Читаем без скачивания Время Листопада (СИ) - Бранник Елизавета

— Ты точно за меня выйдешь? А то мне тут, как царевичу Ивану, предлагают дюжину железных лаптей истоптать и хлебов изгрызть.

— Летом, значит, летом, — покладисто прошептала Злата.

— Мне вот кажется, — слегка надувшись, сказал Игорь, — что тебе все равно.

— Дурачок, — сказала Злата, щелкнув его по носу. — Только скажи, и я приду к тебе, когда захочешь… ночью. Я ведь здесь, рядом.

Безумно сладко было наблюдать, как в глазах Игоря откровенное мужское желание борется с его джентльменской… сутью. Он тяжело задышал, потом чуть отстранился.

— Нет, любимая. Будут свадьба, белое платье и первая брачная ночь. Все так, как должно быть.

— Откуда в тебе столько… консерватизма? За кого я вообще замуж собралась?

— Это не консерватизм, — возразил Игорь. — Это дань традициям. С возрастом начинаешь такое ценить.

— Старичок ты мой, — Злата нежно погладила его по щеке. И вспомнила: — Сергей хочет уехать, он в клубе встречать будет. Ты с ним поговорить хотел. Поговори, пока он здесь.

— Хорошо, — кивнул Листопад. — Злата… я хотел узнать, как ты… Как ты себя чувствуешь?

— Да отлично я себя чувствую, — сказала Злата, почти не покривив душой. — Словно… словно проклятие спало. Честно! Не нужно мне психотерапевтов. Твой поцелуй — это лучшая терапия!

— Тогда назначаю прием лекарства три раза… нет пять раз в день! — сказал Игорь. — И перед сном.

— Да, доктор, — согласилась Злата.

***

Сергей постоял на пороге, оглядываясь. В кабинете было празднично — Злата и сюда успела добраться с гирляндами. Игорь кивнул на кресло.

— В ветклинике был?

— Да, утром, — ответил Младший. — Худшее позади. Повезло Пупсу, чуть левее бы — и все.

— Злата сказала, что мы успели благодаря собаке. У говнюка от укуса рука болела, он закинулся чем-то от боли и его вырубило. Иначе…

Сергей кивнул:

— Знаю. Пупс до парка за ней бежал, потом напал, почувствовал что-то. Злата говорит, не кричала, не плакала, боялась, то друзья урода Вике что-нибудь сделают. Пес сам разобрался. Михалыч доволен. Говорит, это его воспитание.

Игорь фыркнул, помолчал.

— Не хочешь с нами Новый Год встретить? Давно уже вместе не собирались.

— Заманчиво, конечно, но у меня свои планы, — Младший хитро улыбнулся. — И даже не проси Златку меня уговорить.

— Ну тогда вот, ознакомься, — Листопад протянул брату несколько листков. — Это не только моя просьба, но и отца.

Сергей недоверчиво поднял брови, взял бумаги и начал читать. Выдохнул и нервно взлохматил волосы:

— Ого! Поверить не могу. С чего вдруг такое доверие?

— Мы оба считаем, что пришло время тебе поближе познакомиться с бизнесом. И в перспективе, стать во главе. Не готов — скажи, я, по крайней мере, пойму, насчет отца — не знаю. Сереж, ты б его не расстраивал. Он очень тебя любит, переживает страшно. Поверь, на наших встречах только разговоры что о тебе. Это неправда… неправда, что я как-то старался украсть у него внимание. Ты же знаешь, как мы с папой не могли контакт установить, годы потребовались. Но это семья. Злату спроси, она знает, что такое одному быть.

— Тяжело мне Златку о чем-то спрашивать, — вдруг, криво усмехнувшись, признался Младший. — И быть рядом с вами тяжело, ты бы знал, каково это, на вас, счастливых, смотреть. Поэтому и ухожу сегодня. Дай мне время. Я… я согласен. Поговорю с отцом после праздников. Но ты… Бросишь все это? Ты же столько в «Оникс» вложил!

— Не сразу, но… брошу. Помогу тебе, создам новую команду… Да, я много вложил. Себя. Больше не могу. Отец вроде понял, по крайней мере, попытался. Тетя Галя за меня вступилась, иначе совсем разбушевался бы.

— Ха! А сам-то! «Не расстраивай папу!» — Сергей покачал головой, посмеиваясь.

— Мне можно. Я долго был паинькой.

— И чем займешься?

