без последствий для репутации они не могли, так как война по факту продолжалась, ну и если бы мы добили Дориных, главный куш забрал бы себе именно род Вятовых. Свобода, деньги, ресурсы. Все как и всегда. Вот они и филонили как могли. Не удивлюсь, если и с родами Дориных кто-то договорился, но это уже мои, ничем не подкрепленные мысли. Уж больно шустро все растащили.
– О том, где прячется семья главы Вятовых, нам сообщили Симоновы. Вроде как их разведка накопала, – заметил Беркутов.
Ага. Это, похоже, те, с кем Святов разобрался. Но вслух его имя и правда лучше не упоминать. Они, может, и не собираются мстить – об этом, кстати, нужно прямо спросить, – но и провоцировать их фамилиями не стоит.
– Ответьте мне на такой вопрос, – обратился я к Добрыкину. – Коротко и четко. Вы собираетесь здесь мстить обидчикам? Бывшим слугам клана Дориных?
– Нет, – ответил он. – Мы здесь ищем новый дом, а не мести.
Не врет, это хорошо.
– Есть еще что сказать? – решил я закругляться.
– Вне зависимости от твоего ответа…
– Я согласен попробовать, – прервал я его. – Извиняюсь, что сразу не сказал.
– Кхм, – кивнул он, прикрыв ненадолго глаза. – В таком случае вы должны знать: мне известно, кто предал клан Дориных при Байкале.
Может, это немного цинично, но, черт возьми, я чую очередные проблемы. Мало мне своих, придется и с этими разбираться.
– Кто? – подобрался Беркутов.
Да и Щукин прищурился, впившись взглядом в Добрыкина.
– Младший Симонов, – ответил он.
– Как так-то? – удивился Жень-Жень. – Откуда он мог знать?
– Без понятия, – пожал плечами Добрыкин. – Но я собственными глазами видел его в штабе главы. Случайно, правда, но память на лица у меня хорошая. Тогда я его не узнал, так как раньше не видел, а вот уже после войны… тоже, кстати, случайно… В общем, он засветился в телеке, а я его вспомнил.
– Старший Симонов сильно сдал после Байкала, – заметил Щукин. – Он тогда обоих старших сыновей потерял.
– И младший получил все… – процедил Беркутов. – Тварь…
– Как он мог узнать о координатах штаба? – спросил я Щукина.
– Да какая теперь разница? – поморщился он. – Украл информацию, подслушал, теперь уже не важно.
– Очень даже важно, – не согласился я. – Вдруг он ничего не крал и не подслушивал?
– Хочешь сказать… – вскинулся Беркутов.
– Я очень сильно сомневаюсь, что старший Симонов рассказал ему, – покачал головой Щукин. – Специально, во всяком случае. Он на Байкале обоих старших сыновей потерял. Скорее всего, он рассказал сыну о том, что настоящий штаб будет прятаться рядом с основными силами, но сообщать точные координаты – это вряд ли. Так что он, скорее всего, именно выкрал эту информацию.
– Вы говорите, глава рода сильно сдал после Байкала. В чем это выражалось? – посмотрел я на Щукина.
– Постарел, – кивнул он, – поседел. И это когда я его видел. Что там сразу после Байкала творилось, даже и представить не могу.
– Он больше на мертвеца был похож, чем на человека, – вставил Беркутов.
– Ну да, ну да, – покивал я задумчиво. – Смерть двух старших сыновей и жуткая вина на душе вполне могли такое сотворить.
На это они даже отвечать сразу не стали. Люди, конечно, разные, но, судя по всему, из выживших только глава рода Симоновых единовременно сдал настолько сильно. А ведь близких не только он терял. Причина? Повторюсь – все может быть, но повод задуматься есть.
– Маловероятно… – произнес неуверенно Щукин.
– Да какая разница? – прорычал Беркутов. – Не только дети отвечают за отцов. Если это действительно младший Симонов…
– Это он, – влез Добрыкин. – Я на все сто уверен.
– Ты можешь и врать, – припечатал Щукин.
– Это правда, – процедил уже Добрыкин.
– Хватит ссориться, – влез я. – Я верю Артему Викторовичу. Другой вопрос, что он мог банально ошибиться или Симонова могли подставить. Мало ли какая там интрига?
– Ты сам-то в свои слова веришь? – хмыкнул Добрыкин. – Я на сто процентов уверен в том, кого видел. Подстава возможна, но это уже бредом попахивает.
– Почему он сам-то свою внешность не скрыл? – спросил Щукин.
– Откуда мне знать? – пожал Добрыкин плечами. – Его, по идее, и не должны были видеть. Во всяком случае, слуги. Говорю же, случайно получилось. Я тогда один хитрый прицел тестил, вот и смотрел через него в разные стороны, а тут этот из палатки главы клана злой выходит. Правда, потом опомнился и обратно шмыгнул. Шпион доморощенный, – усмехнулся он под конец.
– Вот, кстати, тоже, – заметил Щукин. – Если бы предателем был глава рода, он не отпустил бы своего сына на такое дело. Не так передается информация.
Ну… кстати, да. Здесь Щукин прав. Молодой неопытный парень, не обладающий верными… хотя бы просто верными людьми, еще мог попереться в стан врага. А вот глава рода на такое не пошел бы. В смысле не отпустил бы сына. У него есть куча других возможностей инфу передать.
– Тут ты прав, признаю, – вздохнул я. – Давайте уже закругляться. Я обдумаю, что тут можно…
– Да что тут думать?! – прервал меня Беркутов. Но, поймав мой взгляд, заткнулся. – Прошу простить, – склонил он голову, замолчав аж на четыре секунды. – Решать, что делать, только вам.
– Так вот, – давил я его взглядом, – я подумаю, что тут можно сделать, и мы решим, как будем это делать. Когда я что-то решу, то позову вас, до этого забудьте об этой теме. Само собой, никому ничего не рассказывать.
– Я понял вас, шеф, – кивнул Беркутов.
– Как скажешь, парень, – подтвердил услышанное Щукин.
– Нем как рыба, – произнес Добрыкин.
На следующий день Мартин похвастался, – он до последнего момента не верил в успех, – что сумел заключить контракт с самым большим отрядом… хотя тут уже другие обозначения идут. В общем, он заключил контракт с японской ЧВК «Холод Дзигоку», и теперь у нашего альянса есть три тысячи профессиональных бойцов. Плюс моя тысяча с чем-то. Много это или мало? Как по мне, самое то. Ну, может, еще тысчонку бойцов было бы и неплохо иметь, но и так нормально. С такими силами, да с хорошим обеспечением мы вполне можем продержаться год в Малайзии. Вот если на нас англичане навалятся, чьи бойцы не чета малайским, тогда будет трудно, а так все нормально. Современная история знает немало случаев, когда и тысяча бойцов устраивала тот еще цирк. А малайцы как раз те бойцы, которых и наша компашка гонять сможет.
Нет, можно, конечно, бросить клич, как я представлял это, когда только планировал данную авантюру, и к нам по-любому придут сотни, а то и тысячи наемников, но все они будут представлять собой разрозненные отряды. Что совсем не хорошо. Или можно устроить еще один раунд переговоров с «Холодом Дзигоку». Уверен, они вполне могут выделить нам еще столько же человек, если пригрозить наймом
