с ним?
— Спустя год после твоего рождения.
Цесаревна еще задала несколько вопросов, но точных ответов у графа не было. Больше всего девушку интересовала возможность перестройки артефакта на другой род. Точных данных никто не знал, только то, что в нем должна течь кровь Рюриковичей. А потом вообще выдал одну тайну:
— У Голицыных есть ваша кровь, — серьезно сказал граф. — Они об этом не знают, но это так. Ее мало очень, но она есть.
— Может быть, они узнали? — обеспокоенно спросила Катя. — Поэтому и затеяли смену правящего рода.
— Нет, этого они точно не знают, — уверенным тоном возразил граф, — обыкновенная жажда власти.
Следующие полчаса они проехали в полном молчании. Цесаревна думала о родителях, стараясь убедить себя, что они живы, но какое-то внутреннее чувство твердило обратное. Периодически ее мысли перескакивали на друзей: Раэша и Айвинэль, и тогда ее лицо озаряла легкая улыбка. Ее подруга думала о своих обязанностях, решив во что бы то ни стало спасти жизнь своей подопечной, что бы ни случилось. Граф же размышлял о том, где бы взять дирижабль, чтобы ускорить движение и быстрее добраться до Сибири.
Сегодня решено было заехать в придорожный постоялый двор, поскольку девушкам было позарез необходимо принять ванну. Чтобы не привлекать внимания, отправились граф с девушками и Артист в качестве извозчика. Вяземский, как поступили бы наемники, снял одну комнату на четверых, но с двумя широкими кроватями.
— Не беспокойтесь, — войдя в номер и закрыв за собой дверь, тихо произнес граф, — на ночь мы натянем покрывала между спальными местами, — и он с небольшим скепсисом посмотрел на них, но удовлетворился чистотой.
Цесаревна лишь кивнула и устало села на свою кровать. Хотела заказать ужин в номер, но граф предупредил, что наемники, за которых они себя выдают, так никогда не поступают. Даже в баню им придется идти вчетвером, но он сразу сказал, что они посидят в предбаннике. Девушка очень смутилась, когда Артист добавил, что могут войти и другие, но граф успокоил, что этого не допустит. Вздохнув, она вместе со всеми отправилась вниз.
— Что будете заказывать?
Официант появился словно ниоткуда, стоило их четверке сесть за стол. Выбор оставили за графом, который сделал заказ блюд, а затем с гаденькой ухмылочкой посмотрел на нее, перевел все тот же взгляд на ее подругу и ехидно произнес:
— А вы сегодня остаетесь без вина. В следующий раз будете думать головой.
Цесаревна, которая вообще не употребляла алкоголь, едва не выдала себя и игру графа вздохом облегчения и благодарным взглядом. Только в последний момент скривила недовольную мордашку, как это сделала бы наемница. Как ни странно, но готовили здесь вполне прилично. Сытно поужинав, они всей четверкой отправились к себе в номер, а спустя час в баню, которая к тому времени протопилась. Вот тоже нюанс: сами девушки ни за что не стали бы сначала кушать, а затем мыться, но в среде наемников подобное было в порядке вещей.
И Людмила, и Катерина очень любили подолгу сидеть в парилке, но сегодня им пришлось распрощаться со своими желаниями. Причина проста: графиня почувствовала грозящую опасность. Пусть только в виде некоего намека, но этого ей хватило, чтобы начать подгонять свою подругу. Даже выглянула в предбанник и предупредила Вяземского.
Когда они вернулись в номер, Александр Андреевич сказал графине, чтобы она попробовала почувствовать, в каком случае опасность выше: если они останутся на ночь или сразу куда-то двинутся. К сожалению, девушка ничего не могла сказать по этому поводу. После некоторых раздумий решили дать девушкам немного отдохнуть и выехать ночью. При этом они всеми своими действиями показывали, что в дальнейший путь отправятся только завтра с утра. Более того, в комнате граф приказал девушкам постанывать, словно они здесь занимаются интимом. С его слов, наверняка их будут подслушивать, поэтому отсутствие подобных звуков вызовет ненужные подозрения. Красная, словно помидор, цесаревна начала имитировать стоны. На соседней кровати этим же занималась ее подруга.
Артист же создал какое-то плетение и стоял у двери, приложив к ней ухо. Насколько поняла Люда, это было что-то из разряда подслушивающих. И только спустя пару часов он отошел от двери и сказал, что можно заканчивать. Уже лежа в кровати, графиня тихонько спросила свою подругу:
— Люд, ты так профессионально имитировала интимную близость, что я поразилась. Наверное, в мыслях представляла своего Раэша?
А цесаревна почувствовала, как запылали не только ее лицо, но и шея. Ведь в самом деле, пока она не представила в мыслях свое сокровенное желание, у нее ничего не получалось, что было видно по выражению лица главы службы безопасности. А поскольку на воображение девушка никогда не жаловалась, то и получилось у нее настолько натурально. Более того, она до сих пор все еще пыталась успокоить свое дыхание.
— Да ну тебя, — стукнула она в бок свою подругу под одеялом.
После этого девушки притихли и вскоре уснули.
Когда их подняли, цесаревна была уверена, что только что уснула, но, как оказалось, прошло уже три часа, даже немного больше. Вчера договорились, что проделывать все будут в полной тишине. Одевшись, они направились к выходу. Лампы в постоялом дворе не горели нигде, поэтому сейчас все шли за Артистом, который подсвечивал дорогу при помощи тускло светившегося фонаря.
На входной двери стояла сигнализация, но простая, поэтому для агентов службы безопасности не составляло труда перемкнуть ее в паре мест и спокойно покинуть здание. И через пять минут они направились дальше на восток.
Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, постоялый двор «Усталый путник».
Владелец постоялого двора «Усталый путик», Василий Прудник, лежал в своей кровати и подсчитывал будущие прибыли. Три дня назад к нему приехали люди князей Голицыных и настоятельно попросили сообщать обо всех незнакомых людях, особенное внимание уделив странным посетителям. Но и группы, в составе которых присутствовали девушки или молодые люди с мягкими — можно сказать, девичьими — чертами лица тоже подпадали под требование «сообщать». За сведения платили по золотому, а если это будут те, кого ищут, то обещали целых десять. Эти деньги не давали ему покоя, а также мешали уснуть, несмотря на то, что лег он три часа назад.
Члены вчерашней группы были простыми наемниками, которых он повидал на своем веку немало. Он даже с большой точностью мог сказать, из какой страны те или иные воины. В частности, эти были русскими, но работали, скорее всего, на кого-то из Шляхты. Еще он мог точно сказать, что девицы чем-то провинились, поэтому были лишены вина, а
