Для объединения и направления к общей цели действий руководителей сторон назначался обязательно главный руководитель двусторонней поездки, которому приходилось регулировать различного рода трения и устранять возникающие недоразумения и от искусства которого зависел в значительной степени успех выполнения поездки. Между главным руководителем и руководителями сторон поддерживалась непрерывная и быстро действующая связь.
Задание для двусторонней поездки составлялось главным руководителем при участии руководителей обеих сторон.
При односторонней поездке организовывалось наблюдение за действиями маневрирующего со стороны обозначенного противника. При двусторонней поездке маневрирующие стороны наблюдали за действиями друг друга.
Разбор маневра производился в поле руководителем на основании личных впечатлений и сведений, полученных от своих помощников. Детальный разбор технического характера делался, в большинстве случаев, в комнатной аудиторной обстановке.
Организация артиллерийских поездок, особенно двусторонних, сложна и трудна, но при умелом, опытном и добросовестном руководстве артиллерийские поездки бывали интересными и поучительными.
В офицерской артиллерийской школе артиллерийские поездки нередко совмещались с полевыми тактическими поездками, производившимися по окончании теоретических занятий перед началом практических стрельб (обычно в мае, в окрестностях г. Луги, в 20 - 40 км к востоку и к югу от города). При согласованности руководства по общей тактике с артиллерийским руководством подобные совместные полевые поездки бывали особенно полезными, так как при наличии руководителя по общей тактике (из специалистов, получивших академическое образование генерального штаба), который принимал на себя обязанности главного руководителя, поездки правильно организовались, протекали и освещались в тактическом отношении, что далеко не всегда имело место при одном специально артиллерийском руководстве.
В строевых артиллерийских частях руководителями занятий с офицерами являлись командиры батарей, дивизионов и бригад.
Командиры батарей вели с офицерами следующие занятия:
а) Упражнения в примерной стрельбе служили средством для приобретения твердого навыка в применении правил стрельбы к различным случаям обстрела целей и навыка в уставных командах. Особое внимание обращалось на основательное знание правил стрельбы и теоретическое толкование их. Пособием служил курс офицерской артиллерийской школы "Сведения о стрельбе полевой артиллерии", а также изданное в 1911 г. "Пособие по стрельбе полевой артиллерии".
б) Решение артиллерийских задач при помощи кратких таблиц стрельбы и без них. При решении этих задач офицеры знакомились с основными свойствами всех орудий полевой артиллерии и приобретали навык в определении степени укрытия, величины мертвого пространства и т. п.
в) Занятия на планах и на местности имели в виду практику в определении рельефа местности, кругозора, в выборе путей следования, в выборе наблюдательных пунктов и позиций в указанном районе, в определении укрытия от взоров и мертвых пространств и т. п.
г) Занятия по изучению устройства и пользования штатными приборами угломерами, телефонами, дальномерами, буссолью, зрительными трубами и пр.
Командиры артиллерийских дивизионов вели занятия с офицерами по решению тактических задач на планах и на местности, отдельными офицерами и группами, руководствуясь "Наставлением для офицерских занятий". При этом особое внимание обращалось на действие артиллерии в боевых столкновениях.
Командиры артиллерийских бригад вели занятия с руководителями, т. е. с командирами батарей и дивизионов и их заместителями с целью объединения их деятельности по ведению всех занятий с офицерами, и руководили так называемыми сообщениями (докладами), делаемыми периодически офицерами на разные военные темы, согласно "Наставлению для офицерских занятий" издания 1909 г.
В "Наставлении для офицерских занятий" 1909 г. и в "Пособии по стрельбе полевой артиллерии", изданном в 1911 г., имелось достаточно указаний, чем нужно заниматься, с кем и кому руководить занятиями, но как руководить, какими методами проводить занятия - таких указаний не было; это предоставлялось усмотрению и умению руководителей. Между тем в довоенное время, особенно до 1910 - 1912 гг., у большинства руководителей не было ни уменья, ни опыта, ни достаточных знаний для руководства офицерскими занятиями. Поэтому в деле огневой и, особенно, тактической подготовки командного состава русской артиллерии руководство, контроль и оценка являлись наиболее слабым местом.
Немало было недочетов даже в методах проведения в артиллерии так называвшихся "подготовительных к стрельбе упражнений". В довоенное время не имелось имитационных средств и совершенно отсутствовала тренировка командного состава артиллерии в стрельбе на миниатюр-полигонах, не применялись и вспышечные полигоны. Имевшийся в батареях еще до русско-японской войны прибор для обучения пристрелке системы Муратова, построенный на началах теории вероятностей, довольно сложный и совершенно не наглядный, почти вовсе не применялся, устарел и был забыт. Мортирка для имитации воздушных разрывов, предложенная Долговым за 3 - 4 года до начала мировой войны, не привилась в частях полевой артиллерии. Появившийся незадолго до начала войны прибор Гельвиха для пристрелки в виде тиражных таблиц почти не был известен строевым артиллерийским частям.
К 1910 - 1912 гг . почти все командиры батарей, за редким исключением, и большинство командиров дивизионов были из числа прошедших курс офицерской артиллерийской школы, достаточно знакомые с новейшими достижениями в области техники стрельбы и тактики артиллерии, ознакомившиеся и с методами школы в проведении занятий с офицерами переменного состава. Поэтому занятия с офицерами в строевых частях артиллерии, носившие раньше характер "отбывания номера", постепенно становились более интересными и поучительными, получили другой смысл и имели более серьезное значение для поднятия уровня образования артиллерийских офицеров в специальном техническом отношении и лишь отчасти в тактическом.
Несмотря на некоторые предпринятые меры к поднятию образования в тактическом отношении, все же в некоторых строевых частях артиллерии, в особенности расквартированных в захолустных городках, местечках и деревнях вдали от крупных штабов, тактические занятия продолжали считаться довольно скучной и бесполезной тратой времени. Происходило это, главным образом, вследствие недостатка в опытных и сведущих руководителях тактическими занятиями. Офицеры генерального штаба, являвшиеся специалистами в области тактики, наезжавшие иногда в эти захолустья для проверки тактических знаний, наводили некоторый трепет на офицеров, в особенности на командиров дивизионов, ответственных за тактическую подготовку, но командному составу существенной пользы вообще не приносили и, в большинстве случаев, за короткий срок пребывания в командировке (обыкновенно несколько часов - от поезда до поезда) не могли внушить доверия ни к себе, ни к проповедуемым ими тактическим принципам. К тому же далеко не все офицеры генерального штаба могли настолько хорошо руководить тактическими занятиями, чтобы возбудить к ним достаточный интерес. Даже при расквартировании в больших городах, где из совместно расположенных штабов дивизий, корпусов или округов офицеры генерального штаба привлекались довольно часто к руководству тактическими занятиями в войсках, занятия эти проводились не всегда интересно и поучительно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
