В Италии мелкие акционеры через адвокатов пытались спасти хоть часть своих денег из-под обломков крушения финансовой пирамиды Синдоны. Ватикан заявил о «серьезном бюджетном дефиците». В США Акула нанял специалиста по связям с общественностью и отправился с лекциями по американским университетам.
В то время как высшее руководство «Фрэнклин нэшнл бэнк» было арестовано по обвинению в заговоре, злоупотреблениях и растрате миллионов долларов в результате валютных махинаций, Синдона рассказывал студентам Уортонской высшей школы в Филадельфии:
Целью, возможно, и чересчур амбициозной, этой короткой беседы является попытка внести свой вклад в вос становление веры Соединенных Штатов Америки в свою экономику, в свои финансы, в сферу денежного обращения. И еще я хочу напомнить, что Америка нужна всему свободному миру!
Миланский суд заочно приговорил Синдону к трем с половиной годам тюремного заключения, признав виновным по 23 пунктам обвинения, в частности в умышленном присвоении 10 миллионов фунтов стерлингов, а он тем временем поучал студентов Колумбийского университета:
Очевидно, что в случае осуществления перевода денег в обход закона с целью получить незаконную прибыль, общество обязано отреагировать на это. Должны быть сурово наказаны и тот, кто склоняет к преступлению, и тот, кто поддался соблазну сделать противозаконный шаг.
Продумывая планы шантажа своего собрата по ложе «П-2» и близкого приятеля Роберто Кальви, Синдона расписывал свое видение будущего студентам, которые внимали ему, желая превзойти его достижения:
Надеюсь, недалек тот день, когда мы войдем в контакт с другими планетами, с новыми мирами наших бессчетных галактик, и студенты этого университета смогут предложить своим компаниям планы по расширению их деятельности на космос и преобразования их в «космические корпорации», которые и понесут через всю Вселенную творческий дух свободного предпринимательства!
Очевидно, у Синдоны были самые серьезные намерения. Он договорился о нескольких встречах с боссами американской мафии и «коза ностры», с представителями сицилийских мафиозных кланов, на которых старался убедить их и Личо Джелли, что нужно организовать отделение Сицилии от Италии. В прошлом, в 1972 году, он участвовал в так называемом «белом путче» — неудавшейся попытке захватить власть в Италии. Мафия к подобной затее отнеслась скептически, Джелли — пренебрежительно. Он назвал его идею «безумной» и сказал Синдоне, что отделение Сицилии может произойти лишь при поддержке военных и политиков, входящих в ложу «П-2», и что они только и ждут благоприятного случая. Синдоне же Джелли посоветовал: «Отложите свой план в папку “Для рассмотрения”».
Наконец в сентябре 1976 года итальянские власти сумели чего-то добиться, и Синдона был арестован в Нью-Йорке. Это был первый заметный успех в долгой борьбе за его выдачу итальянскому правосудию. Синдона выразил свое удивление тем, что «только сейчас, почти через два года после выдвижения в Италии ложных обвинений против меня, Соединенные Штаты решили начать процедуру экстрадиции. Хочу особо подчеркнуть, что сфабрикованные в Италии обвинения ни на чем не основаны, никакого расследования практически не велось, а посему явно ложные». Впоследствии банкир был освобожден под залог в 3 миллиона долларов, но к 1977 году петля вокруг него начала затягиваться. Федеральное большое жюри начало расследование выдвинутых против Синдоны обвинений, в том числе и банкротство «Фрэнклин нэшнл бэнк».
Чтобы не быть выданным Италии, Синдона пустил в ход все силы и средства, которыми располагал. Влиятельные люди выступали в суде в защиту Акулы. Кармело Спаньюоло, глава одного из отделов Верховного суда в Риме, дал под присягой письменное свидетельство, что инспирированные обвинения против Синдоны — результат коммунистического заговора. Он также клялся, что Синдона — большой защитник рабочего класса, что люди, занимавшиеся расследованием деятельности Синдоны в Италии, в лучшем случае некомпетентны и контролируются его политическими противниками. В дополнение к этому судейский чиновник из Рима сообщил американскому суду, что многие представители итальянского правосудия принадлежат к левоэкстремистским партиям и группировкам и что если Акулу вернут в Италию, то его неминуемо убьют. Кармело Спаньюоло был членом ложи «П-2».
Показания в защиту Синдоны дал под присягой и Личо Джелли. Он отметил, что и его самого обвиняли в том, что он «является агентом ЦРУ, главой аргентинского “эскадрона смерти”, сотрудником португальской секретной службы, координатором греческой, чилийской и западногерманских разведок, лидером международного подпольного фашистского движения и так далее».