— Тем же, что и раньше. Нет, Сереж, свободным художником мне уже не стать. Есть мысли по детскому издательству и фабрике игрушек. А ты мелкий, талантливый засранец, наконец-то займешься делом. Я рад, — Игорь изобразил злорадную улыбку, потер руки.

— Ладно, — Сергей встал, протянул ладонь для рукопожатия. — Поеду. Оттянусь напоследок.

— Алисе привет передавай! — крикнул ему вслед Игорь.

ЭПИЛОГ

Полгода спустя

— А могли бы сейчас лететь над Тихим Океаном, — вкрадчиво проговорил Листопад, следя за дорогой.

Злата подняла голову, устало приоткрыв глаза, посмотрела на него со знакомым выражением — улыбкой и легким лукавством.

— Только пляжи Краснодарского края. Только хардкор.

— Не такой уж хардкор, — хмыкнул Игорь. — Отель самый лучший. У нас — люкс.

У него жарко забилось сердце, а Злата, зевнув, проговорила:

— Ты же знаешь, как я хотела побывать на нашем море. Я и в лачуге готова жить, лишь бы с тобой.

— Ты устала, — сказал Игорь. — Перебирайся назад, Злата Листопад. Нам еще часа два ехать.

— Не хочу, — Злата упрямо мотнула головой, — хочу с тобой.

— Ты и на заднем сидении будешь со мной.

— Здесь ближе.

— Женская логика, — притворно горестно вздохнул Листопад. — Голодная?

— Угу. В старинных книгах девушки на свадьбах не могли есть из-за корсета, а я из-за того, что мне присесть не давали. Ноги гудят просто. Твои родственники не обидятся из-за того, что мы сбежали? Там же сейчас самое веселье.

— Вот пусть и развлекаются, — сказал Игорь. — Я и так пошел на большие уступки. Ничего, Ника и Лика заскучать не дадут.

— Хорошо, что Сергей пришел.

— Ага, поздравил и сбежал.

— Ну… — Злата пожала плечами.

Да, мысленно согласился Игорь. Младший и так с трудом справляется, простим ему небольшую слабость. Он покосился на жену. Злата смотрела в окно. Они сели в машину в свадебных нарядах. Игорь просто снял пиджак, а Злата венок с фатой. На ней было легкое платье ниже колена, сливочного оттенка, вполне летнее, простенькое, если не знать, сколько оно стоило. Злата и не знала. Ольга Викторовна, заведующая ателье, заказывала для него ткань и скромные на вид кружева из Италии. И туфельки, легкие лодочки из белой кожи, сшиты вручную на маленькой фабрике в Ломбардии.

— Тут остановимся, — Листопад припарковался у придорожного кафе. — Надеюсь, владельцы не сменились и кормят тут по-прежнему вкусно.

— А вы часто здесь проезжали с Владушкой? — спросила Злата, вылезая из машины.

— Каждый год по нескольку раз. Влад боялся самолетов. Сейчас не знаю, может, уже и не боится.

— Жаль, что мы не смогли взять его с собой. Вернемся. Ладно! Ладно! — Злата засмеялась, увидев, как страдальчески изогнулись брови Игоря. — В следующий раз, значит, в следующий раз.

Они наелись, и Злата заснула. Когда они подъехали к отелю, она спала так сладко, что он не решился ее будить. На свадьбе ей действительно не давали поесть и посидеть.

Игорь взял ее на руки и донес до номера. Уложил в кровать, сняв туфли. Принял душ. Посмотрел, как она спит, обняв подушку. Долго ждал, когда она проснется, но не дождался, заснул рядом.

Утром его разбудили щекотка и горестные вздохи. Игорю стоило больших трудов не улыбаться. Вздохи становились все громче. Нежные пальчики заскользили по груди, в плечо уперся подбородок, а голос над ухом с сокрушением протянул:

— Проспать первую брачную ночь! Это только я так могу… Какой красивый. И спит. Все спит и спит. Обиделся? Неужели не простит?

— Смотря, что ему предложат, — не раскрывая глаз, задумчиво протянул Листопад.

— Как что? — вкрадчиво удивился голосок. — Все-все!

Игорь не выдержал, засмеялся, перевернулся и подмял Злату под себя. Она затрепыхалась в его руках, хохоча. И затихла, прижавшись, глядя на него бездонными зелеными глазами. Бретелька шелкового пеньюара сползла, слегка обнажив грудь. Губы потянулись к губам, а тонкие руки обвились вокруг его шеи. И Игорь ее, конечно, простил.

Конец