— Очень благодарен.
— Благодарен? А ты хоть заглянул в тот бизнес-план, что я тебе прислала?
— Просмотрел. Ты оказалась права, составлен он толково. — Он говорил, растягивая слова и наблюдая за Мелани. — Очень хороший план. По правде говоря, он настолько хорош, что я начал размышлять: а кто ты на самом деле, Мелани Девлин? Ты приходишь в мою квартиру убирать, стирать мою одежду, делать для меня покупки. Да ты, пожалуй, больше обо мне знаешь, чем кто-либо, не считая мать.
— Уж наверняка больше, чем Каролайн Хикей!
— Уверяю тебя, что Каролайн Хикей никогда не горела желанием постирать мои носки…
— Да ну? — Мелани изобразила на лице крайнее удивление. — Какими же желаниями горит прелестная…
— Неважно, — перебил ее Джек и продолжал решительно: — О тебе. До сегодняшнего дня ты устраиваешь весь этот маскарад с париком, кепкой, надвинутой на глаза, и униформой, изображая девушку, на которую второй раз никто и не взглянет.
Мелани сердилась, что ей не удалось съязвить. Но странно, что она вообще хочет это сделать. Язвительность — конек Клаудии, это она задиристая, напористая, такая, которой, как говорят, палец в рот не клади. Физз — умница, самая умная и смышленая в семье. А вот Мелани с удовольствием приняла роль домашней любимицы, избалованной киски.
Неожиданно ей тоже захотелось злиться и язвить на полную катушку, но не успела она и рта раскрыть, как Джек спросил:
— Вот я и хочу задать вопрос. Зачем? Зачем ты все это устроила?
Мелани сразу поняла, что за внешней непринужденностью вопроса скрывается желание до чего-нибудь докопаться.
— А может, это камуфляж? — хитро прищурившись, спросила она, так как вспомнила это словечко из разговора Джека с Каро. Потом кокетливо дернула плечиком и сказала: — Но я не собираюсь рассказывать тебе то, что ты уже знаешь.
Джек; наблюдавший за ней, вдруг почувствовал непреодолимое желание овладеть ею, он хотел ее до одури, до боли… Да что же это такое, черт возьми? Он всегда умел владеть своими инстинктами, а тут эта девушка, о которой он действительно ничего не знает, просто сводит его с ума… Это плохой признак, Где его хваленое чутье? Он всегда предчувствовал неприятности еще до того, как появлялись какие-либо их внешние признаки. На этот раз он начинает задумываться об опасности, когда уже слишком поздно… У него мелькнула мысль, что, избавившись от Каро, он подставился под кое-что похуже… Надо немедленно включить разум, пока его не до конца подавили инстинкты. Но ему не хотелось так быстро избавляться от приятного возбуждения, которое вызывала в нем эта женщина… Хотелось смотреть на нее, слушать, что бы она ни говорила, видеть, как она удивляется, насмехается, сердится, смущается… Он уже забыл, что бывают такие острые чувства и желания.
Интересно, что приблизительно такие же чувства вызывала в нем Мелани, одетая Золушкой. Тогда рядом с ней он ощущал магнетическое притяжение, прикосновение к ней было как удар током, мысль о ней будоражила воображение. И не из-за того, что Том сказал о ней… Нет, Каро никогда его так не волновала, и на каком-то этапе это вполне его устраивало.
И вот в аэропорту пред ним предстала Мелани, красивая, великолепная, потрясающая. Тут-то он и понял, что его пытаются обвести вокруг пальца. И он ничего не может поделать с этим, Но нет, не выйдет, не на того напали. Он будет бороться и получит от этого как можно больше наслаждения.
— Джек? — позвала Мелани, увидев, что он впал в задумчивость.
— Да, что-то в этом есть, — сказал он, пытаясь вернуться к теме разговора и проблеме, неизбежно возникающей по ходу.
А проблема в следующем: если она не та, за кого себя выдает, то кто она? Конечно же, Мел не из тех девчонок, что мечтают стать великими актрисами. А может, Лэтам убедил ее, что достанет ей работу за определенные услуги. Или Джек пытается себя убедить в этой версии? Он посмотрел на Мелани и улыбнулся ей. Она отпила несколько глотков шампанского и тоже улыбнулась ему. Заметно было, что, несмотря на всю свою браваду, она нервничает.
— В чем дело? — не выдержала Мелани.
— Ни в чем. Просто я подумал, что ничего о тебе не знаю. Только имя.
— А ты уверен, что знаешь его?
— Так было написано в паспорте, — объяснил Джек, ни минуты не сомневаясь, что подделки здесь нет, но на всякий случай дал Майку указание все проверить.
— Да, все правильно, — согласилась Мелани.
Так и есть: урожденная Мелани Девлин, играла несколько лет под именем Мелани Бретт, но со дня дебюта в Лондоне приняла имя отца и стала Мелани Бьюмонт. Конечно, удочерять ее было немного поздновато, она взрослая, но Эдварду так хотелось дать ей свою фамилию… Но Джек ждет продолжения разговора… Что дальше?
— Ты же никогда не хотел знать обо мне больше, — сказала она.
Джек крутил бокал в руках, глядя, как пузырьки поднимаются на поверхность, потом поднял глаза и встретился взглядом с Мелани.
— Я был просто дураком, мисс Девлин, — признался вдруг он. — Ты, без сомнения, замечательная девушка, и мне интересно знать о тебе все. У нас впереди целый вечер, так почему же не рассказать о себе?
Он действительно интересуется, только Мел не понимала, почему? Вернее, почему сейчас? Почему он не задал ей все эти вопросы до того, как они отправились через Атлантику? Она сделала пару глотков шампанского. Оказывается, бокал был заново наполнен! Когда? Мелани даже не заметила.
— Поверь, мне нужно знать хоть какие-то подробности, — настаивал Джек. — Вдруг кто-то спросит…
Попивая шампанское, Мел заметила, что он уже раздражен. Конечно, не привык, чтобы его заставляли ждать, просить. Тогда хорошо бы сыграть на этом, пусть подергается.
— А ты придумай что-нибудь, — подсказала она.
— У нас могут получиться разные версии ответов на одни и те же вопросы, — резонно заметил Джек.
Мелани удивленно вскинула брови.
— А кто будет нас допрашивать? — Он не ответил. Потянувшись к нему через стол, она спросила шепотом: — Наверное, разведчики?
— Кто?!
— Разведчики. Я же тут для отвода глаз, своего рода прикрытие, так? Значит, есть те, кто хочет разгадать весь замысел? Так кто же этим занимается, как не разведчики?
Некоторое время он тупо смотрел на нее, потом расхохотался.
— Ты очень умная девочка, Мел! Ну, тогда мне и не нужно объяснять тебе, почему нам требуется хорошая легенда. Перейдем сразу к делу. Во-первых, где ты живешь?
— Не с тобой? — невинным тоном спросила она и покачала головой. — Ужасно старомодно.
— Значит, я старомодный, — бросил Джек, потом вдруг спросил: — А ты бы хотела жить в моей квартире? Словно мы любовники?
