— Нет, благородный Хореон, но мы боимся, что наш корабль не достаточно комфортабелен, чтобы удовлетворить ваши потребности.
Хореон пренебрежительно махнул рукой.
— Это уже мое дело, — сказал он. — Я велел своим рабам принести сюда все, что мне понадобится, включая мой шатер. Мой писарь тоже поедет, вместе с поваром и несколькими рабами. Так что, приготовьте для них место.
— Да, господин, — сказал Анакарбис. — Но мы не можем дольше ждать. Нам нужно отправиться в путь, как можно быстрее. Мы и так задержались из за этих пиратов так, как мы еще вчера должны были выйти в море.
Хореос кивнул и презрительно отвернулся. И действительно, через полчаса его рабы с вещами взошли на борт корабля.
Они быстро поставили шатер своего хозяина и разложили принесенный багаж. Финикийцы охотно помогали им. В то же время, они подали знак матросам поднять якорь и корабль начал отходить от берега в сопровождении военных галер коринфского порта.
Едва они покинули гавань, и выбрались из огромной массы провожавших их кораблей и галер, двое стражников подошли к Диоссу, встали рядом с ним и некоторое время тихо разговаривали между собой.
— Пойдем с нами, парень, — сказал один из них, — я помогу тебе подняться на борт. На солнце тебе будет лучше. — Диосс вздрогнул, услышав голос.
— Ты тоже выходи с ним, Эвклея, вместе выходите на солнце! — сказал второй стражник. — Эвклея очень удивилась. — Этот голос, эта высокая фигура показались ей давно знакомыми. Невольно она оторопела.
— Что это значит? — спросила она, ничего не понимая.
Вместо ответа один из охранников, стройный и очень высокий, снял шлем и развязал платок, закрывавший его лицо. Под его шлемом, и под повязкой платка блестели светлые волосы, красивый лоб и кроткие голубые глаза Полиникоса.
— Полиникос! — воскликнул Диосс.
— Полиникос, — повторила Эвклея.
Полиникос слегка улыбнулся ей, робко и по-детски.
— Да, это я, — сказал он тем же нежным, тихим голосов, что и тогда в их доме, и тотчас же добавил: — Я же сказал, что больше никогда тебя не оставлю!
Диосс яростно схватил друга за руку.
— Полиникос, беги отсюда, тебя поймают, тебя убьют, обязательно убьют.
Другой охранник, стоявший рядом с мальчиком, обнял его.
— Не волнуйся, Диосс, ни за нас, ни за себя. Тебе лучше полежать и отдохнуть, и никого больше не бойся Твоя семья никогда еще не была в такой безопасности, как сейчас.
— Меликл, — сказал ошеломленный мальчик.
— Да, это я, мой дружок!
Теперь дрожащая Эвклея прильнула к Полиникосу.
— Полиникос, как ты это сделал? Ведь Хореон здесь, на корабле, а он ведь тебя знает и прикажет схватить и заковать в наручники!
Полиникос презрительно пожал плечами, и они все вместе вышли на палубу
Когда Хореон увидел Полиникоса, не замеченного им ранее, с суровым лицом, стоявшего на борту, лицо богача сморщилось, как морда у злого пса, глаза налились кровью, а на шее выступили вены. Словно тигр он, крадучись шел к Полиникосу, расталкивая на своем пути всех, кто попадался на пути.
— Наконец-то, я поймал тебя, негодяй, — прорычал он, подойдя, поближе, — Теперь ты мой пленник, и это не сойдет тебе с рук!
Полиникос даже не шевельнулся.
— Ты ошибаешься, коринфянен, — сказал он с улыбкой, — не я твой, а ты мой.
Хореон повернулся к стражникам.
— Быстрее схватите его и закуйте в цепи!
Он вытащил короткий меч, висевший у него на поясе. Когда Эвклея увидела это, она закричала от ужаса. Меликл стоявший у него за спиной, схватил Хореона за запястье и сильно сжал его.
Купец вскрикнул, и оружие выпало у него из рук. Его лицо побледнело.
— Что это значит, идиоты, вы что, не знаете, кто я?
В этот момент к ним подошел четвертый человек. Он был высокий, слегка сутулый и широкоплечий со слегка наклоненной головой гармонично покоившейся между его мощными плечами.
— Ты ошибаешься, мы очень хорошо тебя знаем, Хореон, — сказал он, — но ты, кажется, даже не представляешь, кто мы такие.
Хореос посмотрел на него с презрением. Судя по одежде, которая была на нем, это был какой-то галерник или надсмотрщик над гребцами.
— Раб! Я буду поговорить только с твоим хозяином, а не с тобой, — сказал он высокомерно.
— У меня нет хозяина, — ответил великан, — Я сам себе хозяин! Так, что давай поговорим. Меня зовут Веджанус, и я морской разбойник. Разве ты не слышал мое имя, Хореон?
Хореон стал отступать на шаг, два, три.., пока не прислонился к борту корабля. Здесь он остановился и посмотрел на пирата, его красное лицо внезапно побледнело и покрылось капельками пота.
— Веджанус, — прошептал он, — здесь? Что это значит? Что ты сделал с Анакарбисом? Говори!
Анакарбис, или Калиас, который стоял в стороне и все видел, сразу же подошёл.
— А что ты еще хотел, Хореон* Я же говорил тебе не плыть с нами, но ты не прислушался. Я предупреждал тебя, но ты даже не повернул голову. Я никогда в жизни не видел таких упрямых людей. Теперь уже ничего здесь не поделаешь. Ты сам этого хотел, Хореон.
Хореон еще не мог понять, что произошло
— Моя охрана! Ко мне! — крикнул он.
Анакарбис указал на шатер.
— Помотри туда, ты видишь, что там происходит? Твои телохранители уже отдали все свое оружие, клянусь Гермесом! Ни один из них даже не пошевелился! Это разумные люди, Хореон. Бери с них пример.
Крупнейший торговец рабами стоял неподвижно. Он тупо смотрел на палубу. Его людей связали, и они стояли в сторонке, как стадо баранов. Он посмотрел на удаляющейся берег. Его дом и угодья исчезали вдали. Помощи нельзя было ждать ниоткуда.
— Что вам от меня нужно? - произнес он дрожащим голосом.
Веджанус подошел к нему. Их окружила группа пиратов.
— Хореон, — сказал он, — видишь вон тот берег, крайний справа?
— Это берег Аргоса.
— Да, Хореос. Полгода назад ты отказался там продать в рабство и приказал пытать и повесить девять моих друзей, которых взяли в плен при Саламине.
— Это неправда, — прошептал банкир.
