— показал их мне Кракозябра. — Нас там никто не увидит, слишком темно и много зелени, а мы сможем и за вами присмотреть и за основным корпусом.
— Добро. Ну давай тогда начинать.
Старший сказал троим своим бойцам следовать за мной, а он с остальными направился в указанное место. Вчетвером мы подобрались поближе к узлу связи. Небольшое такое строение десять на десять метров. Я аккуратно заглянул в одно из два имеющихся окон и увидел, как двое охранников внутри режутся в карты. Ну да, а что им ещё тут делать? Ни мобильной связи, ни интернета, ничего. Вот и развлекаются как умеют.
Я жестами приказал двум бойцам встать у обоих окон, а с третьим переместился к двери. Выждав пару секунд, ударом ноги выбил дверь. Охранники, конечно, попытались отреагировать на неожиданное появление противника, но два приглушённых выстрела оборвали их жизни. Мне удалось попасть обоим в голову, они умерли мгновенно.
Бойцы сразу же зашли следом за мной в помещение и закрыли дверь. Трупы оттащили в сторону, я бросил на убитых лишь беглый взгляд. Вот я и совершил своё первое убийство, причём убил за раз сразу двоих. Но никаких эмоций по этому поводу я не испытывал. И уж точно мне потом эти убитые не будут снится в жутких кошмарах. В осколках навидался на такое, что куда больше подходит для ночных кошмаров.
— Галилео, теперь в дело вступаешь ты, — сказал я, подключившись к одному из компьютеров с помощью провода, идущего из левой руки.
— Дайте мне несколько секунд, — ответил ИИ и умолк. Через тридцать секунд он снова заговорил. — Я получил полный доступ к узлу связи и даже проник в охранные системы комплекса. Персонал и охранники не смогут поднять тревогу, теперь глушилки контролируются мною.
— Отлично, возвращаемся к отряду.
Через три минуты мы воссоединились с остальной частью отряда.
— Узел связи зачищен, мы получили полный контроль над глушилками и средствами связи, сказал я старшему. — ИИ также берёт контроль над всеми системами комплекса. Через пару минут он закончит.
— Хорошо, тогда пора готовиться к штурму, — сказал Кракозябра. — Идти через главный и единственный вход-выход не хочется, это самая укреплённая позиция и там нам дадут сильный отпор. Надо бы найти место, где можно подорвать стену и пробраться внутрь.
— Галилео предлагает взорвать стену вон там, — показал я рукой. — По ту сторону как раз находится комната отдыха охраны, где сейчас дежурят несколько охранников.
— Добро. Тогда действуем так. Двое остаются у входа, убивают охрану снаружи и всех тех, кто решит сбежать. Ещё двое остаются у дыры, выполняют ту же задачу. Остальные заходят и мы начинаем зачистку комплекса.
— Тогда приготовьтесь прикрывать меня и зачищать выживших, — говорю я, убирая автомат за спину и беря в руки два пистолета. — Пойду первым, вы за мной.
— Не положено, — говорит Кракозябра.
— На ком-то из вас надета броня способная выдержать прямое попадание из гранатомёта? — Задаю бойцам вопрос. В ответ получаю молчание. — Тогда отставить возражения. Действуем.
Разделились, заложили взрывчатку и спрятались за деревьями. Кракозябра дождался получения ответа о готовности от всех бойцов и только тогда подорвал взрывчатку. БУМ и солидного куска как не бывало. Взрывом заодно убило всех, кто был за ней. Одновременно с этим бойцы у входа снимают охранников. Всё, штурм начат.
Я бегу вперёд, Кракозябра и остальные за мной. Залезаю в дыру, пробираюсь через куски стены и трупы охранников, выхожу в коридор и начинаю двигаться по нему не обращая внимание на попадающие в меня пули. «Эгида» была слишком хороша, даже столь плотный огонь из нескольких автоматов не мог хоть сколько-то навредить мне. Амортизация брони делала так, что попадания по мне я ощущал словно кто-то слегка тычет в мои грудь и живот пальцем.
Так что я шёл и стрелял по тем, кого замечал. Вот один противник получает от меня две пули в грудь и падает замертво. Продвигаюсь чуть вперёд и уже другой противник пытается отбежать от меня подальше. Но он успевает сделать лишь один шаг, прежде чем я сначала простреливаю колено, отчего он падает на пол, а затем добиваю ещё двумя выстрелами.
А бойцы следует за мной, проверяют убитых, делают контрольный выстрел и т.п. Также они взяли на себя зачистку помещений, мимо которых мы проходили. Убивали они как охранников комплекса. Так и остальной персонал. Задание превыше всего, да.
Вот так мы и двигались по коридорам, проводя полноценную зачистку. У бойцов, что остались у входа в комплекс и пробитой нами стены, тоже было немало работы. Персонал пытался спастись от нас, кто-то хотел добежать до узла связи и вызвать помощь. Но все они неизбежно погибали, едва выбравшись из здания комплекса.
Наконец-то мы добрались до лаборатории, последнего не зачищенного участка комплекса. К этому моменту мы уже не встречали охранников, перебили их всех. Так что я передал ведущую роль Кракозябре и его бойцам, они занялись нейтрализацией оставшихся учёных. Спустя ещё пять минут зачистка была закончена.
В комплексе было очень тихо, Галилео отключил сигнализацию. Выживших не было, но старший группы всё же послал часть бойцов осмотреть весь комплекс ещё раз. Ещё двух бойцов он отправил к серверной, добыть то, что нам нужно. Остальные же вместе со мной начали осматривать лабораторию.
Её особенность заключалась в том, что большая часть лаборатории была отведена под несколько небольших комнат. Мы зашли в одну из них.
А там, в специальном кресле, вроде тех, что используют дантисты, сидел человек. Он был привязан к креслу, его глаза были широко раскрыты благодаря специальному механизму не позволяющему бедняге даже моргать. Впрочем, к глазам так же были подведены трубки с жидкостью. Видимо, они смачивают глаза время от времени. Рот был закрыт специальным кляпом. А ещё у него в голове торчало несколько толстых игл, от верхних кончиков которых шли провода к стоящей рядом аппаратуре.
Аппаратуры тут вообще было очень много. Медицинское оборудование, которое отслеживало состояние подопытного (а кем ещё может быть этот несчастный?), кое-что для реанимации. Всё остальное оборудование было мне не знакомо, но я примерно представлял для чего оно нужно было. Особенно вопросов не было насчёт повешенного прямо напротив лица подопытного экрана, на котором быстро мелькали самые разные изображения, символы и цифры.
Сам несчастный как пялился в этот монитор, так и продолжал это делать. Он вообще не
