Важно заметить при этом, что сам харизматик соблюдает определенную дистанцию между собой и людьми, непосредственно исполняющими ритуал. Лидер может присутствовать на этом действе (хотя это вовсе не обязательно). Он может играть роль божества, которому поклоняются в этом ритуале, и распорядителя, отправляющего ритуал.
Но он ни в коем случае не участвует в ритуале наравне с рядовыми адептами или последователями! Он дистанцируется от организационных вопросов и мелочей. Посмотрите на священника во время литургии или главнокомандующего во время парада. В их поведении, в манере держать себя вы с легкостью найдете множество отличий от поведения прихожан или рядовых солдат. Харизматик специально отодвигается в сторону, держится отстраненно. Он дает подчиненным возможность самим выработать решение в соответствии с правилами ритуала.
В итоге жизнеспособность ритуала определяет уже не лидер, а подчиненные. Они сами его воспроизводят. Сами все больше и больше усложняют с каждым годом. Сами следят, чтобы новички выполняли все правила. И чем сильнее их энтузиазм, тем прочнее становится практика ритуала. Дедовщина в армии работает без всякого внешнего контроля, без распоряжений вышестоящих офицеров: коллектив насаждает эти ритуалы сам для себя. Харизматик, создав такие ритуалы – или обнаружив их и поставив себе на службу, – больше не вмешивается. Он экономит энергию и усилия. Правила ритуала работают автоматически.
Иными словами, у каждого ритуала – свой миф. И в данном случае миф предполагает, что ритуал – не порождение воображения руководителя, не его изобретение, а нечто более древнее и глубокое. И нечто, интимно связанное с личностями и мотивами самих посвященных. Что это они собрались почтить авторитет власти, а не начальник созвал их своим приказом. Или что лидер вместе со всеми следует всеобщему распорядку, заданному свыше.
Ритуал может начинаться с простых символических жестов, но со временем расшириться до грандиозного представления. Он обрастает новыми подробностями. Прежние детали могут забываться и трансформироваться. Действо требует все большей и большей подготовки. Появляются специальные люди, ответственные за хранение традиции и проведение ритуальных действий, учет и допуск участников. Для последних придумываются дополнительные условия. И чем дальше, тем больше участие в ритуале превращается из общественной обязанности, долга в привилегию. Это, в свою очередь, укрепляет силу ритуального действия и его харизматический эффект.
Классический пример – масонские уставы. Что такое изначальное масонство? Это обычное, повседневное общение рабочих-каменотесов. За несколько столетий сообщество масонов превратилось в гильдию, а значит, появились ограничения. Принимать в цех могли не всех и только при соблюдении строгой процедуры. Товарищи по гильдии должны были относиться друг к другу иначе, чем к посторонним. Они даже приветствовали друг друга особым образом. Цех определял, как должны решаться споры между ними.
В XVI–XVII веках в масонские ложи начали вступать и те, кто вообще не имел отношения к строительному делу. И в конце концов из профсоюза масонская ложа переросла в тайную организацию влиятельных людей. Тогда же масонские уставы стали настолько изощренными, что понадобились знатоки, которые хранят эту традицию, интерпретируют ее, решают, правильно ли проводится ритуал. Начинаются бесконечные споры о том, сколько градусов (степеней) должно быть в ордене – 7, 11, 33 или 99. Придумываются все новые и новые степени: «Великий Понтифик Небесного Иерусалима»; «Рыцарь Царственной Секиры, или Князь Ливанский»; «Совершенный Вольный Каменщик»; «Патриарх Мистического Града» и так далее. Ритуал посвящения включает все новые и новые детали, все новые и новые символические испытания. И в конце концов со стороны начинает казаться, что масонские ложи живут от ритуала к ритуалу и больше ничем не занимаются.
Ритуал сохраняет свое действие в периоды кризисов, когда харизма лидеров подвергается испытаниям. Если харизматическое влияние начинает слабеть, ритуал позволяет «подстелить соломку». На него можно временно опереться, апеллируя к тому, что, мол, ритуал, который поддерживал нас в прошлом, поддержит и сейчас. Если лидер преодолевает кризис, сохранив свое харизматическое влияние, сила и власть ритуала укрепляются, а сам он может претерпеть очередные изменения – в частности, как-то отразить факт успешного разрешения кризиса.
Особенно сильно опирался на ритуалы нацистский режим. Национал-социалистическая партия Гитлера была тесно связана с оккультными организациями (Общество Туле, Общество Врил, «Аненербе»). Эти организации и их труды дали лидерам НСДАП богатый материал для изобретения символики и новых ритуальных практик, в том числе и мистических, в которых участвовали руководители партии, СС и так далее Военные и политические решения Третьего рейха часто опирались на астрологические прогнозы.
Партия Гитлера создала множество общенациональных и полусекретных организаций, в каждой из которых были своя символика и ритуалы. Повсеместно были распространены придуманные Гессом лозунги: «Зиг хайль!» и нацистское приветствие, позаимствованное у итальянских фашистов. В 1944 году оно стало обязательным для всех немецких военных. СС была организована по принципу средневекового воинского ордена: своя униформа, тщательный отбор, в том числе и по физическим показаниям, тщательно разработанная руническая система символов, присяга при свете факелов, клятва верности фюреру, особая церемония брака для членов СС, процедура проведения дуэлей.
В Гитлерюгенд (молодежную организацию) принимали раз в год, 15 марта. Подать заявление о вступлении в ее ряды были обязаны все мальчики старше десяти лет. Затем старшие товарищи проверяли их расовую чистоту, проводили испытания и медицинское освидетельствование. Если все проходило успешно, то в день рождения Гитлера кандидатов торжественно принимали в младшую группу (юнгфольк).
На ритуалы опираются и другие «культы личности» – мы можем назвать их харизматическими культами. Эти ритуалы могут быть масштабными, вроде парадов, съездов и ввода новых календарей с придуманными лидером праздниками, и обыденными, повседневными. Эти ритуалы играют двойную роль. С одной стороны, минимизируют самостоятельность мышления, переводят последователей лидера в режим беспрекословного подчинения, а с другой стороны – вызывают воодушевление, как и любое действие, выполняемое в группе.
Ритуал – это один из последних штрихов в образе и биографии лидера.