Опровергать эти разнообразные обвинения Джелли и не собирался. Он не привел ни одного довода, что они необоснованны, объяснив все «возросшим коммунистическим влиянием в Италии». Приведенный к присяге, Джелли продолжил бросать свои обвинения, в том числе и такие: «Влияние коммунистов уже проникло в целый ряд правительственных учреждений, особенно в органы правосудия, где на протяжении последних пяти лет произошел политический сдвиг от центра к крайне левым». И вновь он не привел никаких доказательств. Джелли уверял, что из-за «проникновения левых сил» Синдону в Италии ждет отнюдь не беспристрастный суд и, скорей всего, ему угрожает смерть. Он продолжал: «Коммунисты ненавидят Микеле Синдону из-за того, что он — убежденный антикоммунист и всегда выступал поборником системы свободного предпринимательства в демократической Италии».
Свое понимание «свободного предпринимательства» в условиях демократической Италии Синдона продемонстрировал на практике 13 ноября 1977 года. Была запущена запланированная им кампания шантажа по отношению к Кальви. По всему Милану стали появляться плакаты и памфлеты, обвинявшие Кальви в мошенничестве, растратах, вывозе валюты, подделке документов, фальсификации отчетности, присвоении денег, уклонении от налогов. В них приводились номера открытых на имя Кальви секретных счетов в швейцарских банках, детально описывались противозаконные сделки. Намекали на связи Кальви с мафией. В общем, вытащили на свет и растрясли все грязное белье миланского банкира. Расклеенные на стенах городских зданий листовки были куда интереснее статей в «Коррьере делла сера». Синдона, организатор этого публичного действа, пришел к мысли, что его «собрат» по ложе «П-2» и бывший протеже Роберто Кальви не проявил должного участия в судьбе попавшего в тяжелое положение Акулы. Синдона пожаловался Личо Джелли, и тот согласился, что Кальви следует сделать «солидный вклад» в копилку Синдоны на ведение войны с правосудием. Джелли предложил быть посредником между двумя «друзьями-масонами», тем самым гарантируя для себя получение комиссионных от обоих.
Вновь Роберто Кальви пришлось лезть в свой карман, а точнее — в карманы тех, кто держал деньги в его банках. В апреле 1978 года Кальви перевел в «Банка дель Готгардо» в Лугано пол миллиона долларов, которые были зачислены на счет Синдоны.
Человек, который по поручению Синдоны непосредственно организовывал и проводил кампанию запугивания, изготовления и распространения плакатов, листовок и памфлетов, Луиджи Кавалло, за свою задачу взялся с громадным удовольствием и отдавался делу всей душой. Какое-то время Кавалло промышлял в Италии в качестве постановщика различных клеветнических кампаний и действовал в одиночку. Как и профессиональные проститутки, он охотно продавался тому, кто больше заплатит. Следом за плакатами был нанесен новый удар — 24 ноября 1977 года на стол Паоло Баффи, главного управляющего Банка Италии, легло письмо, где перечислялись все обвинения в адрес Кальви, которые красовались на миланских стенах. Упоминались и всплывшие кое-где фотокопии счетов Кальви в швейцарских банках. Письмо, отправленное на имя главного управляющего, Кавалло завершил угрозой предъявить Банку Италии иск за неспособность выполнять возложенные на него законом обязанности, если не будет начато расследование деятельности «Банко Амброзиано».
Это письмо показывает фундаментальное различие между высококлассным преступником международного уровня, каким был Синдона, и третьеразрядным аферистом наподобие Кавалло. Инициатива отослать письмо принадлежала целиком Кавалло, и составлено оно было без совета с Синдоной, который никогда бы не санкционировал такую глупость. Он-то ясно понимал: можно красть яйца из-под курицы, несущей золотые яйца, но нельзя ее убивать — по крайней мере, пока курица еще способна нестись.
В ту же апрельскую неделю 1978 года, когда Синдона получил полумиллионную компенсацию, официальные представители Банка Италии, которые в течение нескольких лет имели самые серьезные сомнения в отношении «Банко Амброзиано» и лично Роберто Кальви, начали масштабное расследование. Во главе группы из 12 правительственных ревизоров, придирчиво отобранных Паоло Баффи и его коллегой Марио Сарчинелли, был поставлен Джулио Падалино. К несчастью для Кальви, Падалино был неподкупен.
