Наиболее вероятностным объяснением их сути считается высказывание Л. С. Выготского о явлениях гиперкомпенсации, возмещающих тот или иной грубый дефект психики.
Нейропсихологическое изучение нарушений мышления позволило получить важные данные о вкладе различных областей мозга в осуществление этой функции. Полученные данные важны не только для выяснения патогенеза расстройств мышления у взрослых, но и в определенной степени для прогноза развития мышления у детей.
Поражение премоторных (заднелобных) отделов левого полушария головного мозга ведет к нарушениям программирования мыслительных процессов, в том числе и речевых, а также к нарушениям динамики мыслительных процессов. Это проявляется в виде их замедленности, инертности интеллектуальных актов, снижения инициативы к действиям, аспонтанности.
Поражение лобных префронтальных отделов мозга характеризуется значительным индивидуальным разбросом – от грубых случаев до незначительных расстройств. Проявляется этот вид нарушения мышления в распаде самой структуры интеллектуальной деятельности, то есть в ее алогичности, включая логику языкового мышления. На фоне общей аспонтанности, адинамии страдают программирование и контроль за любой, в том числе и интеллектуальной, деятельностью (независимо от ее содержания) при сохранности отдельных частных «умственных действий». При захвате поражением медиальных «глубоких» отделов лба могут возникать побочные ассоциации. Страдает также понимание метафор, пословиц, сложных текстов и т. д.
Поражение теменно-затылочных отделов мозга вызывает совокупность дефектов, проявляющихся в недостаточности процессов пространственного анализа и синтеза. Обнаруживаются трудности в выполнении мыслительных операций, для которых необходимо выделение наглядных признаков предметов и ситуаций, а также их пространственных отношений. Наиболее четко они проявляются при складывании кубиков Линка или Кооса. Аналогичные трудности выступают в операциях арифметического счета и при решении задач (Л. С. Цветкова). Это обусловлено неспособностью больных с теменно-затылочными поражениями осмыслить пространственные и «квазипространственные» отношения.
Под квазипространственными подразумеваются отношения между объектами действительности, обусловленные не напрямую их пространственными параметрами, а их словесными обозначениями, которые также требуют симультанного (одномоментного) охвата. Примером квазипространственных отношений являются логико-грамматические конструкции (ЛГК).
При поражении височной доли левого полушария нарушения мышления носят вторичный характер, поскольку обусловлены неполноценностью речевой функции. У детей мышление страдает вторично по причине грубых нарушений речи по типу алалии. В отличие от этого, у взрослых больных с сенсорной афазией нарушения мышления отсутствуют или минимальны и выступают в виде вербальных парафазий, разорванности высказывания. При этом личностный радикал остается неизменным и знаки его проступают в «обломках» речи (Т. Г. Визель, 1989).
Контрольные вопросы
1. Чем символический уровень мышления отличается от предметного?
2. Какие виды нарушения мышления вы знаете?
3. Равнозначны ли термины «деменция» и «олигофрения»?
4. Чем характеризуется аутистическое мышление?
5. Какие нарушения характерны для поражения лобной доли левого полушария?
6. Какие нарушения характерны для поражения теменно-затылочной доли?
7. Чем характеризуются нейродинамические нарушения мышления?
8. Каковы отличия наглядно-действенного мышления от вербально-логического?
9. Что такое савантизм?
Глава 5. Нарушения памяти
В нейропсихологии память принято рассматривать как сложно организованную систему, в осуществлении которой принимают участие различные, совместно работающие структуры мозга. При этом каждая из них вносит свой специфический вклад в осуществление процессов памяти. А. Р. Лурия выделил два основных типа нарушений памяти: модально-специфические и модально-неспецифические.
Модально-неспецифические нарушения памяти представлены такими их видами, как: гипомнезия, гипермнезия, парамнезия и амнезия.
Гипомнезия заключается в ослаблении всех видов памяти в рамках хранения и воспроизведения полученного опыта. Известно, что у детей в норме память лучше, чем у взрослых. Однако некоторые дети с трудом запоминают стихи, содержание прочитанных книг или увиденных мультиков. Обычно гипомнезия связана с органическими поражениями мозга, психическим недоразвитием.
Гипермнезия заключается в увеличении объема и прочности запечатления материала, когда возникает большое количество воспоминаний. Примером этого вида нарушения памяти может служить описание амнестических расстройств у пациента А. Р. Лурия-Н. Шерешевского («Маленькая книжка о большой памяти»). У детей парциальная (частичная) гипермнезия наблюдается иногда при умственной отсталости. Она проявляется, например, в повышенной способности к запоминанию и воспроизведению цифр.
Парамнезия – ощущение «знакомости» объекта при встрече с незнакомым, то есть обманы памяти.
Амнезия – отсутствие значительного объема памяти, ее общее ослабление.
Конфабуляции (вымыслы) – результат замещения провалов памяти вымыслами, при этом имеет место полная уверенность в том, что сообщаемые факты и события действительно реальные.
Конфабуляции могут достигать патологических размеров, но встречаются и в норме, особенно у детей. Последние не обладают достаточно зрелым механизмом психики, разграничивающим вымысел и действительность. Известно, что дети легко верят в сказки и «разные выдумки». Это делает их внутренний мир богаче и интереснее. Таким образом, конфабуляции могут служить и целям обогащения фантазийного плана мышления.
Вязкость мнестических процессов – это застревания на каких-либо фрагментах (следах), «попавших» в память, насильственное возвращение к ним.
Известный американский психолог Оливер Сакс посвятил таким эпизодам застоя в мышлении отдельную книгу – «Музыкофилия». При этом он замечает, что эти явления «посещают» и людей нормы. Автор приводит высказывание Марка Твена по поводу навязчивых мелодий: «Они овладели мною мгновенно и без остатка. Во время завтрака они безостановочно выплясывали вальс в моем бедном мозгу… Я сопротивлялся целый час, но все было бесполезно… Я решил прогуляться к центру города и по дороге обнаружил, что мои ноги маршируют в такт беспощадной музыке… Ритм командовал мною весь вечер, а потом я всю ночь ворочался, подпрыгивал и вертелся под преследовавший меня неумолчный звон».
Для всех нарушений памяти, носящих модально-неспецифический характер, общим является то, что они распространяются на любой вид деятельности, а также то, что они одинаково проявляются как в произвольных, так и в непроизвольных актах.
Места повреждений мозга, обусловливающих неспецифические расстройства памяти, не установлены окончательно. Принято считать, что они зависят от особенностей взаимодействия больших мозговых площадей. Такое мнение установилось со времен Карла Лешли (K. Lashley), проводившего свои исследования в начале XX века. Этот ученый разрабатывал проблему локализации психических функций, используя метод удаления у животных, в частности у крыс, различных частей головного мозга. Однако оказалось, что, какую бы из структур он ни удалял, крысы, обученные до операции находить выход из лабиринта, не теряли память и находили правильный путь. Таким образом, Лешли так и не удалось обнаружить ту структуру, которая бы непосредственно отвечала за память.
Сейчас установлено, что основной причиной неполноценности структур мозга, участвующих в процессах памяти, является ослабление восходящих энергетических влияний на кору мозга со стороны энергетического блока. В результате снижения тонуса коры в этих случаях процессы запечатления, сохранения и воспроизведения информации протекают непродуктивно. При массивных поражениях структур мозга, участвующих в обеспечении памяти, могут появиться грубые нарушения сознания (симптомы растерянности и спутанности).
При этом различают нарушения памяти в зависимости от того, какая именно структура энергетического блока страдает. Если неполноценно функционирует продолговатый мозг, то изменения процессов памяти проявляются
