Читаем без скачивания Дорогой друг Декстер - Джеффри Линдсей

“Хорошо,” сказал я. “Но почему это моя проблема?” По мне это был очень разумный вопрос, хотя увидев его реакцию, можно было бы подумать, что я предложил подложить бомбу в начальную школу.

“Господи Иисусе,” сказал он, и покачал головой в ложном восхищении. “С тобой действительно трудно, приятель.”

“Декстер,” сказала Дебора. “Посмотри на нас.” Я действительно посмотрел на подобравшуюся Деб и Чацкого с его двойными обрубками. Честно говоря, они не выглядели ужасно жестокими. “Нам нужна твоя помощь,” сказала она.

“Но Деб, действительно.”

“Пожалуйста, Декстер,” сказала она, отлично зная, что мне очень трудно отказать ей, когда она использует это слово.

“Деб, да ладно тебе,” сказал я. “Тебе нужен герой боевика, кто-то, кто может вышибить дверь и влететь как ураган, сверкая оружием. А я простая лабораторная крыса.”

Она пересекла комнату и встала в дюйме передо мной. “Я знаю, кто ты, Декстер,” сказала она мягко. “Помнишь? И я знаю, что ты можешь это сделать.” Она положила руку на моё плечо и понизила голос почти до шепота. “Кайл нуждается в этом, Декс. Ему нужно поймать Данко. Или он никогда больше не будет чувствовать себя мужчиной. Это важно для меня. Пожалуйста, Декстер?”

В конце концов, что вы можете поделать, когда в ход пошла тяжелая артиллерия? Кроме как задействовать ваши запасы доброжелательности и изящно помахать белым флагом.

“Хорошо, Деб,” ответил я.

Свобода – такая хрупкая, мимолетная штука, не правда ли?

Глава 28

Хотя и с неохотой, но я обещал помочь, и бедный Ответственный Декстер немедленно принялся решать проблему со всей находчивой хитростью своего могучего мозга. Но грустная правда была в том, что мой мозг словно находился в офлайне; как бы тщательно я не рыскал в поисках подсказки, ничего не выскочило из почтового ящика.

Конечно возможно я нуждался в дополнительном количестве топлива, чтобы функционировать на максимальном уровне, и я упросил Дебору заказать еще датского. Пока она разговаривала по телефону с обслуживанием номеров, Чацкий сфокусировал потную, слегка остекленевшую улыбку на мне и сказал, “Давай поймаем его, хорошо, приятель?” Он попросил так вежливо – в конце концов, я должен был чем-то занять время ожидания заказанного датского – и я согласился.

Потеря двух конечностей удалила из Чацкого некий психологический замок. Хотя он и пошатывался слегка, он стал намного более открытым и дружелюбным, и фактически с нетерпением делился информацией, что было невероятно для Чацкого в дорогих темных очках и со всеми четырьмя конечностями. Итак, я использовал в своих интересах его новое хорошее настроение, получив имена команды из Сальвадора, в основном по привычке к аккуратности и желания узнать как можно больше подробностей.

Он сидел, придерживая запястьем желтый блокнот, балансирующий на его колене, пока он небрежно писал имена своей правой и единственной, рукой. “Мэнни Боргес, которого ты знаешь.”

“Первая жертва,” сказал я.

“Угу,” буркнул Чацкий не поднимая глаз. Он написал имя и зачеркнул его. “Затем Френк Обри?” Он нахмурился и высунул кончик языка из уголка рта, пока писал и затем вычеркивал имя. “Он упустил Оскара Акоста. Бог знает, где он теперь.” Он всё же написал имя и поставил около него вопросительный знак. “Уэнделл Ингрехем. Живет на Северном Побережье, Майами-Бич.” Блокнот соскользнул на пол, когда он написал имя, и он попытался схватить его, но промахнулся. На мгновение он уставился на лежащий блокнот, затем наклонился и поднял его. Капля пота скатилась с его лысой головы на пол. “Ёбаные наркотики,” сказал он. “Делают меня слегка неуклюжим.”

“Уэнделл Ингрехем,” напомнил я.

“Точно. Точно.” Он нацарапал оставшуюся часть имени, и без остановки продолжил, “Энди Лайл. Продает автомобили в Дейви.” В яростном взрыве энергии он торжествующе небрежно написал фамилию. “Двое других мертвы, один парень всё ещё в поле, вот и всё, вся команда.”

“Кто-нибудь из этих парней знает, что Данко в городе?”

Он покачал головой. Еще одна капля пота едва не попала по мне. “Мы держим довольно плотный режим секретности. Знают только те, кому положено.”

“Им не положено знать, что кто-то хочет превратить их в визжащие подушки?”

