в мединститут был наслышан. А смогла ли нанять репетиторов сыну воспитательница детского сада, рассказывать не надо было.
Даниил:
– А я грезил этой мечтой. Поехал в Питер, сдал экзамены и мне не хватило пять баллов.
– А куда ты сдал документы, сразу в два?
– Нет, только в Первый Санкт-Петербургский… А от академии меня преподаватель школы по химии в последний момент отговорила. «Это дело хорошее, дело бравое, но сам понимаешь, любой военный конфликт, и ты поедешь туда в первую очередь».
– То есть в военную академию документы не подавал? Или подал и забрал?
– Я подал и забрал.
– А что значит, ты недобрал пять баллов? Одно дело – не добрал пять до десяти, а другое…
– Я набрал двести сорок пять баллов…
– И не хватило крохи…
Я вздохнул: у скольких, влюбленных в какую-то профессию, эта профессия уходила прямо из-под рук.
Даниил:
– Моя учитель по химии меня надоумила поступить в техноложку (Воронежский технологический институт). Вышку надо ведь получать. И я поступил безо всяких проблем.
– На какой факультет?
– На технологический… Пивоварение. Ликероводочное отделение…
– Массандровские вина! Шампанское брют…
Даниил рассмеялся.
– Поступаешь в каком году?
– В 2020‑м…
– И как батя относился к твоей мечте?
– Он очень мною гордился. Он верил, что я поступлю, потому что я не просто хотел поступить, а грезил медициной. Хотел стать нейрохирургом. И ему было очень приятно.
– Еще бы, вот он сам страдает одной пагубной страстью, а смотрите, сын-то какой!
– Да. Вот мне шестнадцать лет, я приехал в Липецк. Он мне позвонил, типа: приезжай. На пасеке поможешь дедушке. Да и с сестрами пообщаешься. Я действительно вспомнил, что у меня в Липецке есть двоюродные сестры, надо приехать. Надо знаться с родней. Я приехал, у нас прекрасное общение, а тут конфликты происходили.
– На Донбассе.
Даниил:
– И я спрашивал: как вы относитесь? И они в основном давали однозначный ответ. Отец очень кардинален. И вот сдружился с сестрами, с отцом. Отец позвал меня: «Пойдем на машине…» Я первый раз за руль садился…
– В общем, проникся к отцу…
– Да. Поступил я в техноложку, мне мои родные: вот тебе подарок. Мне оплатили курсы на водительские права. Я сдал на права сам, без переплат. И я стал зарабатывать деньги на машину.
– А учеба?
– Я ходил на работу, а занятия пропускал. Купил первую машину, затем вторую. А деньги зарабатывал. Где только я не работал. Я работал и кассиром, и проводником пассажирского вагона, и электромонтажником, и на пивзаводе, на шиномонтажке, где только не работал. И в фирме по ремонту холодильников, кондиционеров. Такую нишу занял, и она позволяет мне и сейчас зарабатывать.
– А как с учебой? – снова спросил юношу.
– А учебу забросил. Почему? Потому что, когда я пришел учиться, у меня были такие ожидания! Когда ты нацелен на серьезный вуз, из которого легко вылететь, и тому подобное. Что ты придешь на занятия, у тебя будет забита голова, у тебя не будет ни на что другое времени. А я пришел и почувствовал халтуру. Мне преподавали те знания, которые я знал в школе.
Мне такая ситуация была знакома по себе, когда после спецшколы при МГУ мне первые курсы в чекистском вузе пришлось бить баклуши.
Даниил:
– Это были знания 8, 9, 10-го класса, но я их уже знал. И я спрашивал себя: а что я здесь сижу? Мне нужны деньги, а я просиживаю время. Из-за этого я пошел работать. Я работал. На работу даже приходил, говорил: обучаюсь там-то там, но пропускать не буду… А в университете у меня вопрос простой, подхожу, кладу… и иду дальше…
Даниил с отцом
Как решали свои вопросы прогульщики, мне рассказывать не надо было. Слушая Даниила, у меня не поворачивался язык его осудить: он тратил время не на развлечения, а на дело. А число полученных профессий, которые он освоил, поражало: парень на самом деле был незаурядным, и набери он те пять баллов, которые ему не хватило, из него бы, вне всякого сомнения, вышел прекрасный нейрохирург.
5 декабря 2022 года. «Письмо к женщине»
Романов Даниил:
– К этому, конечно, отрицательно относились родные. Мама волновалась… И наступает 5 декабря 2022 года… А перед этим происходит следующее. За полтора года до этого летом 2021 года, в августе, я съездил в Липецк, опять повидал двоюродных сестер, пообщались хорошо, и поскольку я уехал, через два дня мне звонит брат отца дядя Саша и говорит, что бабушки и дедушки больше нет. Это отец и мать моего отца. А отец, так как он был самым старшим в семье, он жил с родителями и все там было на нем: он и по дому строительством занимался, пасеку делал и на этом фоне сорвался…
– Понятно…
– Моей маме стало его жалко. На самом деле он человек хороший. Если в чем виноват, обязательно разберется, извинится. Он рукастый. Здоровый. В плане здоровья, наверно, ко мне перешло…
– Но слабинка…
– И маме стало его жалко, и она раза два или три звонила и просила его выйти из этого состояния. Потому что его никто не мог остановить. И я злился, но не мог ничего сказать: ему родителей не вернешь. И мама вытащила его из этого состояния. Диалогами, этим всем. Он перестал пить. Но из-за того, что он пил, он потерял работу. А работал по шабашкам. Часто приезжал в Воронеж по каким-то работам. Строил «Магниты», «Пятерки»… И возвращаюсь к 5 декабря 2022 года.
Даниил глубоко вздохнул и продолжил:
– Вечер, я возвращаюсь с работы. Шел какой-то фильм. Смотрю фильм. Жили уже в частном доме, купили частный дом. Семья большая. Надо больше места, больше площадь. И слышу по шагам, идет мама, она дверь открывает: «Ложись спать. Тебе завтра на работу». – «Счас, мам. Фильм досмотрю». Слышу, дошла до своей комнаты. А потом шаги отца (отчима): «Скорую вызывай…» Скорая ехала сорок минут, матери уже ничего не помогло… Было ей сорок лет. Как врачи сказали: острая коронарная недостаточность. Все это скинули на ковид, которым она переболела. Что обострение пошло. Этот день отпечатался в моей памяти очень надолго. На всю жизнь. И было что-то страшное. И когда врачи вальяжной походкой заходят. Мне 20 лет. Вальяжной походкой заходят врачи, а ты их торопишь, а они и так ехали сорок минут, а у меня надежда: все-таки вот сейчас, вот сейчас… У нее, бывало, сердце прихватит. И у меня всегда завет был: маму
