраться с ней мы разберемся. Мы ведь не чайники. Так, все, готово! Вперед!
Таллео подхватил мешок и скрылся в проходе.
* * *
— Каппа, мужайся. Осталось совсем немного. Кумба, ты тоже мужайся. Хотя твоя, я понял, не так жаждет крови. Ты ведь в первую очередь ее кормишь. А принцессе, тощей, объедки. Каппа, ты, как мужчина, должен с Кумбой поговорить. Пока у него вилок с собой нет.
— Сейчас словишь. Я принцессу тоже люблю. Я верноподданный.
Таллео поднял фонарь, рассматривая дорогу. Затем прошел в следующий переход. Мальчики поспешили за фонарем. Коридор вывел к новой площадке, откуда Таллео сделал пару уверенных поворотов, и они, наконец, вышли к лестнице.
— Я уже запутался! — Каппа оглянулся в коридор. — Как они тут жили, во всех этих коридорах?
— Каппа, в коридорах они не жили. Это во-первых, а во-вторых, здесь все эти коридоры ведут к лестнице. Только помни, где лестница, и где куда поворачивать — само понятно.
Таллео погасил фонарь и повесил на шею. Круглая камера освещалась обычным узким окном с обычным мутным стеклом. Посередине зияла шахта, в которую винтом уходили ступеньки. Мальчики подошли к шахте, осторожно заглянули в провал. Бесконечная лента ступеней растворялась в сером сумраке.
— Шестьдесят локтей — и принцесса, — сообщил Таллео, осторожно ступая на лестницу. — Только здесь нервничать уже опасно для жизни. А кидаться вообще. Кумба, береги колпак. Свалится — спускаться не будем. Сам полетишь.
Мальчики сделали оборот, винт опустил их на следующую площадку с таким же одиноким окном.
— Интересно, что там? — Таллео посмотрел вглубь коридора, выходящего на площадку. — Пойти посмотреть?
— Нет! — Каппа заторопился вниз. — Времени у нас в обрез! Талле!
— Каппа! — Таллео поспешил вслед, Кумба за ним. — Ты осторожнее. Я не шучу! Не вздумай погибнуть в самый последний момент. Подумай о своих девчонках. Принцесса тебе этого не простит точно. А потом, ты мне еще кучу денег должен. Если погибнешь, я превращу тебя в жабу.
— Талле, ты сам не нервничай, — отозвался Каппа снизу, задрав голову. — Я тоже честный! Ты что, думаешь, один тут такой? А мы чайники неблагодарные? Не погибну.
— Все вы только обещаете... Не погибну, не погибну... — Таллео осторожно перескакивал по ступенькам. — А чтобы не погибнуть, надо читать хотя бы уметь... Да ладно, ты со мной и так не расплатишься.
— Конечно не расплатится, — ухмыльнулся Кумба. — Какой дурак будет платить, когда принцесса в руках? Талле, какой ты самонадеянный. Деньги надо всегда брать вперед.
— Я уже давно так беру. Просто у этого, — Таллео ткнул жезлом в спину Каппе, — наличными столько нет, а помочь хочется. Принцессе, в смысле. Ну, ты меня понял... Но он говорит, что вечером, или даже у принцессы уже, расплатится.
— А если врет?
— Заквакает.
— Да ладно вам, — обиделся Каппа. — Сейчас украдем, получишь свою половину. У меня нет, но Вета добавит. У нее есть сбережения.
— Я очень рад, что у принцессы есть сбережения. Кстати, Кумба! Ты не молчи, не молчи. Ты уже понял, что одной кашей не отделаешься?
— Вот эт-ты гад! Мы с тобой ни о чем не договаривались!
— И что?
— Я тебе ничего не должен!
— Заквакаешь.
— Вот эт-ты гад! Ты сейчас словишь, блин, умник!
— Каппа, подожди... Пять минут погоды не сделают.
Таллео остановился, поставил мешок, вытащил из-за пазухи свиток, достал из рукава перо.
— Ты это что? — обеспокоился Кумба и подоткнул колпак. — Ты что это собрался?
— Писать заклинание. Превращательное.
— То есть?
— В том-то и сложность. Люди все разные? Кто-то морковку любит, кто-то подавится. Колпак твой подходит только тебе, и то криво. На каждого человека нужно писать свое заклинание.
— То есть?!
— Нет, ну прототип, разумеется, существует, — Таллео развернул свиток. — Но в него нужно подставлять индивидуальные параметры... Кумба, не нервничай. Термин такой. Потом объясню... Каппе.
— Нет, что за ерунда кошмарная?
— А-а-а, — покивал Каппа, — это превращательное заклинание? В жабу? А получится, на такой Бочке?
— Без вопросов. Превратить человека в жабу можно даже без бочки. На бочке просто быстрее и технологичнее как-то.
— Что за ерунда кошмарная?!
— Кумба, не нервничай. Принесем тебя в коробке. Заодно проверишь, как тебя любит твоя зазноба. Нужен ты ей будешь такой... Зелененький. Или только когда кашу таскаешь.
— Каппа! Ну давай его скинем, все-таки! Ну сколько ведь можно! Мы все, считай, пришли уже! Пора скидывать! Давай, пока тут дырища такая!
— Кумба, не двигайся. Когда человека превращают в жабу, он не должен двигаться. А то вместо жабы может получиться такое... Страшно подумать.
— Что?!
— Я же говорю — страшно подумать.
— Нет, все, сколько можно терпеть...
Кумба набросился на Таллео, выхватил свиток, отбросил в сторону, вцепился в горло и тут же получил коленом в живот.
