— Да, торопитесь, а то император большой любитель рыб и омаров, — квистор рассмеялась. Виктор развернулся, но в отражении окна увидел, как она следит за ним.
— И чего она к тебе пристала? — спросил Натан.
Виктор не ответил. Никто из обслуживающего персонала даже не взглянул на него, когда он вошёл, и Беда спокойно прочитал план мероприятия, а потом перевёл взгляд на пульт для управления фейрверками.
— Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросил Натан.
— Кажется, император прибыл, — доложил Медведь. — Никогда не видел его вживую.
День 7. Глава 2
Петра Брейлинг
Квистор Петра Брейлинг поднялась на крышу вместе с остальными высокими гостями. Никто этого от неё не требовал, но, во-первых, никто и не запрещал, а во-вторых, она решила не упускать шанс лично познакомиться с молодым императором. Если получится произвести хорошее впечатление на Луциана Сагредо, следующая неделя пройдёт намного легче.
— Только молчи, Ким, — сказала Петру своему помощнику.
Ким Генримо кивнул в ответ. Весь вечер молодой квистор молчал, что было хорошим знаком. Ещё бы не хватало, чтобы он начал выделываться перед Луцианом, как вчера перед дигеринами.
Император ещё не прилетел, но намётанный глаз легко определил, как грамотно расставлена охрана. На крыше не только пай-мальчики из телохранителей Бернарда ван Дина, к которым, по слухам, он неравнодушен, но и элитная стража-бастанджи, в боевых костюмах и вооружённые до зубов.
Простой гравилёт без опознавательных знаков высадил лысого скрюченного старика, который смотрел на всех с таким видом, будто вот-вот начнёт плеваться ядом. Петра знала его по фотографии, это Айво Дарнелиус, магистр внутренней безопасности и правая рука Луциана. Брейлинг выругалась про себя, старый змей точно не пропустит её к императору.
— Вижу, вы хорошо подготовились к визиту, — прошипел магистр Айво. — От этого зависит ваша дальнейшая карьера, ван Дин.
— Будьте уверены, император останется довольным, — отозвался руководитель тайной полиции.
— Ясно. А это…
— Доброго вам вечера, господин Дарнелиус, — Брейлинг вежливо кивнула и протянула руку.
Магистр сделал вид, что этого не заметил.
— Я так полагаю, Квистура отправила вас сюда в отпуск, — неприятным голосом произнёс он. — Потому что всю работу сделают мои люди.
— Не сомневаюсь, господин магистр, — ответила Петра. — Но иногда бывает нужен взгляд со стороны, особенно когда собственный глаз замылился.
Магистр набрал воздуха, чтобы сказать очередную колкость, но его перебил чей-то радостный крик:
— Император!
Охрана выстроилась двумя рядами, подготовив оружие. На посадку заходил лёгкий гравилёт, который сопровождали армейские истребители. Магистр, словно помолодев лет на сто, бодреньким шагом прошёл к трапу севшего транспорта и склонил голову. Рядом с ним согнулся Бернард ван Дин, остальные гости стояли поодаль, разглядывая свои ботинки. От Петры поклон не требовался, но она всё равно поддалась общему порыву. Вежливость никогда не помешает.
— Ваше Императорское Величество, — пробормотал ван Дин. — Добро пожаловать! Мой дом — ваш дом!
Император нетерпеливо махнул рукой, и все выпрямились. Да, портреты явно отличались от правды. Нет, мальчишка, которому едва исполнилось двадцать, был редкостным красавчиком, но на портретах никогда не показывали его опухшие от пьянок веки и солидные мешки под глазами. Пудра не скрывала красные пятна под носом, значит, Луциан не против побаловаться Стимфалийским порошком. Император шагнул на первую ступеньку трапа и чуть не потерял равновесие, но его удержала охрана. Да Его Величество пьян как сапожник.
— Мой любимый Бернард, — император пожал руку ван Дину и дружески похлопал по плечу. — Наконец-то я к тебе выбрался. А у тебя тут симпатично, — он икнул и потёр горло. — А я себе костюмчик выбирал.
