— Не спи, замерзнешь!
Илья подскочил и ошарашенно затряс головой. Потом посмотрел на небо и проворчал:
Солнце еще не село. Дай отдохнуть!
Не спи! — повторила Полина. — Ты что, не знаешь, что нельзя заниматься магией в сонном состоянии? Голова должна быть ясной.
Это почему еще?
Правда не знаешь? — удивилась она. — Пограничное состояние между сном и явью опасно: сознание еще не полностью отключилось, и подсознание уже может облечь самые невинные желания в опасные перевертыши. Пси-энергия может выйти из-под контроля.
Спасибо за предупреждение, — сказал Илья.
Буду рада, если тебе это поможет.
После заката Судьи разбили оставшихся претендентов на пятерки и рассадили вокруг костров, разожженных на арене амфитеатра. Полина и Илья попали в разные группы.
Судья велел каждому участнику зажечь факел и установить его позади себя. Потом Учитель-Воин легко взмыл в воздух и уселся на пламя, по-турецки скрестив ноги. Он плавно покачивался на огненных языках костра, как лодочка на воде.
«Проективная телепатия», — тут же решила Полина и попыталась выкинуть из головы эту иллюзию. Но Судья погрозил ей пальцем и произнес на телепатической волне: «Дождись своего задания, претендент». Потом он повторил это еще для одного мальчишки.
Экзамен по магии проходил в полной тишине. Судьи разговаривали с претендентами только телепатически, проверяя при этом диапазон их возможностей. Задания были простые, но с подвохом. Например, нужно было соединить в единое целое половинки бублика, монеты и носового платка. Все это требовало применения телекинеза, но структура ткани, металла и хлеба была различной, и действовать нужно было различными способами.
Телепортируя факел, Полина, как и большинство ребят, забыла о пламени, но это была единственная ошибка, которую она допустила. Она легко справилась с трансформацией, превратив блюдо в вазу, создала «живую» проекцию маленького крокодильчика и с первой попытки обнаружила иголку, спрятанную в одежде Судьи. Ей даже удалось немного оторваться от земли, преодолевая блокировку левитации.
Испытание завершилось эффектно и очень красиво. Все костры одновременно вспыхнули, на мгновение ослепив и претендентов, и зрителей, потом огненными птицами поднялись вверх и слились в одно большое пламя в самом центре арены. Судьи собрались вокруг этого огромного костра, чтобы принять окончательное решение. Над амфитеатром повисла гнетущая тишина.
Полина очень переживала из-за допущенной ошибки. Она корила себя за невнимательность и с замиранием сердца ждала, что скажут Судьи. Она не заметила, как к ней подошел Илья.
— Как настроение? — шепотом спросил он.
Полина только жалобно на него посмотрела.
— Претенденты! Испытание завершено! — громкий голос Главы Академии прозвучал, как раскат грома. — Поступившие получат знак Кандидата-Воина прямо сейчас.
Полина так боялась разочарования, что зажмурилась. Вокруг нее стали раздаваться ликующие крики и грустные вздохи несбывшихся надежд.
— Эй, а ты не хочешь узнать результат? — поинтересовался Илья.
В его голосе Полине послышались радостные нотки, и она осторожно приоткрыла один глаз. На рубашке Ильи ярко горела красная стрела.
Ты поступил!
Ты тоже!
Это действительно было так. Знак Кандидата-Воина появился и у Полины. Она издала громкий победный вопль, который утонул в общем шуме торжества, царившего вокруг. Несколько сотен зрителей аплодировали новоиспеченным Воинам, выражая свое восхищение. Проигравшие уже покинули арену, а оставшиеся ребята поздравляли друг друга, сияя от восторга. Полину тоже не обошли вниманием. Одни поглядывали на нее с удивлением, другие — с интересом, но были и такие, кто уважительно пожал ей руку.
Подавив в себе желание телепатически связаться с родителями — надо было следовать новым правилам с самого начала, не поддаваясь искушению, — Полина пыталась разглядеть их среди зрителей. Наконец она увидела близнецов, держащих высоко над головами невесть откуда взявшийся плакат с надписью: «Ура, Полина!», а рядом с ними — папу, маму и Лизу. Она запрыгала, размахивая руками, довольная их поддержкой. Их разделяло слишком большое расстояние, и она не могла заметить слезы на маминых глазах.
Судьи терпеливо ждали, пока не стихнет упоительное веселье, а потом призвали всех к порядку. Кандидаты-Воины выстроились в одну шеренгу, и напротив них встали Учителя-Воины, которые должны были выбрать себе подопечных.
Глава Академии выступил с небольшой поздравительной речью и объяснил, как будет проходить посвящение. Полину вновь охватило волнение: вдруг никто из Воинов не захочет брать себе в подопечные девчонку.
Согласно традиции, первый год считался испытательным сроком, и Кандидат-Воин обучался азам профессии не в Академии, а дома у старейших членов ордена. Обычно это были Учителя, ведущие уединенный образ жизни.
Ребята по очереди выходили вперед, преклоняли колени и ждали, когда им на плечо опустится шпага их будущего наставника. После ритуальных слов посвящения звучали слова клятвы, и созданные пары возвращались в общий строй.
— Кандидат-Воин Полина!
На негнущихся ногах Полина сделала несколько шагов и опустилась на колени. Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем ее плечо обожгла холодная сталь клинка.
— Посвящаю тебя в орден Воинов! Служи честно и достойно!
— Клянусь служить во благо народа Земли!
Полина не узнала собственного голоса. Взгляд Учителя-Воина прожег ее насквозь, и тем удивительнее была твердость и решимость, с которой она произнесла клятву.
После того как церемония закончилась, Полина повернулась к своему наставнику:
Учитель-Воин…
Зови меня Учитель Талим. Сегодня твой день, девочка. Ты одержала нелегкую победу. Жду тебя завтра, на рассвете, у ворот Академии. До этого момента время принадлежит тебе.
Он развернулся и ушел, прежде чем Полина успела что-либо ему ответить. Вокруг снова стало шумно: друзья и родные наконец-то получили возможность спуститься вниз, на арену амфитеатра, и поздравить триумфаторов сегодняшнего дня. Полина окончательно потеряла в толпе Илью, которого уже тормошили родственники, а через минуту ее саму стиснули в объятиях близнецы.
Еле вырвавшись на свободу, Полина в нерешительности замерла перед отцом. Конрад улыбнулся, догадавшись о причине ее сомнений, и тихонько шепнул ей на ухо:
— Для тебя я всегда только папа, Полина.
Глава 4
Утро было ясным и солнечным, но уже не по-летнему прохладным. Талим выглянул в окно и увидел Полину, которая рысцой приближалась к дому. Он быстро отступил в глубь комнаты. Завершив утреннюю пробежку, Полина присела на нижнюю ступеньку крыльца. Она любила проводить в одиночестве несколько минут, отделяющие раннее утро от начала дня. Талим никогда не мешал своей подопечной. Он делал вид, что ничего не знает об этом, и тем самым давал Полине толику свободы и независимости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
