Женщина равнодушно пожала плечами, дескать, это уже всё детали, важна только суть, а она такова, что оставаться в этом доме Мила не собирается больше ни на минуту. Коротко кивнув на прощанье, она направилась к двери, даже не спросив, как обычно: «Больше никаких поручений не будет?.
Оценив ситуацию и поняв, что это уже не шутки, Виктор принялся мысленно искать слова, которые остановили бы взбунтовавшегося секретаря, но при этом не уронили бы его достоинства. Слова не находились и тогда он заревел:
— Куда?! Я тебя не отпускал! Ты не выйдешь из этого дома, пока я этого не захочу!
Мила повернулась к нему и издевательски захлопала в ладоши, прекрасно понимая, что этим может довести его до бешенства.
— Великолепно, господин Вершинин, ничего другого я от вас и не ожидала. Скажите мне, дуре такой, вы собираетесь силой удерживать меня здесь? Но ведь это противозаконно…хотя… Я совсем забыла, что законы в Федерации пишутся не для таких, как вы, для вас никаких законов не существует. Кстати, Виктор, именно поэтому Рита и сбежала от тебя! Ты не давал ей вздохнуть свободно и всегда всё решал за неё.
В кабинете повисло тяжёлое молчание. Теперь каждое слово могло оказаться настоящей бомбой и они оба это прекрасно понимали. Слышно было, как шевелят плавниками в аквариуме ленивые пёстрые рыбы. Что-то происходило в этот момент между Виком и Милой, что-то, чего даже сами они ещё не могли понять. Понимание придёт позже.
— Хорошо, пусть будет так, как ты хочешь, — устало согласился Вершинин и сразу же как-то потух. — Ты действительно свободный человек и силой удерживать тебя я не собираюсь. Одна просьба, подыщи себе достойную замену и введи её в курс дела.
Мила кивнула и поспешила покинуть кабинет своего уже бывшего хозяина, чтобы тот не успел заметить в её глазах слёзы. Уже у двери она кое-что вспомнила и, не поворачивая головы, произнесла:
— Вик, с этой суетой я совсем забыла тебе кое-что сказать. Когда Рита вернулась, с ней что-то было не так. Потом я поняла, что это, но к тому времени она уже покинула Землю. Её кожа была слишком холодной для нормального человека. Она ведь находилась в системе Немезиды, а там, ты сам знаешь, водятся эпы. Не ищи её, прошу тебя. Если где-то и смогут ей помочь, то только в Вольном братстве. Они часто сталкиваются с этим явлением и некоторые даже научились с ним бороться. На Земле она погибнет. И ещё, Тулиатос хотел о чём-то тебя спросить, — она горько усмехнулась. — Видимо, дисциплинированный работник во мне не умрёт никогда. Прощай.
— До свидания, — голосом сухим, как осенний лист и таким же тусклым, ответил Виктор. — Я буду ждать, когда ты найдёшь себе замену. Если что-то было не так, то извини.
Уходить надо достойно, без слёз и истерик, без выяснений отношений и взаимных обид и только тогда… Нет, не надо об этом даже думать! Она ещё не успела покинуть дом Виктора, как уже хочет вернуться. Глупо, страшно, нелепо. Надо преодолеть себя, надо выбросить эти пятнадцать лет из памяти и из души. Ничего не было! Невозможно начать новую жизнь, не простившись со старой!
Похоже, чёрная полоса продолжается. Вот теперь ещё и этот бабий бунт. Виктор не знал, что ему предпринять. Впервые он узнал, что такое растерянность и бессилие. С чужими всегда ясно, что делать, а в этой ситуации, что предпринять? Оставалось только положиться на судьбу и ждать, чем всё это закончится.
Он устало сел за большой письменный стол и задумался. Нельзя сказать, что мысли у него были в этот момент весёлыми. В последнее время вокруг него происходит какая-то непонятная возня и причины её Виктору неизвестны. Вот и Тулиатос зачем-то дал о себе знать. Какого чёрта?! Марго нашлась, дело закрыто, какие могут быть вопросы?
Что-то не давало ему покоя. Рука сама потянулась к коммуникатору и набрала нужный номер. Когда в воздухе возникло печальное лицо следователя, Виктор нервно поинтересовался:
— Скажите, Тулиатос, какого рожна вам от меня надо?
Какое-то время Георгий давился от возмущения и с трудом сдерживал себя, чтобы не послать подальше этого самонадеянного, наглого типа. Когда раздражение угасло, он смог выдавить из себя:
— Меня интересует один человек, который в своё время работал на вас.
— Вы полагаете, что я должен помнить всех, кто когда-то на меня работал? — Вершинин не сказал, он прошипел это. — У меня, конечно, хорошая память, но не настолько.
— Этого человека вы должны помнить, — голос следователя был спокойным, но в глазах у него плескался гнев. Не привык он к тому, чтобы с ним разговаривали в таком тоне, не привык и всё тут. — Имя этого человека Леон Карраччи. Психофизиолог. Он на вас работал, но потом внезапно куда-то исчез.
Услышав от Георгия имя своего бывшего сотрудника, Виктор брезгливо поморщился. К Карраччи у него было особое отношение. Первое время после его побега Вершинин хотел найти и наказать ренегата, но, столкнувшись с Джокером и получив серьёзный отпор, ему пришлось отказаться от планов мести.
— Он не исчез, он сбежал, — в голосе Виктора сквозило презрение, — как крыса с тонущего корабля. Когда стали погибать один за другим все эксперты, которые работали тогда на меня, он испугался и поспешил унести ноги. Ну, а ещё ему захотелось свободы.
Тулиатос удивлённо приподнял брови.
— А вы его, что, на цепи держали? — Попытался шутить он.
— Нет, я не позволял ему нарушать законы за мой счёт. Вы же знаете, что в Федерации введён запрет на некоторые научные опыты. Его это не устраивало. Ещё вопросы?
— Куда он сбежал? Мне необходимо его найти.
— Ищите, — пожал плечами Вершинин, — он в Вольном братстве где-то на Тортуге. Но зачем он вам? Дело это старое, там всё ясно, с чего вдруг к нему такой интерес?
На душе у него стало тревожно. Все десять лет Виктору не давала покоя эта авария и всё, что за ней последовало. Да и то, что все эксперты, расследовавшие это дело, один за другим отправились на тот свет, тоже настораживало, не смотря на то, что все они погибли в результате несчастного случая или внезапной болезни. Кому, как не ему — наследнику империи Вершининых знать, как легко устроить эту самую «внезапную» болезнь или нечастный случай. Он и сам неоднократно устраивал подобные вещи, когда в этом возникала необходимость.
— Видимо, кому-то оно не показалось таким уж ясным, — растерянно произнёс следователь. — Вы не знаете кому?
— Чёрт, Тулиатос, прекратите говорить загадками! — Взорвался Виктор, терпение которого стало иссякать. — Объясните мне, наконец, в чём дело?
Взгляд Георгия заметался из стороны в сторону и он поспешил закрыть эту скользкую тему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