Он несколько раз повернулся перед собравшимися, которые изумлённо, хоть и немного фальшиво, вздохнули. На императоре парадный мундир дигерина, только куртка не чёрная, а бирюзовая, в цвет дома Сагредо. Магистр Айво, видя такое свойское отношение Луциана к ван Дину, кривился от злости.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ваше Императорское Величество, — прошипел магистр. — Быть может, нам лучше спуститься, здесь прохладно.
— Кого мне тут надо знать? — Луциан будто и не услышал предложение.
Ван Дин оглядел всех с таким видом, какой может быть только у нового любимчика императора. Петра не сомневалась, что он думал, кого бы представить так, чтобы император не переключился на нового знакомого. Но пока он думал, Луциан заметил Петру.
— О, вы из Квистуры, — сказал он и шагнул навстречу. — Как же вас зовут… Петра… нет, не подсказывайте, — он нахмурил лоб. — Петра Брейлинг, да? Добро пожаловать в Карин, рад, что наконец с вами познакомиться. Отец вас часто вспоминал.
Он вытянул руку. Ван Дин и магистр Айво одарили Петру свирепыми взглядами.
— А я рада познакомиться с вами, Ваше Императорское Величество, — Петра пожала протянутую руку и удивилась, насколько у Луциана крепкое рукопожатие, не сочетающееся с его разгульным образом. — Вы лучший друг и покровитель нашей организации. Должна сказать, у вас великолепный вкус в одежде.
Император довольно рассмеялся и опять икнул. Любит грубую лесть, хотя кто её не любит?
— Кто тут ещё? — император огляделся по сторонам, игнорируя стоящего рядом с Петрой квистора Кима Генримо. — Все свои? Ну идём-идём же к гостям. Зря я, что ли, три часа наряжался?
Он дружески обнял ван Дина за плечи, но, скорее всего, для того, чтобы не упасть по дороге. Свита и все остальные двинулись следом, в окружении бастанджи. Странно, а ведь обычно императора охраняют мутахавиры. Наверняка связано с той загадочной отставкой командующего корпусом, о чём Петра вычитала вчера в газете. Придётся разбираться в местных интригах, хотелось бы это того или нет.
Широкая парадная лестница, ведущая во двор, закрыта огромным занавесом. Внизу собрались гости, которые ожидали появление Луциана. Император остановился и довольно улыбнулся.
— Пора! — сказал он.
Через плотную ткань слышно, как собравшиеся во дворе гости шушукаются в ожидании Луциана. Император похлопал себя по щекам и вытянулся как мог. Явно не терпится похвастаться новым костюмом, когда спадёт занавес и все увидят его великолепие.
— Дамы и господа! — церемониймейстер говорил в микрофон, и его слова разносились по всему двору. — А теперь, прошу вашего внимания…
Он вдохнул, но до того, как произнёс остальное, на улице началась пальба. Охранники вскинули оружие.
— Фейерверк! — вскричали гости и все, как по команде, повернулись к лестнице спиной.
В небе начали рваться первые заряды. Так громко, что слова церемониймейстера заглушались. От душераздирающего свиста петард и взрывов, таких же мощных, как артиллерийские залпы, закладывало уши. На улице уже стемнело, но сейчас стало светло, как днём. Гости восторгались, глядя на зрелище, но тех, кто собрался наверху, оно не радовало.
— Император Луциан Четвёртый, — произнёс церемониймейстер упавшим голосом и тихо, бочком, отошёл как можно дальше, а потом побежал по пустому коридору.
Занавес упал, император стоял наверху лестницы в своём новом мундире, но на него никто не смотрел. Гости так наслаждались фейерверком, что никто даже не заметил появления правящей особы. Улыбка Луциана погасла, кулаки сжаты так сильно, что побелели пальцы. Император смотрел на спины подданных, а его правое веко начало дёргаться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что это значит? — произнёс он очень тихим голосом. — Что это значит, ван Дин?
— Всемилостивейший государь, — Бернард ван Дин смертельно побледнел. — Это какая-то накладка…
— Накладка? — император выпучил глаза и будто протрезвел. — Я, мать твою, три часа перед зеркалом провёл, и это всё для того, чтобы на меня никто не посмотрел? — в голосе сквозила обида. — Я тебе это не забуду. Выставил меня идиотом. Где моя охрана?