“Нет” сказал он, сжав челюсти, словно собираясь сказать что-то жестокое; возможно он хотел предложить слить их. Но он поглядел на меня и передумал.

“Мы можем по крайней мере проверить, кто отсутствует?” спросил я без особой надежды.

Чацкий начал качать головой прежде, чем я закончил говорить. Еще две капли пота упали влево, вправо. “Нет. Мм мм, ни за что. У этих парней везде глаза и уши. Они узнают, если кто-то начнет расспрашивать о них. И я не могу пойти на риск, что они сбегут, как Оскар.”

“Тогда как мы найдём доктора Данко?”

“Вот это тебе и предстоит придумать.”

“Как насчет дома у горы Трашмор?” Спросил я с надеждой. “Тот, что ты проверял с планшетом.”

“Дебби отправила туда патруль. Семья въехала. Нет,” сказал он, “мы ставим все свои фишки на тебя, приятель. Придумай что-нибудь.”

Деб воссоединилась с нами прежде, чем я смог придумать подходящий ответ, но по правде говоря, я был слишком удивлен формальным отношением Чацкого к своим прежним товарищам. Разве не вежливо было бы дать старым друзьям сигнал на старт или хотя бы отмашку? Я, конечно, не претендую на образец для подражания, но если бы помешанный хирург охотился за Винсом Масукой, например, мне хочется думать, что я нашел бы способ намекнуть за случайной беседой у кофеварки. Передай мне сахар, пожалуйста. Кстати – один медицинский маньяк ищет тебя, чтобы отрезать все твои конечности. Хочешь сливок?

Но очевидно, парни с большими мужественными подбородками, или по крайней мере их представитель Кайл Чацкий, играли по другим правилам. Неважно; у меня был список имён, по крайней мере, место, откуда можно начать. Я понятия не имел, как превратить мою отправную точку в действительно полезную информацию, и Кайл, похоже, тоже не имел никаких творческих озарений, которыми можно было бы поделиться. От Деборы сейчас толку мало. Она полностью погрузилась в уход за Кайлом, вытирая пот и удостоверяясь, что он принял свои пилюли, с материнской нежностью, которую я считал для нее невозможной.

Стало очевидно, что я ничего не сделаю сидя в пентхаусе. Единственным, что я мог предложить, было вернуться к моему компьютеру и попробовать что-нибудь из него извлечь. Итак вырвав из оставшейся руки Кайла два последних датских, я направился домой к своему верному компьютеру. Никаких гарантий, что я что-нибудь придумаю, но я собирался пробовать. Я нескольких часов думал изо всех сил и уже начал надеяться, что кто-нибудь обернёт секретное послание вокруг камушка и бросит в мое окно. Возможно, если бы камень попал мне в голову, то разбил бы банку с потерянными идеями.

Моя квартира, к счастью, оставалась такой же, как я её оставил. Даже кровать готова, поскольку Дебора здесь больше не гостит. Я споро загрузил компьютер и начал искать. Вначале я проверил базу данных недвижимости, но не нашел никаких новых подходящих сделок. Однако доктор Данко, очевидно, должен был где-нибудь быть. Мы выкурили его из всех подготовленных убежищ, но я абсолютно уверен, что он не станет ждать, чтобы начать обрабатывать Доакса и возможно, кого-то еще из списка Чацкого, кто привлек его внимание.

Кстати, как он очередность своих жертв? По старшинству? По тому, насколько они его разозлили? Или просто случайно? Если бы я знал это, возможно, смог бы его найти. Он должен был куда-нибудь пойти, и его операции не того типа, что можно проводить в гостиничном номере. Так, куда он мог направиться?

Камень не разбил окно и не отскочил от моей головы, но идейка начала просачиваться со дна Декстерова мозга. Данко должен был пойти куда-нибудь, чтобы работать с Доаксом, и он не может ждать, пока найдется другой безопасный дом. Куда бы он не пошел, он должен находиться в районе Майами, поблизости от своих жертв, и он не может позволить себе рисковать, заняв помещение наугад. Выглядящий пустым дом может быть внезапно наводнен возможными покупателями, а если он въедет в жилой дом, то его в любой момент может посетить кузен Энрико. Итак, почему бы просто не использовать дом его следующей жертвы? Он должен был полагать, что Чацкий, до сих пор единственный, кто знает весь список, будет некоторое время неисправен и не сможет преследовать его. Переехав в жилище следующего по списку, он мог ампутировать две конечности одним скальпелем: использовать дом своей следующей жертвы, чтобы закончить с Доаксом, а потом не торопясь разделаться со счастливым домовладельцем.

Это имело определенный смысл и было более определенной отправной точкой, чем список имён. Но даже если я прав, кто из мужчин станет следующим?